Чужие сны - Дарья Сойфер

Мурад

ТАК ВОТ КАК ВЫГЛЯДИТ здешний центр управления полетами. Забавно. Сюда приглашали всех: Лию, Наташу и, я уверен, весь этот цирк уродов, который Мицкевич, очевидно, считает своей армией сомнаров. Кроме меня. Мол, в кабинет – только своих, а ты, Мурад, здесь лишний.

Мицкевич бы подружилась с моей матушкой. По части демонстрации мне, что я никуда не гожусь и лучше бы не мешался под ногами.

Кабинет такой же постный и холодный, как его хозяйка. Неудивительно, что она одна. Ни мужа, ни детей. Пытается наверстать наукой. Что ж, и тут ее ждет провал. Как бы она ни старалась записать чужие сны, сама она дар не получит. Может, оттого и озлобленная? Старая стерва. Люди, помешанные на чистоте, в глубине души те еще извращенцы. Стоит только посмотреть на эти белые стены, белые подоконники без единой пылинки. Наверняка она расхаживает тут в белых перчатках, а потом драконит прислугу за плохую уборку.

Ясно, почему Мицкевич не хочет включать меня в программу исследования. Знает, что не получится меня прогнуть под себя. Непонятно только, с чего девчонки ее слушают, разинув рот. Обеим промыла мозги, надавила на больные точки. Наташа молчит, но я не сомневаюсь: ей наплели про то, что она сможет касаться своего Криса, быть с ним так ощутимо, что никакая реальность не понадобится.

Мицкевич явно есть что скрывать. Помимо ее чудо-аппарата. Кому нужны записи человеческих снов? Психиатрам? Узнавать больные фантазии пациентов? Находить маньяков в толпе? Нет, изобретение – просто попытка приблизиться к дару экстрасомнии, познать его. Но это все равно что гонять с утра до вечера «Терминатора» и верить, что сам станешь киборгом.

Наташа мнется у стола в нерешительности. Даже во сне ей стыдно быть здесь. Считает себя преступником. Сколько еще ей всего надо втолковать! Чтобы отбросила наконец свои дурацкие комплексы.

– С чего начнем? – шепотом спрашивает она. А зачем шептать? Это ее сон, она здесь хозяйка.

– Комп, – громко отвечаю я, и Наташа испуганно вздрагивает. – Ну ты чего? Просто сон же. Ты ведь не боялась, когда приходила к Крису.

– Анна Федоровна знает, какие у нас способности. Что, если у нее есть защита и на этот случай?

– И как ты себе это представляешь? Сигнализация, которая реагирует на сны? Не смеши!

Усаживаюсь за стол, включаю компьютер. Надежды особой нет, хакер из меня никакой. Но вдруг?..

Нет, пароль. Разумеется. И никакие «1234» не подходят.

– Ты не знаешь дату ее рождения? – У меня остается всего две попытки.

– Нет… Но она не стала бы так тупить. – Наташа зачем-то смотрит на настенные часы. – Может, посмотришь в ящиках?

– А может, ты поучаствуешь? – Я указываю на верхний.

– Бесполезно. Пробовала, я не могу…

– Все ты можешь. Если я могу, то и ты тоже.

Она смотрит на меня сердито, как будто я ее чем-то обидел. Что-то в ней есть… Сам пока не пойму. Столько эмоций внутри, столько чувств, а она все время бьет себя по рукам. Фигурально, конечно.

Наташа вызывает во мне странный азарт. Хочется копнуть глубже, вытащить ее настоящую. Такая она иногда мелькает во вспышках гнева, в тех своих снах рядом с кумиром, но тут же прячется. Жалко. Что-то подсказывает: она – огонь. Но тушит себя снова и снова. Вот и теперь собственными сомнениями не дает себе сделать шаг дальше! Как же это злит! И как будоражит…