Лишняя душа - Брижит Обер

А если он простоит здесь весь вечер?

И всю ночь?

Если он будет стоять здесь до тех пор, пока я не выйду?

Не могу вспомнить, дежурит сегодня Стивен или отдыхает?

Тишина. Подкрадываюсь к окну. Машина здесь, но никого не видно. Подкрадываюсь к двери, тихонько открываю ее, выскальзываю в коридор, прикладываю ухо к входной двери, слушаю. Может быть, он отъезжает?

Бум-бум-бум!

Сопровождаемый воплями град ударов ногой по дверной раме.

– Есть кто-нибудь? Э-эй, отвечайте!

Красивый баритон, полный теплых живых ноток.

Быстро отползаю назад в свою нору. Ох, только бы Стивен был дома и уже получил мое сообщение, только бы он велел ему убираться прочь.

Но все же Бог любит меня, когда не занят решением мировых проблем! Мне кажется, что я слышу голос Стивена по домофону:

– Да? Что вы хотите?

– Я ищу Эльвиру, – заявляет Рэй-Антони хриплым голосом.

– А вы знаете, который час?

– Это очень важно!

Вздох. Потом биканье, которое открывает замок двери.

Рэй-Антони бросается на лестницу, полы его парки задевают стены. Дверь Стивена открывается.

– Простите, но я не понял цели вашего визита… – заявляет наш национальный простофиля.

– Эльвира!

– Эльвира? Какая Эльвира? Я не совсем понимаю…

– Я был в больнице, поэтому не валяйте дурака!

– Попрошу вас, месье, оставаться в рамках.

– Эльвира, с которой я переписываюсь уже много недель…

– Здесь нет Эльвиры. А теперь уходите, или я вызову полицию.

– Вот это новости! Вы видите эту распечатку? Вот, разве это не идентификационный код вашей машины, а? А вот это? Это не фото Эльвиры?

– Здесь какое-то недоразумение… И вы не гестапо, чтобы без всяких на то прав преследовать своих корреспондентов. Сеть, месье, – это синоним Свободы, а не Инквизиции. Убирайтесь!

Молодец, Стивен Смелый!

– Черт подери! – огрызается выведенный из себя Рэй. – Кончайте втирать мне очки…

Дурацкая сирена «скорой помощи» мешает мне услышать дальнейшее, я различаю только возгласы, а потом дверь Стивена сильно хлопает, пин-пон-пин-пон. Оглушительно…

И ничего больше. Кажется, все успокоилось.

Надеюсь, что Стивен сумел убедить его и он больше не вернется. Ну какой же подлец этот Рэй! «Не втирайте мне очки»! Ну а мне можно вешать лапшу? Честное слово, непорядочность мужчин просто завораживает! А если я вовсе и не хочу видеть его во плоти? Что, может быть, есть такие обязательства, что необходимо лично встречаться со всеми своими корреспондентами? Провались ты, Рэй-Антони, провались ты со всеми своими жалкими компьютерными игрушками! Кончено, Эльвира – Отдых Воина. Я не твоя вещь.

Я почти раскаиваюсь, что не влепила ему по морде. Вот если бы я успела причесаться и накраситься…

Он больше не будет мне писать.

А все-таки мы с ним здорово веселились.

Хватит, хватит, хватит!

И снова воркует Бэбифон. Я беру трубку, опасаясь, что это Рэй-Антони разыскал мой номер. Какое облегчение, это Стивен.

– Он уехал? – спросила я дрожащим голосом.

– Не волнуйтесь, я выставил его вон и надеюсь, что больше он не вернется. Крайне неприятный тип.

Шмыгаю носом и замечаю, что плачу. Стивен Бесчувственный переходит от заботливости к подозрительности:

– Но, Эльвира, строго между нами, что такое вы ему сделали, чтобы привести в подобное состояние?

– Да ничего! (Всхлипывания.) Мы переписывались, вот и все.

Теперь тон откровенно осуждающий:

– Сообщения… хм… эротического… м-м… содержания?

– И вовсе нет! Он писал мне, что влюбился. Романтические сообщения, да, чисто романтические сообщения!

– Всем известно, что Интернет полон извращенцев, – нравоучительно добивает он меня.

– Но ведь нельзя же всех подозревать и жить затворницей!

На другом конце провода подозрительное молчание.

– Но если этот мужчина и вы… ну, я хочу сказать… вы понимаете… то почему вы не захотели его принять?

– Еще рано, еще слишком рано! – простонала я, утирая щеки.

– Слишком рано? – повторяет бестолковый Стивен Извечное Мужское Начало.

– Я еще была не готова, вам этого не понять, он должен был дать мне время! – завершаю, исчерпав все аргументы.

Стивен покашливает.

– Хм… В следующий раз будьте поосторожнее, – заключает он, – вы поставили меня в затруднительное положение. Да, кстати! Месье Моран хочет забрать инструменты, которые забыл у вас его служащий. Я могу спуститься за ними?

Дрель! Нет, не отдам, это мое единственное доказательство!

– Я знаю, но у меня ничего нет, он, должно быть, ошибся.

– Да? Странно. Он был абсолютно уверен в этом факте.

Ну кто говорит таким языком, кроме героев романа?!

– Возможно, но факты опровергают его уверенность, – ловко нахожусь я с ответом.

– Посмотрите еще раз, – настаивает он, – бедняга был очень расстроен.

Говорю: «Да, да», одновременно думая: «Нет, нет». Мне совершенно наплевать, что «бедня-я-га расстроен». В данный момент меня интересует только судьба Эльвиры.

Я еще раз благодарю его за Рэя, потом вешаю трубку. Тайком подхожу к окну. Сердце ёкает: машина все еще здесь. Боже мой, но ведь это означает, что он бродит поблизости! И нельзя открыть окно, чтобы закрыть ставни: если он прячется возле окна, то схватит меня за запястья, словно монстр, вылезающий из-под кровати в каком-нибудь фильме ужасов. Конечно, проникнуть в дом ему помешают решетки, но мне бы не хотелось почувствовать его руки, сжимающиеся на моем нежном горле.

Задернуть красные бархатные шторы.

Вероятно, он не поверил Стивену и поджидает, чтобы я вышла. Хитер этот Рэй-Антони Ламарк! Но у меня нет никакого желания выходить ни сейчас, ни в ближайшие сутки.

Но когда Стивен уйдет на работу, тот поймет, что я одна и беззащитна в пустом доме. Он взломает дверь и… А ты вызовешь фликов, Эльвира, и хоп, они захватят его раньше, чем он кончит тебя насиловать.

Если они соизволят приехать.

Меньше чем три недели назад какой-то одержимый пьяница прикончил двух женщин молотком, а ведь сосед вызвал полицию, услышав крики. Но флики, загруженные работой, подумали, что это просто нарушение ночной тишины. Они промедлили и приехали только через три часа, уже по требованию других соседей. Я вовсе не хочу умереть из-за проблем с нехваткой персонала в полиции.