Долгая ночь - Цзы Цзиньчэнь

Сентябрь 2012 года

Чайная в Цзянчжоу

Все вошли в чайную одновременно, только Чжан отставал на пару шагов. Теперь на его лице застыло вечно извиняющееся выражение. И хотя все просили Чжу быть полюбезнее, стало ясно, что больше изображать дружеские чувства он не намерен.

– При виде тебя я сразу вспоминаю, что курить нельзя, – жалобно простонал Чжу. – Пожалуйста, выздоравливай скорее, чтобы я мог дымить спокойно.

– Ты можешь курить, я не против, – улыбнулся Цзян.

Однако Чжу сдерживался весь вечер: каждый раз, когда рука тянулась к сигарете, он останавливал свой порыв и громко вздыхал.

– Как прошел разговор с Гэ Ли? Кстати, на следующей неделе у меня начинается курс химиотерапии, и хорошие новости мне не повредили бы.

– Ах да, Гэ Ли… – Чжу нахмурился.

– Не смогли ее найти?

– Смогли. Только она лежит в психиатрической клинике.

– Почему?

– Десять лет назад повредилась в уме, – объяснил Чжу. – Незадолго до смерти Хоу она бросила школу из-за беременности. У нее родился мальчик, которого ее бабушка и дедушка вскоре продали семье Юэ Цзюня. Бедная девочка этого не вынесла, и ее отправили в клинику. Потом дед с бабкой умерли, а Гэ Ли осталась одна. С тех пор она не покидала больницу.

Цзян широко распахнул глаза.

– Помнишь того мальчонку в магазине Дин Чуньмэй?

– Ты угадал, это ребенок Гэ Ли, – Чжу кивнул. – Сейчас он ходит в лучшую школу Цзянчжоу.

– А кто о нем заботится, кто платит за школу?

– Я проверил номера машины, которая его привозит. Она принадлежит «Хан групп», имя водителя неизвестно. Кстати, живет мальчик в роскошном особняке. Лично я предполагаю, что за все платит Сунь Хунъюнь.

– Думаешь, это его ребенок?

– Вряд ли, – Чжу покачал головой.

– Тогда чей?

– Припомни-ка его фамилию.

– Точно, ему дали фамилию Ся! Гэ Ли родила от Ся Липина?

– Верно.

– Мы сможем это доказать? – оживился Цзян.

– Нет, – отрезал Чжу. – Я посмотрел медкарту Гэ Ли, там есть дата поступления в клинику. Соседи могут подтвердить, что она еще школьницей родила ребенка, которого затем продали родителям Юэ Цзюня. По словам главврача психиатрической клиники, счета за лечение Гэ Ли оплачивает Ху Илан, а ребенка привозят навестить ее каждый месяц. Я также выяснил, что Ся Липин берет мальчика на прогулки по выходным. У Ся Липина лишь одна дочь, уже взрослая. Думаю, он так рад появлению сына, что даже готов показаться с ним на публике. Увы, всё это косвенные улики, ничего весомого у меня нет.

– Когда оформлены документы об усыновлении? – вдруг спросила Ли Цзин.

– В апреле две тысячи второго, когда ребенку исполнилось полгода. А что?

– Тогда получается, что Гэ Ли забеременела до своего четырнадцатилетия, верно?

– Верно, – согласился Чжу.

– Вот и улики! – просияла Ли Цзин. – Гэ Ли жива, ее возраст легко установить. Сделав тест ДНК, можно доказать, что родителями ребенка являются Гэ Ли и Ся Липин. А если девочка забеременела до четырнадцати лет, закон автоматически признаёт факт изнасилования. И тогда Ся Липину не отвертеться.

Ее энтузиазм никто не разделял.

– Хорошо, с юридической точки зрения он не сможет избежать наказания, верно? – добавила она.

После долгой паузы наконец заговорил Чжан:

– Технически это возможно. Практически – едва ли.

– Почему же?

– Ся Липин – высокопоставленный чиновник. Мы не сможем затребовать тест на отцовство без веских оснований, а сам он вряд ли пойдет навстречу. История тянется уже десять лет, преступники обладают большой властью. Гораздо большей, чем мы себе представляли. У нас нет права на ошибку.

Снова они были так близки к тому, чтобы призвать к ответу Сунь Хунъюня и его соратников, – и снова возможность получить доказательства ускользала. Чжан в который раз стал просить Цзяна прекратить расследование.

– Хотя бы отложите его на время. Сейчас важнее, чтобы ты поправился. Я обещаю похлопотать насчет твоей апелляции и добиться отмены приговора.

– Не думаю, что Цзян сейчас может себе позволить такого дорогого адвоката, – усмехнулся Чжу Вэй. – Кроме того, однажды ты его уже подвел. Где гарантия, что это не повторится?

– Не цепляйся к нему, – тихо произнес Чэнь.

Чжу неохотно послушался.

– Я буду работать бесплатно, – заявил Чжан. Он не сводил глаз с лица жены, но Ли Цзин никак не отреагировала. Тогда Чжан добавил, понурив голову: – Я все равно хочу загладить свою вину, одобряете вы это или нет.

– Спасибо за предложение, однако на подачу апелляции у меня достаточно сил, – ответил Цзян. – Процедура мне известна, так что в помощи я не нуждаюсь.

– Но я… – начал Чжан и осекся.

– А я считаю, тебе нужно помочь Цзяну, – бодро сказал Чэнь. – У него скоро начнется химиотерапия, переутомление нам точно ни к чему. А я позабочусь, чтобы его жена и сын переехали в Цзянчжоу и находились рядом во время лечения.

– Постой, ты и так уже много для меня сделал, – запротестовал Цзян.

– Это всего лишь деньги. Слишком долго я стоял в стороне, пока вы со Снежком сражались. Жаль, что у меня нет вашего мужества, – посетовал Чэнь.