Ожившие - Александр Варго

— Не буду утверждать, хотя существует поверье, что акулы чувствуют, когда на судне тяжело больной человек.

Он повернулся лицом к остолбеневшим людям:

— Или труп.

Полчаса прошло в абсолютном молчании. Айс, жмурясь на солнце, сидел на анкерке и беззаботно пялился по сторонам, разве что ногами не болтал, как ребенок. Исви молча управлял катером.

Поначалу его напугали слова Айса о том, что у него завелись черви, и он даже предпринял попытку выковырять их из гноящейся раны, но боль была настолько острой, что он, застонав, оставил это занятие. Его немигающие, выцветшие от палящего солнца и ветров глаза невидяще глядели перед собой, и было вообще непонятно, как он ориентируется в открытом океане.

Катрин с мрачным видом чинила порвавшийся браслет с фенечками. Вячеслав раздраженно перекладывал с места на место никак не желающие сохнуть туфли. Татьяна дремала.

Эд с Валиком стояли у борта. Юноша шумно сглотнул, нервно протер очки и снова напялил их на нос. Он не мог оторвать взгляда от прямо-таки гипнотического зрелища — акул. Их темные плавники неотступно следовали за катером, придерживаясь строго выбранной дистанции, не отдаляясь и не приближаясь.

— Не бойся, — мягко сказал Эд, видя, что Валик того и гляди запаникует.

— Откуда… вы знаете, что они чувствуют… ну, это? — Валик несмело поднял глаза на Эда.

— Так, читал кое-что. Говорят, еще в эпоху колонизации, когда на судах перевозили рабов-негров, акулы спешили к кораблям, как на званый ужин. И следовали за ними целые недели подряд, пока не получали свое.

— Как это?

— Рабы часто умирали, условия перевозки в те времена были сам знаешь какие, — пояснил Эдуард.

Валик поежился. В животе неприятно заурчало, и он только сейчас вспомнил, что последний раз ел почти сутки назад.

— Странно, но я до сих пор так и не понял, кто тут главный, — произнес Эд. — Хозяин судна больше похож на немого слугу. А этот Айс… откуда он вообще тут? И по-русски шпарит будь здоров.

— Я где-то видела его, — сказала отстраненно Катрин и чертыхнулась. — Вот только никак вспомнить не могу.

— Катрин? Я не ошибся, тебя ведь так зовут? — спросил Эд, и она кивнула, не поднимая головы.

— Давай спустимся вниз, к вашему другу, — предложил он. — Мы должны знать, что он там делает.

Лицо Катрин изменилось. Было видно, что она не горела желанием испытать еще одну встречу с Владом.

— Я все понимаю, но вы все-таки друзья, а меня ваш друг не знает и может принять за врага, — прибавил Эд для пущей убедительности.

Катрин усмехнулась и встала на ноги. Кеды она так и не обула, решив остаться босиком. «В общем-то, Эд прав», — подумала она.

— Слава, — позвал Эдуард. — Ты нам нужен.

Вячеслав с неохотой набросил на обгоревшие плечи высохшую рубашку.

— Мария Бравлина не рожала лентяев. Давай, что ли, чего у вас там, — важно проговорил он.

Дверь в каюту была закрыта, и Эд толкнул ее. Та со скрипом отворилась. Пригнувшись, Эд вошел первым, за ним проскользнула Катрин. Вячеслав топтался у входа, с любопытством заглядывая внутрь.

Влад сидел на койке. Тела Марины не было видно — оно было полностью скрыто под тряпками и разным хламом. Кроме безжизненно повисшей руки, пальцы которой с задумчивым видом перебирал Влад, при этом что-то тихо напевая.

— Привет, — сказал Эд. Он остановился у койки. — Меня зовут Эдуард, можно Эд.

— Валяй, Эд, паркуй свой шоколадный цех, — подмигнул ему Влад и, не выпуская из ладони пальцы Марины, указал мужчине на рваное покрывало, сплошь залитое кровью. — «И следы на постели напомнят про счастливую ночь»[29], — фальшиво пропел он. — Катрин, привет, — сказал Влад и ухмыльнулся.

Девушка молча кивнула в знак приветствия, стараясь не встречаться взглядом с парнем. Он пугал ее.

— Зачем тебе столько тряпок? — словно между прочим поинтересовался Эд.

— Ей холодно, — меланхолично ответил Влад и, наклонившись, неожиданно поцеловал тонкие пальцы своей супруги. — Ты бы не укрылся, если бы замерзал, а, Эд?

— Давай поднимемся наружу, — ненавязчиво предложил Эд. — Здесь очень душно, ты не находишь?

— Отгадай загадку, тогда пойдем, — хихикнул Влад.

Вячеслав озабоченно потер ухо. Он не мог понять, какого черта Эд возится с этим придурком. И на хрена он вообще им сдался?!

— Загадывай, — согласился Эд.

Все его внимание было приковано к женской руке, высовывающейся из-под тряпок. Его губы плотно сжались — эта рука действительно принадлежала трупу.

— Значит, так, — начал Влад. — Жила-была одна маленькая девочка. И однажды она пошла гулять в горы. Она никому не сказала про это, хотя мама не разрешала ей уходить далеко от дома. Она шла, шла, любовалась природой и птичками всякими с цветочками и заблудилась. И вдруг на нее, откуда ни возьмись, падает огромный камень. Представляешь? Кругом куча гор, а камень падает именно на нее, прямое попадание, как торпеда в корабль. Он зажимает ей руку. Девочка в шоке, она кричит от боли и страха. Ей очень больно, у нее течет кровь, а на помощь никто не приходит.

— Влад, прекра… — начала Катрин, но юноша внезапно оскалился и дико завизжал, брызгая слюной: — Сука, не перебивай меня!

Катрин отшатнулась, побледнев, а Влад тут же остыл, вспышка ярости исчезла так же быстро, как и появилась, будто кто-то невидимый бездумно дергал рычаги, отвечающие за его эмоции и настроение.

— Девочка была смелая, но она все-таки была самой обыкновенной девочкой и к тому же еще слишком слабой, — продолжал он, с удвоенной силой затеребив пальцы Марины.

Весьма не к месту Эд обратил внимание, что маникюр был выполнен профессионально, на ногтях даже сохранились остатки страз.

— Она долго плакала, но потом поняла, что нужно как-то выбираться. И тогда девочка вспомнила про волков, которые отгрызали себе лапы, когда попадали в капкан. Ей удалось вытащить из расщелины острый камень, и она стала кромсать себе руку. Она теряла сознание и снова приходила в себя, и резала, резала, резала…

Влад вдруг замолчал и, наклонившись, что-то поднял с пола. Присмотревшись, Эд определил, что это женские трусики.

— …и отрезала. Теперь у девочки не было руки.

Влад повертел в воздухе трусики и вынужденно кашлянул, словно хотел потянуть время.

— Итак, вопрос. За два часа прогулки на девочку упал один камень, и она потеряла руку. Сколько камней на нее может упасть за шесть часов и сколько раз она может потерять руку?

В каюте повисла прогорклая тишина, смрад нечистот и затхлого белья выворачивал все внутренности наизнанку.