Бегство мертвого шпиона - Джон Сток

— Теперь Спайро поймет, каково пришлось Дэниелю Марчанту, — сказал Филдинг. — Его отстранили или он решил взять длительный отпуск?

— Мы называем это заменой старой крови.

— Тяжело, когда одного из ваших игроков убирают с поля.

Картер ответил не сразу. Некоторое время он молча смотрел на Филдинга.

— Я знаю, что Марчант был хорошим агентом. Это была не моя вина.

— И не моя. А что насчет Лейлы? Тоже дело рук Спайро? Он лично нанял ее?

— Конечно. Жаль, что с ней так получилось.

— Не стоит сожалеть. Где она теперь?

— В нашей резидентуре в Нью-Дели.

— Я думал, она работала под началом Спайро. Управление оставит ее себе?

— Она может быть полезна, если Марчант выкинет что-либо неожиданное.

— Полагаю, это Спайро приказал ей подставить Марчанта? — спросил Филдинг. — Она отдала Дэниелю его старый телефон ТЕТРА во время марафона.

— Боюсь, я не знаю всех деталей их сотрудничества, а также какую роль она играет в управлении, Маркус. Скажем так, отчет, который она представила Спайро после марафона, содержал несколько наводящих вопросов, ответы на которые были очевидны.

— Иными словами, она сказала ему то, что он хотел услышать. Подтвердила, что Дэниель был виновен так же, как и его отец. — Филдинг замолчал. — И кто, к слову сказать, сделал свой ход первым? Спайро или Лейла?

Картеру было поручено замять историю с Лейлой, но он не ожидал, что столь рассудительный человек, как Филдинг, даст волю своим эмоциям. Он задавал Картеру вопросы, как муж, пытающийся изобличить неверную жену.

— Спайро искал человека, который был бы близок к Дэниелю Марчанту, — сказал Картер, надеясь выкрутиться.

— Московские правила?

— Деньги. У ее матери было слабое здоровье, ей требовалось дорогое лечение. А мы всегда готовы поддержать людей вроде матери Лейлы. Они исповедуют религию бахай, ее народ подвергается в Иране преследованиям.

— И вы поверили Лейле?

— Так же, как и вы. Я читал отчеты. Они были такими правдивыми. Только вот ваши проверяющие органы не знали о том, что мать Лейлы вернулась в Иран. Конечно, Лейла должна была рассказать вам об этом, но она боялась потерять работу. Спайро все стало известно, и он воспользовался этой информацией, чтобы завербовать ее.

Картер не хотел ссориться с Филдингом. Он приехал сюда не для этого. Он был рад встретиться с человеком, о котором в Лэнгли ходили легенды. Филдинг был совершенно другим разведчиком, нежели Стефан Марчант. Он был так же предан своему делу и верил в свое интеллектуальное превосходство, как и все офицеры МИ-6, с которыми приходилось встречаться Картеру, но вместе с тем он обладал неоспоримыми достоинствами: именно Филдинг помог им отговорить Муаммара Каддафи от намерений обзавестись ядерным оружием. Используя свои завидные познания в арабском мире, он смог разрешить эту деликатную ситуацию. Если бы только их предыдущий президент использовал подобную тактику по отношению к Саддаму Хусейну!

— Ваша профессия никогда не преподносила вам сюрпризов, Алан? — спросил Филдинг. Он встал и смотрел на заглубленное окно эркера, повернувшись спиной к Картеру. Двое сотрудников МИ-6 курили внизу на террасе. Над ними развевался флаг Евросоюза.

— Каждый день.

— Стефан никак не мог с этим смириться. Он презирал людей, которых обманул и благодаря которым сделал себе карьеру. Больше всего он ценил такое качество, как верность, поэтому предатели были для него самыми низкими людьми, даже если они предавали врагов.

Картер встал и подошел к окну, остановившись около Филдинга. В темном воздухе лондонской ночи сверкали огни проплывавших по Темзе кораблей. Близилась полночь. Картер подумал о том, что Леголенд, как и Лэнгли, никогда не спит. Ряды антенн и спутниковых тарелок на крыше здания, которые Картер видел с моста Воксхолл, помогали установить связь со всеми часовыми поясами мира.

— Хотите, я скажу вам, почему, как мне кажется, Стефан летал в Кералу?

— Я вас слушаю.

— Я думаю, он считал, что Салим Дхар был бы очень полезен для нас: один из лидеров Аль-Каиды, которого можно было завербовать. Конечно, мы могли просто захватить его, отправить в секретную тюрьму и под пытками выяснить, что ему известно. Именно этого хотел Спайро. Но у Стефана Марчанта были другие соображения на этот счет.

— Если честно, я думаю, ему нужно было только имя… имя крота в МИ-6, который погубил его жизнь.

— Да ладно вам, Маркус, мне кажется, он хотел чего-то большего, и вы знаете об этом. Ему нужен был свой человек в высших кругах Аль-Каиды.

Картер читал досье Стефана Марчанта, и ему было известно, как сильно Марчант сожалел о том, что так и не смог внедрить в Аль-Каиду своих людей. Он был шефом разведки, который, помимо всего прочего, построил свою блестящую карьеру благодаря тому, что его людям удалось проникнуть на площадь Дзержинского в те времена, когда офицеры разведки не топили своих врагов в резервуаре с водой, а шантажировали друг друга скабрезными фотографиями, сделанными в номерах мотелей. Этот способ казался ему более цивилизованным.

— Он был одержим этой идеей, не так ли? — продолжил Картер. — Кто-то должен был пробраться в их ряды. Особенно после 11 сентября. А мы шли другим путем. Уничтожали террористов вместо того, чтобы вербовать. Вот почему наша компания так подозрительно относится к МИ-6. Мы думаем, что вы просто спите на своем посту. Чем вы вообще занимаетесь?

— Пытаемся найти доказательства, чтобы оправдать ваши войны, — ответил Филдинг.

— Но вы не вербовали наемников. В душе американцы — очень простые люди. Если кто-то обижает нас, мы в ответ тоже хотим причинить ему боль. И наносим удар открыто, а не исподтишка. Иногда мы бьем невинных людей. А те из нас, кто предпочитает более скрытные методы работы, часто теряют свои должности.

— Салим Дхар никогда бы не стал работать на ЦРУ.

— Я знаю.

— Тогда почему же вы считаете, что могли бы склонить его к сотрудничеству?

— Мы — нет, а вот с британцами он мог бы договориться.

— На каком основании?

— Вам лучше знать. Стефану Марчанту было что-то известно.

Филдинг отошел от окна и положил руку на поясницу.

— Вы не возражаете, если я лягу? — спросил он.

— Хорошо, — согласился Картер. Он слышал, что у Викария были проблемы со спиной. — Нижний отдел поясницы?

— И не только.

На глазах у Картера шеф МИ-6 осторожно лег на пол посреди своей столовой, даже не переживая по поводу того, что этот поступок мог уронить его в глазах собеседника. Возможно, ему было все равно.

— Продолжайте, — сказал Филдинг, лежа на полу, но Картер уже утратил свою былую решимость. Интересно, знал ли Филдинг о том, что он собирался ему сказать?