Лунная Дева - Вячеслав Корнич

С трудом сдерживая радость, Татьяна поглядела ему в глаза:

— Валерочка, я тоже рада тебе. Как ты себя чувствуешь?

— У меня всё нормально, Таня. А ты прекрасно выглядишь…

— Спасибо.

Татьяна не сомневалась, что перед ней стоял Полянский, двойника, она бы сразу распознала, но что-то в нём было не так. Она решила повнимательнее присмотреться к нему за ужином. Придерживая Татьяну за локоть, Валера галантно проводил её к столу, усадил напротив улыбающейся Мердины и присел рядом. Дьюол же молча кивнул девушке и уставился на неё своим немигающим взглядом.

— Я рада видеть вас, друзья мои, за этим столом, надеюсь, мы с пользой скоротаем этот чудный вечерок! — с торжественной улыбкой объявила Мердина. — А теперь слово передаю нашему дорогому хозяину, он прямо-таки рвётся сказать что-то важное.

По лицу Дьюола не угадывалось, что он рвался что-то сказать, но отказать Мердине он не мог. Предварительно кашлянув, он начал:

— Девочка… ты уж не сердись на меня, зол я был на тебя, очень зол, вот и не сдержался… но теперь я знаю, что ты не лгала и тебе можно доверять. Правда, мы не нашли копию файла, кто-то его стёр, но это не твоя вина. Кстати, ты не знаешь, кто это мог быть?

— Понятия не имею, — пожала плечами Татьяна.

— Ну да ладно, рукопись сохранена в твоей умной головке, так что восстановим, восстановим потихоньку совместными усилиями. А в качестве компенсации за твои лишения мы решили помочь тебе с изданием книги, и это ещё не всё… мы можем сделать тебя известной на весь мир, для нас это не проблема. Поверь, твои труды стоят того и твоя слава ещё впереди. Ты бы хотела этого?

— Конечно… любой писатель об этом мечтает. Только у всего есть своя цена, так ведь? — включилась в игру Татьяна.

— Вот это уже деловой разговор, — довольно произнёс Дьюол.

— Всё, всё, хватит о делах, завтра о них поговорим, а теперь преступим к ужину, — вмешалась в разговор Мердина.

Слуги, как по команде начали разносить всевозможные блюда и разливать вино в серебряные бокалы.

— Да, чуть не забыла, — вдруг спохватилась Мердина, — у нас же с милым Дьюолом сегодня небольшое торжество, можно сказать — помолвка… так что, гости дорогие, вы присутствуете при знаменательном событии и это нужно отметить.

Татьяне показалось, что для самого Дьюола, объявление Мердины стало полной неожиданностью, но он быстро нашёлся:

— Эх, как же я долго этого ждал и вот, наконец, дождался… Мердина, дорогая, позволь мне поднять бокал за наш будущий союз и за твою обворожительную красоту.

— Позволяю, милый. Полагаю, и наши гости нас в этом поддержат.

После некоторого замешательства сначала Татьяна, а потом Валера поздравили виновников торжества. А что им ещё оставалось в такой ситуации? От выпитого вина у Татьяны закружилась голова, сказывалось недельное голодание, но она не спешила навёрстывать упущенное в еде, хотя её обилие и вкусные запахи стали непростым искушением. Валера больше молчал или немногословно отвечал в основном на её вопросы, видно было, что он чувствовал себя не в своей тарелке.

— А ты молодец, Татьяна, держалась как настоящий воин, уважаю, — впервые назвал её по имени Дьюол. — Не думал, что ты выдержишь, не думал.

— Всё, что нас не убивает, делает нас сильнее. Вы преподали мне ещё один урок, Дьюол, и я его хорошо усвоила. Дьюол, а что за странные крики я слышала в подземелье? На человеческие они не похожи…

— Так, один не очень удачный эксперимент, не бери в голову. И что же ты, девочка, усвоила из моего урока?

— Я скажу, но чуть позже, когда всё осмыслю. А сейчас я хочу танцевать.

— И я хочу! — поддержала её Мердина, хлопнув три раза в ладоши. После чего по залу разлилась красивая медленная музыка.

— Кавалеры приглашают дам или наоборот! — игриво рассмеялась она.

Татьяна тут же потянула за собой Полянского к затемнённому месту в зале.

Видя его нерешительность, она положила свои руки ему на плечи:

— Валера, не стой истуканом, ты уже можешь обнять меня за талию, мы же пришли танцевать.

— Да, конечно, Танюша, извини.

— Валера, ты по семье не соскучился? — без церемоний спросила Татьяна.

— По семье? Ну-у, есть немного… Ты знаешь, я решил здесь немного задержаться, Дьюол предоставил мне такие условия для работы, выбирай любую натуру, всё что захочешь. Представляешь, Тань, даже «Маски» у меня в мастерской! Нет, я задержусь здесь ещё на какое-то время.

— Но Света же беспокоится, и Игорёк тебя ждёт. Ты не думал об этом?

— Да как-то нет… я больше всё о работе, знаешь, затягивает. У меня грандиозные планы, Танюша, Дьюол пообещал мне выставки в лучших галереях мира. Я ему верю, для него и Мердины нет ничего невозможного. Уж поверь мне.

— Верю, верю, Валера, — задумчиво произнесла девушка, понимая, что с её другом была проведена определённая работа, он явно находился под контролем Дьюола.

Она могла бы, наверно, попробовать что-то сделать для него, но пока не стала.

— Тань, да ты не переживай за моих, я звонил им, Дьюол разрешил. Сказал, что жив, здоров, что вернусь, когда закончу одно дело.

— И Света поверила?

— Как же! Опять решила, что я с тобой куда-то махнул. Ты же вскоре за мной исчезла. Тань, а что ты так печёшься о ней? Она же обманывала тебя, и на Вадика тебя вешала не просто так… Вот же дура! Я раньше молчал, а теперь не хочу, противно.

— Ну, её можно понять, она же за семью боролась.

— Значит, знаешь уже. Сама догадалась?

— Нет, Света рассказала. Валера, она очень переживает и раскаивается.

— Ага, как же… Всё, Тань, давай закроем эту тему.

— Хорошо, не будем, — согласилась девушка, видя состояние Полянского.

Когда они вернулись за стол, Татьяна обратилась к Дьюолу:

— У вас очень красивое поместье, Дьюол. Интересно кому оно принадлежало раньше?

— Усадьба изначально принадлежала мне и строилась по моему проекту, я почитай больше века прожил в ней, правда, под разными именами. Ну, а потом в России свершилась революция, и моё детище перешло государству. Но сейчас всё изменилось и я снова здесь.

— Как такое возможно? Вы хотите сказать, что владели этой усадьбой ещё в девятнадцатом веке? — не поверила Татьяна.

— Что невозможно для смертных, возможно для нас, — с некоторым пафосом ответил Дьюол.

Только он договорил, к разговору подключилась Мердина:

— Милая Танечка, а чему ты, собственно, удивляешься? Ты ведь такая же, как и мы. Помнишь, я тебе уже намекала об этом?

— Помню, только я так ничего и не поняла.

— Ну и не забивай пока этим свою прекрасную головку, вернёмся к разговору позже, когда поймёшь, что созрела. А сейчас у нас есть другие приятные обязанности, мы должны развлекаться!