Кто не спрятался… - Джек Кетчам

— Собака? — Если честно, я изрядно удивился тому, что пес не загрыз ее там же, сразу. Что помешало бы ему это сделать? Наскочить сзади, ударом мощных лап в спину повалить лицом вниз, клыками разорвать шею. Как так получилось, что он заволок ее сюда живую? Не очень-то похоже на поведение бесхозной, одичавшей псины, которую некому присмирить.

Бесхозной. Я зацепился за это слово, и ужасное подозрение затеплилось во мне. В следующий же миг оно подтвердилось, когда Кейси, омертвевшими глазами вперившись в меня, выговорила:

— Собака? Нет… не только собака… с ней был он.

— Господи, — вырвалось у меня.

— Я даже не успела крикнуть, — продолжала она. — Я хотела. Но он сильный. Схватил за шею, я не смогла сопротивляться. Только толкала его, пыталась… да, я пыталась… я… я не смогла, Дэн, прости. Он меня приволок сюда. Я только могла лежать и смотреть на него. Как… как тогда, когда отец пришел ко мне в комнату. А этот сильнее отца. Просто придавил, как скала, как камень. Но камень холодный. А я почувствовала, как что-то горячее… оно будто прошло через меня всю, и тогда, и тогда я отключилась, наверное. А когда очнулась — то просто от боли. Эта… этот пес… он жрал мое плечо, вот я и очнулась.

Боже, если я правильно ее понял… Господи.

— Где пес сейчас? — спросил я. — Ты видела?

— Они… увели его. Вон туда. — Слабой рукой она указала на дальнюю стену. Там разверзался еще один проем.

— Там… море. Когда я лежала под ним… так пахло морем.

— Погоди, ты сказала — они увели. Их двое?

И тут я вспомнил хриплый старушечий смех, и все встало на свои места.

— Их двое. Он… и какая-то женщина. Прежде чем… прежде чем я совсем отключилась… я пару раз увидела, как она ходит тут.

Рафферти сказал мне, сидя в баре: «Может, они взяли и ушли жить в те пещеры, как дикарям и подобает. И позабыли о всем прочем обществе с концами. Жрали рыбу и коренья, целыми днями слушали вопли чаек и завывания ветра… больше никогда не выходя».

А я прохлопал ушами. И в самых диких мыслях я не мог предположить, что он окажется настолько прав.

Бен и Мэри Крауч никуда не уходили. Все это время они были здесь, у всего Дэд-Ривер под носом. Вернее, под землей. Парочка дегенератов, самые настоящие пещерные люди.

И в логово этих пещерных людей мы имели дурость сунуться.

— Они такие страшные, Дэн. — Голос Кейси снова задрожал. — И эта… эта их псина. Я видела, что она сделала со Стивом. Она уволокла труп. От него… что-то отвалилось…

— Кейси, не надо.

— …отвалилось и потянулось…

— Кейси! Молчи!

Она затравленно уставилась на меня. Ужас и потеря крови сделали ее кожу напоминающей бумагу. Искательница приключений в ней явно погибла. И знаете, не скажу, что я стал бы скучать по той стороне ее личности. Что-то до нее теперь явно дошло, отрезвило. Она оказалась не такой крутой, какой виделась сама себе, — жизнь все расставила по своим местам. И взрослое осознание того, что над ней тут учинили, и того, что по ее вине был убит Стивен, и того, что мои шансы вывести ее отсюда и уберечься самому очень малы, раздавило беспечную девицу, не верящую в то, что смерть всегда рядом. Прошлого не воротишь, но я все же не мог не жалеть ее. Глядя Кейси в глаза, я пытался приободрить, поделиться крупицей теплившейся во мне надежды, пробудить силу, которой мог управлять, лишь забывая, где мы и как сюда попали.

Но в патовой ситуации циником оказался как раз я, а не она.

Она попыталась улыбнуться мне. И эта слабая улыбка прожила одну долгую замечательную секунду, в которую я чуть не расплакался от сжавших сердце тоски и нежности. Не было больше бравады. Осталось только стремление жить, вкушать жизнь во всех проявлениях, чистое и неразбавленное, самое лучшее ее качество — и в тот миг Кейси поделилась им со мной.

— Где Ким?

— Уехала за подмогой.

Кейси кивнула.

— Ты сможешь идти?

— Да… наверное.

— Давай попробуем.

Она приподнялась, я встал на четвереньки и потянулся к ее здоровому плечу — и сам потянул себя вверх. Попробовал перенести немного веса на больную ногу — в область между коленом и лодыжкой будто сразу горсть гвоздей заколотили. Но я устоял.

— Так, хорошо…

Я потянулся к лежащим на земле вилам, и боль пронзила меня до макушки. Чудом не потерял сознание. Как видите, я все еще совершал ошибки. Кейси быстро подставила руку, чтобы поддержать меня, и через мгновение боль выродилась во что-то более-менее терпимое. Помогая себе ногой, я поднял-таки вилы и сомкнул пальцы здоровой руки на их рукоятке.

— Почему они их не забрали? — пробормотал я.

— Твой друг… он, наверное, прав, — сказала Кейси. — Они… тупые. Ничего от нас не ждут. Для них мы уже… уже мертвы.

Не такое и глупое предположение, так-то, подумал я, но вслух произнес:

— Бедное твое плечо. — Вообще-то, не только плечо, но вся ее рука походила на лохмотья, сплошь изуродованная, разорванная в уйме мест. Строго говоря, если Кейси не хотела ее потерять, стоило как можно скорее обработать эти раны. Что-то предпринять, остановить кровь. Но, увы, я не мог сейчас думать об этом.

— Я ее почти не чувствую. Жилы… думаю, жилы порваны. Не пошевелить.

— И не надо. Давай пока просто выберемся отсюда. — Я напряг слух. — Все трое ушли туда, куда ты показала?

— Нет. Женщина и собака. Тот тип… я не знаю, где он. — Она нахмурилась и покачала головой. — Мне кажется, я помню… я думаю, он пошел обратно к дому. Я не уверена.

— Постарайся вспомнить. Это важно.

— Господи…

— Прошу тебя, Кейси.

— Да. Да. Сейчас. Я… я думаю, он ушел туда, Дэн.

— Черт. Вероятно, проверяет, есть ли еще кто-то, кроме нас. Значит, нам что так, что эдак крышка.

— Он большой. Огромный.

— Отлично. Просто замечательно. Так, давай прикинем. Назад идти долго. По всему пути — узкие проходы. Бен будет впереди. Если Мэри и псина вернутся сюда проведать, как мы, — значит, и отступать будет некуда. Черт, мы в этих пещерных кишках даже развернуться толком не сможем. Полная хрень.

— Дэн, этот