Рыцарь для дамы с ребенком - Елена Чалова

— Второй этаж, первый кабинет направо, пожалуйста.

Инструкция была вполне внятной, и доктор бы добрался сам, но около лестницы нарисовался еще один молодой человек, правда, менее деформированный. Он довел посетителя до кабинета (по дороге Марк краем глаза увидел в холле второго этажа огромный аквариум. Должно быть, те самые пираньи), коротко стукнул в дверь и распахнул ее перед гостем. Лана подняла голову от кучи бумаг на столе:

— О! Добрый вечер, Марк.

Выглядела она стильно, впрочем, так и должен выглядеть юрист солидной фирмы: строгая прическа, бежевый костюм, очень деловой и очень элегантный, неброский макияж. Она пригласила Марка сесть и как-то подобралась, словно готовясь войти в холодную воду. Еще он уловил оценивающий взгляд из серии «сдюжит не сдюжит». Как-то доктору стало не по себе. Он вдруг почувствовал себя не на месте и с тоской подумал, что вот опять он лезет куда-то своим длинным носом и как-то устал от всего этого. Но что ж теперь… Стараясь держаться прямо, Марк улыбнулся и пробормотал виновато:

— Извините, что поздно. Проклятые пробки.

— Да, с этим уж ничего не поделаешь. Хотите кофе?

— Нет, спасибо. — Он огляделся. — У вас мило.

Кабинет был небольшой и невыразительный.

Стол, кресло, шкаф с книгами и папками. На столе компьютер и телефон. На окнах жалюзи. Правда, мебель хорошего качества — массивная, приятного темно-бордового оттенка. Марк подумал, что ожидал чего-то… может, более легкомысленного. Потом, правда, вспомнил, что женственность тут не приветствуется. Тем временем Лана сложила бумаги в кучку и сказала с несколько преувеличенным оптимизмом:

— Ну вот, Марк, завтра все будет более или менее ясно. И я надеюсь, что ситуация разрешится в пользу Антонины Ивановны.

— А что будет завтра?

— Ну, завтра утречком будет стрелка. Думаю, много времени это не займет и мы разведем это дело быстро… Конечно, до денег сразу добраться будет сложно, но я полагаю, что в течение месяца мы сможем перевести на себя часть счетов. А если обломится чернушка…

— Что?

— Ну, черный нал… То есть если нам удастся получить наличные деньги, то и раньше…

— Послушайте. — Доктора просто передернуло, и он не смог промолчать. — Вы ведь женщина, да еще с высшим образованием. Вы себя послушайте — «стрелка», «развести». Такое впечатление, что я не с юристом разговариваю, а с кем-то из братвы. Выражайтесь нормально: деловая встреча и так далее.

Лана молча смотрела на сидящего напротив мужчину. Даже рот приоткрыла от удивления. Губы у нее, право, чудесные. В меру полные, яркие, влажные… Оп, Марк опять отвлекся. Оторвав взгляд от ее лица и выкинув из головы пару непрошеных мыслей, увидел, что девушка протягивает ему какие-то бумаги:

— Прочтите. Может, это даст вам некоторое представление о моей завтрашней «деловой встрече».

Марк взял листки. Заглавие интриговало: «Информационная справка в отношении Буровой Ирины Михайловны». Он вопросительно посмотрел на Лану. Если честно, не хотелось ему это читать. Ох не хотелось.

— Читайте, читайте, рыцарь, а я пока кофейку попью.

Она вынула из стола маленький электрический чайничек и принялась пристраивать его у розетки, а доктор углубился в документ. Сначала шли обычные биографические данные: родилась, училась, работала… Так, разведена, еще раз разведена. Ну, это не преступление. Дальше… Ага, вот. Собственность. Четырехкомнатная квартира на Ленинском. Дача в Балашихе, две иномарки. Как у нас, однако, неплохо живет преподавательский состав. Катер мощностью… марки… Ух ты. А говорят, стоматологи зарабатывают больше научных работников.

А это что? «Контакты:…используя служебное положение, приобрела дружеские и деловые связи (ну и стиль) со следующими людьми…» Далее шел солидный список — депутаты, бизнесмены, госчиновники. Хо-хо — а вот и мэрия. «Наиболее тесные контакты поддерживает (в настоящий момент состоит в интимных отношениях) с президентом Фонда поддержки и помощи малому бизнесу Сириным Анатолием Петровичем, известным также под кличкой Филин. Филин уже три года является руководителем люберецкой ОПГ…» Та-да-да-да. Приехали. В голове у Марка была каша. Похоже, это та самая крыша, наличие которой предсказал Алан. Ни фига себе козыречек. «Во что же я втравил бедняжку Лану? — с ужасом спросил он себя. — Неужели завтра она действительно поедет на стрелку с этим Филином или с каким-нибудь другим бандитом? Ведь это, наверное, опасно. А у нее ребенок. И все из-за меня, идиота…» Одновременно с ноющим чувством вины и растерянности присутствовало уважение к тем, кто за столь короткий срок собрал такую полную информацию. Досье, которое листал доктор, пытаясь прийти в себя, содержало массу сведений, вплоть до распорядка дня и маршрута, которого обычно придерживается «объект», добираясь до работы. То, что депутат оказался лидером преступной группировки, Марка не удивило. Такова наша российская действительность.

— Да, — сказал он. — У вас получилось лучше, чем у меня.

— Ну что вы. — Она улыбалась вполне искренне. Даже с сочувствием.

Марк не смог скрыть своего смятения.

— Ведь именно вы привели в действие весь этот механизм. Вы не успокоились и не отступили, когда на ваших глазах обули… обидели беззащитную женщину. По нашим временам это редкость. Сейчас каждый сам за себя..

— Да? Я чувствую, что… Я просто дилетант по сравнению с вами. Представляете, я надеялся пробудить в этой мегере совесть. Смешно, правда? Я пытался даже напугать ее, упоминая своих влиятельных друзей, своего пациента (он депутат Госдумы) и ваше агентство… — Марк был так горд от ее похвалы, так доволен и продолжал как дурак что-то лепетать.

Когда Лана поняла, о чем речь, лицо ее напряглось.

— Что вы сделали? — В мгновение ока серые глаза из теплых и приветливых стали стальными. — Ну-ка, расскажите подробно.

Все, нет милой девушки. Доктор на допросе у следователя, который заранее решил, что он виновен. Лубянка отдыхает. Запинаясь, Марк рассказал о своем безуспешном визите.

— Вы назвали агентство? — Голос сух, как песок в Сахаре.

— Э-э, кажется, да.

— Кажется?

— Вообще-то назвал. Понимаете, я пытался…

— Имя мое называли?

— Нет-нет, я просто…

— Идиот. Господи, какой идиот!

Он остался сидеть с открытым ртом, а Лана заметалась по кабинету.

Несколько секунд Марк молча наблюдал броуновское движение от стола к окну, от окна к двери, потом к стеллажам и обратно, потом робко сказал:

— Лана, я не понимаю…

Не слушая, она схватила телефонную трубку, торопливо набрала номер. Доктор четко видел, что руки у нее дрожат. Закрыв глаза, женщина сделала резкий вдох-выдох, как перед прыжком в холодную воду, и голос ее зазвучал почти спокойно:

— Сергей? Привет, это я… Да, я тоже… Нет, подожди… я поэтому и звоню. У меня неприятности, и мне нужно на несколько дней куда-то деть Настю. Я подумала, ты не мог бы отвезти ее к своей маме. — Пауза. Она слушала. — Да, я понимаю. Конечно.