Мое время - ночная пора - Мэри Хиггинс Кларк

— От Пегги Кимболл, медсестры, работавшей у доктора Коннорса, я узнала, что некоторые усыновления доктор устраивал незаконно, — сказала она. — Я умоляю вас, скажите, вы оформляли удочерение моего ребенка? Знаете ли вы, кто удочерил ее?

— Доктор Шеридан, уверяю вас, я не принимал участия ни в одном усыновлении или удочерении, если оно не проводилось в строжайшем соответствии с буквой закона. И если доктор Коннорс когда-либо обходил закон, то делал он это без моего ведома или поддержки.

— Значит, если вы оформляли удочерение Лили, то, как вы утверждаете, я зарегистрирована как мать, а Кэррола Рида Торнтона как отец?

— Я утверждаю, что каждое усыновление или удочерение я проводил по закону.

За годы преподавания она иногда встречала среди студентов настоящих мастеров водить за нос, умело использовавших недомолвки, так что Джин научилась распознавать эту уловку. Она поняла, что именно с этим сейчас и столкнулась.

— Мистер Майклсон, девушка девятнадцати с половиной лет, возможно, в опасности. Если вы оформили удочерение, значит, вы знаете, кто ее удочерил. Сейчас вы можете защитить ее. Я считаю, что защитить ее — ваш моральный долг.

Зря она это сказала. Глаза Крэйга Майклсона за очками в серебряной оправе подернулись льдом.

— Доктор Шеридан, вы потребовали, чтобы я встретился с вами сегодня. Вы пришли сюда с историей, о достоверности которой я могу судить, опираясь лишь на ваши слова. Вы фактически намекнули, что я нарушал закон в прошлом, а сейчас вы требуете, чтобы я нарушил закон, помогая вам. Есть законные способы ознакомления с записями о рождении. Вы должны пойти в окружную прокуратуру. Думаю, они походатайствуют перед судьей, чтобы раскрыть эти записи. Смею вас заверить, что это единственный способ действий, которого вы должны придерживаться в своем расследовании. Как вы сами сказали, есть вероятность того, что во время вашей беременности кто-то мог видеть вас в кабинете доктора Коннорса и каким-то образом проникнуть в архив. Вы также предположили, что все это из-за денег. Откровенно говоря, я считаю, что вы не ошибаетесь. Некто знает вашу дочь и полагает, что за эту информацию вы ему заплатите.

Он поднялся. Джин не торопилась вставать.

— Мистер Майклсон, у меня неплохо развита интуиция, и у меня такое чувство, что это вы оформили удочерение Лили и что, скорее всего, сделали вы это законно. Еще некое сильное чувство, подсказывает мне: кем бы ни был писавший мне человек, пусть он даже настолько близок с Лили, что может взять ее расческу, он явно опасен. Я пойду в суд и добьюсь раскрытия записей. Однако дело в том, что за это время с моим ребенком может что-то случиться, а все потому, что вы сейчас отказались помочь мне. И если с ней что-то случится, и мне станет об этом известно, я не знаю, что с вами сделаю.

Джин не смогла сдержать слез, хлынувших из глаз. Она развернулась и выбежала из комнаты. Секретарь и нескольких человек, ожидавших в приемной, проводили ее удивленными взглядами. Добравшись до машины, она рывком распахнула дверь, забралась внутрь и закрыла лицо ладонями.

И вдруг она ощутила мертвенный холод. Так же отчетливо, как если бы Лаура сидела рядом с ней в машине, она услышала ее мольбу: «Джин, помоги мне! Пожалуйста, Джин, помоги мне!»