Ничего хорошего - Линда Фэйрстайн

Мне показалось, что эта прелюдия продолжалась бесконечно, но уже через три или четыре песни Дрю шутливо чмокнул меня в нос и сказал, что перед тем, как он уйдет, надо бы вывести Заку погулять.

Да, разумное предложение, подумала я, вставая с софы, надела свою юбку и пригладила волосы.

Мне понравилось то, что происходило между нами, поэтому я не возражала против того, чтобы немного попридержать лошадей. У меня горело лицо, а тело трепетало от возбуждения — ощущения, которых я слишком давно не испытывала. Я хотела распробовать его как следует, хотела, чтобы эти чувства длились подольше, хотела, чтобы Дрю желал меня так же отчаянно, как я его. Мысленно я уже представила, как мы занимаемся любовью, и знала, что для этого нам не понадобится никаких стимуляторов вроде алкоголя.

Я прицепила поводок к ошейнику Заки, мы с Дрю оделись и сели в лифт. На улице мы прошли несколько кварталов, Дрю одной рукой вел собаку, а другой держал за руку меня. Возможно, дело было в том, что заканчивался март, или меня согревало его присутствие, но сегодня я совсем не обращала внимания на холод, и мне хотелось, чтобы наша прогулка длилась вечно.

Мы вернулись к дому, Дрю поцеловал меня еще раз, прижав к одной из колонн, стоявших по бокам от въезда во двор.

— Я позвоню завтра. На этой неделе мне надо будет поехать по делам в Сан-Франциско. Оставь для меня денек в своем ежедневнике, ладно?

— Денек или, может, недельку? — переспросила я, мне совсем не хотелось идти домой.

— С моей стороны будет наглостью потребовать много-много месяцев? — ответил он, и я рассмеялась его уверенности. — Дела вроде нынешнего отнимают все твое время? Или я смогу тебя застать, когда позвоню?

Он впервые упомянул расследование убийства, и внезапное упоминание о Джемме Доген тут же развеяло мою легкомысленность.

— Не думаю, что тебе будет трудно найти меня, если захочешь, Дрю.

Он отступил на шаг, развернулся и ушел.

Я смотрела ему вслед, пока он не поймал такси, а потом повела свою четвероногую подругу домой, спать.

* * *

Мне редко выпадает удовольствие поваляться в постели воскресным утром, читая «Таймс». Я вывела Заку, по дороге домой взяла свежую газету, с удовольствием прочитала каждую статью и заметку, а уже затем приняла душ и оделась, готовая начать новый день.

Джоан позвонила в одиннадцать:

— Ты можешь говорить?

— Ты хочешь узнать, не здесь ли Дрю?

— Ну, да, такая мысль приходила мне в голову.

— Он ушел, но должна сказать, что очень благодарна тебе за это знакомство. Да, мы провели вместе отличный вечер. Да, твой ужин был великолепен. И — да, мы с ним собираемся встретиться снова. Подожди секунду! У меня звонок по другой линии.

Я нажала кнопку на телефоне и услышала голос Чэпмена:

— У меня есть для тебя новости, блондиночка...

— Я перезвоню, Майк. Я говорю по другой линии.

— Хорошо, но я не дома. Пиши номер.

Он назвал мне цифры и велел спросить добавочный 638.

Я заставила свое любопытство умолкнуть, снова переключилась на Джоан и объяснила ей, что меня призывают дела.

Затем я набрала номер, оставленный Майком, мне ответил оператор:

— Отель «Сент-Регис». Чем могу помочь?

Я назвала добавочный и подождала, пока знойный голос с сильным акцентом не ответил:

— Алло!

— Майка Чэпмена, пожалуйста.

— Конечно, — пропела женщина, и через несколько секунд мне ответил уже сам Майк.

— Ну и кто из вас платил за номер, она или ты? — поинтересовалась я.

— Последний раз, когда я платил за номер, туалет был в конце коридора, и моя подружка ушла раньше, чем я сумел найти выключатель на обогревателе. А в этом номере такой мини-бар, что на его содержимом можно продержаться дольше, чем на продуктах из твоего холодильника.

— Это та репортерша из Милана, что писала про участок?

— Это деловое свидание, блондиночка. Сугубо деловое. Не надо меня ревновать. Сегодня утром мне звонил Петерсон, и я подумал, что ты должна узнать эту информацию как можно скорее. Один из полицейских, просматривавших архив, нашел код 61.

Код «61» — это отчеты, которые составляют полицейские, когда граждане сообщают им о преступлениях по Нью-Йорку.

— О преступлении заявила Джемма Доген, — продолжил Майк. — Звонок поступил в участок чуть больше месяца назад, в конце февраля. В отчете сказано, что имело место причинение беспокойства и назойливое преследование.

Иными словами, кто-то настойчиво звонил ей по телефону, хулиганил или пугал.

— Что еще говорится в отчете? Кто принял ее звонок?

— Спокойней, спокойней. Отчет не у меня. Я могу только пересказать тебе его содержание. Кто-то хотел запугать Доген телефонными сообщениями, их оставляли на автоответчике. Мужской голос. Она его не узнала, но подумала, что звонивший специально изменил его. Завуалированные угрозы...

— Что за угрозы?

— По словам Петерсона, она не говорила, что ей угрожали смертью. Скорее просто ругались, велели убираться из города, потому что так будет лучше для нее же. Лейтенант хочет, чтобы я поговорил с копом, принявшим звонок, может, он вспомнит что-нибудь еще. Пока это все, что мне известно.

— А что было предпринято? Кто-нибудь направлял к Доген детективов?

— Ага. Там есть два пустых РД-5С. — Так мы называет бланки рапорта детективов. — Первый парень звонил ей всю неделю каждый день, но ее не было в стране. А из ее офиса ему не перезвонили. Второй хотел прийти побеседовать с ней, но Доген отказалась. Сказала ему, что звонки прекратились и она не собирается давать делу ход. Сказала, что проблема разрешилась сама собой.

— Надо же! Ты только представь себе, если тут есть связь. Мы должны узнать, с кем у нее был конфликт, на работе или в личной жизни.

— Сейчас я поеду в Квинс. Тот парень, что принял ее звонок и составил отчет 61, теперь приписан к складу. — Майк имел в виду большое учреждение, где хранились найденные машины, которые были угнаны или конфискованы таможней как контрабанда.

— Мне показалось, ты сказал, что звонок поступил в 17-й участок?

— Да, он работал там, пока твоя заместительница не наложила на него лапку.

— Сара?

— Да, ее стараниями его вышибли дней десять назад. Думаю, она не хотела беспокоить тебя по таким пустякам. Стоматолог привела домой парня с вечеринки. Они занимались сексом на заднем сиденье его машины, припаркованной на Первой авеню. Затем она заявила, что у нее дома он стал вести себя агрессивно и изнасиловал ее. Она позвонила в участок на следующее утро, заявила, что он спит в ее постели, и попросила прислать кого-нибудь, потому что она боится будить его, мало ли, что еще он устроит.