Возмездие - Вэл Макдермид

— …Я — действующий офицер полиции. — Кэрол говорила ровным спокойным голосом, но Тони чувствовал, что внутри нее закипает гнев, который она сдерживает лишь могучим усилием воли. — И я никуда не хожу без полицейского сопровождения. То есть без своей команды. — Последовала долгая пауза, во время которой губы Кэрол сжались еще крепче, а плечи напряглись. — Нет, разумеется, ко мне домой они не ходят… Но охранять доктора Хилла, я надеюсь, вы будете? Так вот, в его доме две квартиры; он живет в верхней, я — в нижней… — Тут Тони подумал, как нелегко Кэрол рассказывать Пирсу Ламберту о подробностях своей личной жизни. — Уж конечно, одна и та же группа способна присмотреть за двумя дверьми в одном и том же здании? Тем более что нынче даже полиция вынуждена экономить. — Снова пауза. Кэрол, прикрыв глаза, нервно барабанила пальцами по столешнице. — Спасибо, мистер Ламберт, — проговорил она наконец и повесила трубку. — Чертовы бюрократы!

— Но ты ведь согласилась, чтобы тебя охраняли? — с надеждой спросил Тони.

— Я могла бы сказать, что согласилась, но это было бы неправдой. И вообще, что ты тут расселся? Подвинься, мне нужно взять кое-что в шкафу… — сказала она, и Тони вместе со стулом откатился в сторону, давая Кэрол возможность добраться до заветного ящика, где хранились ее водочные запасы.

Достав из шкафа бутылочку-миньон, Кэрол вылила ее содержимое в кружку с кофе, которую принесла с собой. Опустившись на кресло для посетителей, она сделала из кружки большой глоток и смерила Тони недовольным взглядом.

— Ну, что уставился? Ты же слышал, что я сказала твоему Ламберту… — Она кивком показала на жалюзи, в щели которых виднелся рабочий зал. — Здесь всегда полным-полно полицейских. Пока я на работе, Вэнс до меня не доберется.

— Вэнс удрал из тюрьмы, причем проделал это при свете дня, на глазах у охраны, — спокойно возразил Тони. — И как будто растворился в воздухе… Во всяком случае, его никто не видел. Довольно неплохо для однорукого инвалида, которого знает в лицо вся страна, ты не находишь?

— Не передергивай. — Кэрол поморщилась. — Ты же сам не веришь, что Вэнс просто войдет в управление и прикончит меня. Ну а пока я дома, команда, которая охраняет тебя, сможет присматривать и за мной. В общем, давай прекратим этот разговор, ладно?

Тони пожал плечами:

— Как хочешь…

— Да, я так хочу!

— О’кей. — Тони повернулся к компьютеру и быстро закрыл окна, которые свернул, как только Кэрол вошла в кабинет, чтобы ответить на звонок Ламберта. Меньше всего ему хотелось, чтобы она видела, над чем он работает. — В таком случае, я пошел домой, — объявил он. — Пирс сказал, что мои ангелы-хранители ждут меня внизу, в дежурке, так что мне больше не нужно здесь торчать.

— Я тоже скоро заканчиваю, так что, если хочешь, подожди немного — поедем вместе, — предложила Кэрол, но Тони покачал головой и поднялся.

— Моя машина все равно здесь. К тому же у меня есть работа, которую мне хотелось бы поскорее закончить… — «Работа, о которой тебе лучше не знать», — добавил он мысленно.

— Вот как? — Кэрол, казалось, была разочарована. — А я думала, мы сможем поговорить насчет переезда. Моего переезда… У меня оказалось довольно много лишней мебели, и я ума не приложу, что с ней делать, — ведь твой новый дом полностью обставлен. Одну-две вещи я, впрочем, хотела бы взять с собой в любом случае. Кровать, например… Я к ней привыкла, к тому же она мне нравится.

Тони улыбнулся:

— За чем же дело стало? Привози кровать, потому что та штука, которая стоит в твоей комнате в Вустере, выглядит, по совести сказать, на редкость уродливо. Надо будет попытаться ее продать или отдать, а еще лучше — отправить в гараж. Ну, чтобы было, что поставить на место, если тебе вдруг надоест жить со мной, и ты снова захочешь самостоятельности и независимости. — Он бросил на нее тревожный взгляд, словно ждал каких-то успокаивающих слов.

Кэрол в задумчивости провела рукой по волосам, отчего торчащие в разные стороны короткие пряди встали дыбом.

— Ну это вряд ли, — проговорила она и попыталась улыбнуться, но ее улыбка тоже получилась не слишком уверенной. — Слишком долго мы шли навстречу друг другу, шли осторожно и предпринимали что-то, только если были уверены в успехе на все сто. Мне даже думать не хочется, что все эти усилия пропадут даром.

Тони поднялся, обогнув стол, подошел к Кэрол и положил руку ей на плечо.

— Мы этого не допустим. — Он вздохнул. — Я вызову эксперта из антикварного салона, чтобы он оценил кровать. А сейчас я еду домой, — повторил он. — Уже почти десять, и я чувствую себя совершенно разбитым. Поговорим завтра, хорошо?

Кэрол накрыла его руку ладонью:

— Хорошо.

— Я знаю, ты думаешь — я преувеличиваю опасность, — сказал он, делая шаг к двери. — Но мне лучше других известно, на что способны такие, как Вэнс. Нам с тобой действительно потребовалось немало времени, чтобы понять друг друга, поэтому мне очень не хотелось бы потерять тебя именно сейчас.

И с этими словами он вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

Вэнс вздрогнул и проснулся, чувствуя, как напряжены нервы и отчаянно стучит сердце в груди. В первое мгновение он даже не понял, где находится, и беспомощно барахтался в большой мягкой постели, путаясь в простынях и покрывалах. Но вокруг было тихо и спокойно, и Вэнс наконец вспомнил… Он вовсе не в своей оквортской камере, а в нескольких милях от нее, в местечке под названием Винтон-Вудс, в доме, принадлежащем некой корпорации, которая базируется на Каймановых островах и единственный директор которой — некий мистер Патрик Гордон. Именно это имя значилось в одном из паспортов, который добыл для него Терри.

Повернувшись на бок, Вэнс вытянул руку и включил стоящую на ночном столике лампу под белым матовым абажуром. На ковер перед кроватью тотчас легло пятно приятного мягкого света. В его одиночной камере в Окворте потолочные светильники освещали каждую стену и каждый угол, словно подчеркивая пределы его несвободы, но это мягкое сияние, лишь обозначавшее окружающие предметы, оставляло место для воображения, и Вэнсу это понравилось.

Сама постель, впрочем, могла быть и получше. Едва увидев, на каком белье он лежит, Вэнс решил, что избавится от него как можно скорее. Представления Терри о роскоши были достойны выходца из рабочей среды, каковым он, впрочем, и являлся. Похоже, бедняга не сомневался, что черные атласные простыни являются непременным атрибутом богатства, и переубедить его могло только чудо.