Фантомная память - Франк Тилье

Манон хотела уйти, но на этот раз Люси проявила настойчивость и крепко удерживала ее за руку:

– Отвечайте, Манон! Он вас домогался?

Манон повысила голос:

– Разве вас это касается? Неужели из-за того, что я лишилась памяти, у меня не может быть личной жизни? Мое прошлое неприкосновенно! Можете это понять? Отвечайте!

Люси ослабила хватку. Все головы повернулись к ним.

– Вы правы, простите меня… Но… мне необходим список ваших знакомых… У вас есть моя визитная карточка с электронной почтой…

– Я вам его отправлю сразу после сеанса! Вот видите, я записываю! А теперь оставьте меня в покое!

Записав, что ей следует сделать, Манон обратила внимание на то, что она не отметила, что выполнила одно задание. Просмотрев соответствующую страницу, она вернулась к Люси и сказала:

– Ах, я должна была позвонить вам…

Это было сказано совсем другим тоном, гораздо более спокойным. Будто она уже позабыла о своем приступе ярости.

– Вы позвонили. И оставили сообщение, которое я не успела прослушать.

– Когда я вас… – Манон с опаской глянула на бровь Люси, – ударила, было, как мне сказали, примерно 5:30 утра? Я так записала в органайзере.

– О да, я прекрасно помню! Уж не знаю, за кого вы меня приняли, но стукнули крепко, это правда!

Манон увлекла Люси в сторонку. Теперь она почти шептала:

– Мне очень жаль, я…

– Бросьте. Вы не виноваты. Ну, то есть не совсем…

– Скажите, сколько времени Дюбрей уже была мертва к тому времени?

– Больше пятнадцати часов. Судмедэксперт считает, что она была убита накануне около полудня.

Манон не удалось скрыть своего удивления. Она скрупулезно зафиксировала информацию в органайзере, а потом принялась пробегать глазами электронные страницы:

– Эти места, которые относятся к нашему делу… Рем, Эм, Роэ… так вот, они образуют равносторонний треугольник. Все три стороны абсолютно равны. Возьмите карту дорог и проверьте! Проверьте! Ровно пятьдесят километров между лесной хижиной возле Рема и Эмом, между Эмом и Роэ, а также между Роэ и лесом!

– Да, ну и что?

– А то, что речь идет об основной математической фигуре! Три места, которые априори не имеют ничего общего, но связаны с научной точностью!

Она переместила палочку по экрану и открыла другую информацию.

– Затем еще эти десятичные знаки числа «пи», точность которых я хотела проверить. Я откопала в Интернете программу, способную обнаружить любую часть последовательности первого миллиарда десятичных знаков. Я действительно нашла номер карточки социального страхования Дюбрей, Профессор не обманул нас. Последовательность 112042004 в числе «пи». Вы, если хотите, тоже можете проверить. Все точно, не сомневайтесь!

Люси была поражена упорством Манон.

– Разумеется, я вам верю.

Девушка вдруг сделалась отсутствующей, словно погрузилась в свои мысли.

– Манон? – Люси помахала рукой у нее перед глазами.

– Да-да… Именно эта загадка… «Если ты любишь воздух, бойся моего гнева». Я не понимаю…

– Конечно. Но я по-прежнему не улавливаю, что вы хотите доказать этими историями про треугольник и число «пи».

Прежде чем ответить, Манон бросила быстрый взгляд на экран:

– Но ведь это просто! Он не ввел нас в заблуждение с числом «пи». Вишенка на торте: он в своем пороке дошел до того, чтобы построить равносторонний треугольник. А с другой стороны, он впервые за всю «карьеру» не выполняет своего ультиматума. Он объявляет, что совершит убийство в четыре часа ночи, а делает это накануне около полудня?

– Продолжайте, очень интересно.

Манон была возбуждена, она чувствовала, что помогает расследованию. Она заговорщицки взглянула на Люси:

– Я здесь все записала. Смотрите. Вчера я должна была бегать с 9:30 до 10:15, но я этого не делала. У меня была встреча в банке в 11 часов, я туда не пошла. И ни на какие другие встречи тоже. Получается, он уже похитил меня.

– Ваш брат сказал мне, что видел, как вы собирались на пробежку. Было 9:10, в это время он обычно уходит на работу. Значит, вероятно, вы были похищены из дома между 9:10 и 9:30, потому что не прихватили органайзер, хотя всегда берете его с собой, даже на пробежку. Вы уже надели спортивный костюм, в котором мы вас нашли. Все сходится.

– Что могло произойти в течение всего вчерашнего дня? Не знаю. Хронологически выходит, что он запирает меня в хижине, отправляется убивать Дюбрей, возвращается в хижину и освобождает меня. Но я не понимаю, почему он так поступил, почему спустя столько лет он впервые не сдержал своего слова… Он спокойно мог убить Дюбрей в четыре часа, как и заявил. Освободив меня вечером, он прекрасно знал, что мы не сможем вовремя прибыть в Роэ. Признаюсь, меня это… беспокоит каждый раз, как я открываю свои записи…

Манон соображала со скоростью компьютера. Но ей недоставало чутья сыщика, знания уголовной практики. Люси почувствовала растущий прилив сил. В конце концов, они вдвоем, пожалуй, составляют активную передовую группу.

– Знаете что, Манон? Я думаю, он поставил этот ультиматум, чтобы завладеть нашим вниманием, но на самом деле ему было необходимо показаться где-то накануне вечером – после того, как он вас освободил.

– Чтобы обеспечить себе алиби?

– Не совсем… Его психологический профиль доказывает, что он знаком с нашими технологиями, он должен был подозревать, что мы достаточно точно установим время смерти. Но все же он хотел, чтобы его отсутствие этой ночью осталось незамеченным. Особенно с 21:00 до 4 часов утра. Родные, друзья, коллеги по работе… Этой ночью Профессор должен был появиться в другом месте. Там, где его отсутствие показалось бы странным.

Озадаченная Манон тряхнула головой. С чего начался этот разговор? Оставляя Люси с ее мыслями, она, прежде чем уйти, сказала:

– В любом случае, несмотря на весь ужас преступления, эта Рене Дюбрей… Я очень рада, что она умерла… Она была недостойна жить… После того, что сделала с собственными детьми…

В глубине своей полицейской души Люси была вынуждена признать, что и она того же мнения.

Если бы в ходе какой-нибудь операции ей пришлось собственными руками убить Дюбрей, она бы наверняка это сделала.

Ну, не она… Химера бы сделала. Без всякой жалости…