Поэзия зла - Лайза Рени Джонс

К счастью для себя, оказавшись в здании, я застаю там Антонио Лопеса, одного из моих любимых криминалистов, который, несмотря на седьмой час, все еще здесь и над чем-то трудится. Он – моя всегдашняя палочка-выручалочка, когда того требует дело, а все потому, что он умен и предан этому самому делу. Видимо, на свете он живет, чтобы быть частью решения.

Стремясь заручиться поддержкой, я выслеживаю его и вскоре уже стою за стеклом комнаты вещдоков, наблюдая, как Лопес изучает что-то под микроскопом. Я стучу в окошко, и он со взмахом руки спешит в мою сторону, снимая на ходу перчатки. Бросает их в мусорный бачок, а затем выходит из лаборатории, чтобы присоединиться ко мне в небольшом внешнем офисе.

– Привет, детектив Джаз, – здоровается он, держа руки в карманы лабораторного халата. – Чем могу помочь?

Для начала можно было бы пощебетать, как мы обычно делаем с Антонио, но только не сейчас. Не с этими часиками, тикающими у меня в голове. В этот раз я сразу перехожу к делу:

– Антонио, у меня на руках потенциальный серийщик и пропавший детектив. Мне нужны ответы.

Его глаза предсказуемо расширяются:

– Какой такой детектив?

– Наш Робертс.

– Робертс?.. Так он вот недавно был здесь, всю плешь мне проел своим делом…

– По Саммеру?

– Да, кажется. Был погружен в него с головой. А теперь, получается… ушел?

– Хуже: пропал без вести. Мы обеспокоены тем, что это как-то связано с расследованием. Дело Саммера перешло ко мне. А теперь у нас появилась еще и вторая жертва: Дэйв Гейнс.

– Вот же черт… – Лопес озадаченно потирает короткую щетину на скулах, после чего его руки упираются в бока. – И что можно сделать?

– Я понимаю, что ты завален работой, а мы уже неделями бьемся и не можем получить большинство наших результатов ДНК. Но нам позарез надо, чтоб хотя бы несколько анализов продвинулись в начало очереди. Если этого не произойдет, придется искать поддержки в лаборатории ФБР.

– Хорошо, я озадачусь. – Он указывает на стол и хватает ручку и планшет. – Что тебе нужно раньше всего? Я найду нужных людей, которые все сделают как надо и без проволочек.

Я диктую список, который он спешно набрасывает: образцы ДНК, которые мы собрали у гостей на саммеровских чтениях, медэкспертизу стаканчиков, собранных на месте преступления, сборники читавшихся на мероприятии стихов и собственно заметки, оставленные во рту у жертв.

– Ты понимаешь, что означают эти стихи? Или кто-нибудь из нас?

– На самом деле я в поэзии немного разбираюсь. Потому и хочу срочно посмотреть эти поэтические сборники – нет ли там каких-нибудь намеков на то, где находится Робертс, или кто может стать следующей жертвой. Что-нибудь, понятное только знатоку поэзии.

– А ты что, знаток?

– Скажем так: чертовски близка, – отвечаю я, но без пояснений. Ни слова о своем прошлом или о жизни в целом. Мой фокус – текущая реальность и работа. – Будем надеяться, что мои знания пригодятся в поимке этого монстра.

– Мне нужно три дня на тестирование.

Я упираюсь:

– Прошло уже и так много времени, а с убийства Саммера еще больше.

– А с момента моего обещания поторопиться прошло три минуты. Мы сейчас завалены требованиями, но я переведу тебя в начало очереди. По крайней мере, эти кусочки головоломки. Сделаю все, что нужно, но это займет три дня.

Давить я перестаю, но вступаю на территорию неприятности, о неизбежности которой знала, направляясь сюда. Неприятность, от которой хотела застраховать Лэнга. Я лезу в сумку и протягиваю Лопесу образец, который технически незаконно взяла с шины Ньюмана.

– Это у меня с машины подозреваемого по обоим делам; соскребла сегодня утром. Учитывая, что второе убийство произошло буквально прошлой ночью, все вполне актуально. Ордера на обыск у меня не было, но необходимости это не отменяет. В суде такой вещдок просто отметут, но если он выведет на место преступления, мы схватим убийцу. Что сделать довольно непросто. Верткий, как змея, и большой мастер прятаться.

Думаю, ему ясно, что этот рискованный с точки зрения законности ход – в сущности, «пан или пропал» – делается ради спасения жизней. Да, я действую в «серой» зоне, где обитал и мой отец, оправдывая плохое в угоду хорошему. Но сюда меня привело реальное отчаяние. И я оправдываюсь тем, что это не одно и то же. Что и с моим отцом все начиналось не так.

Антонио вглядывается в меня со строгой пристальностью, очевидно взвешивая, как все это скажется на нем самом, но в конце концов кивает:

– Сделаю это приоритетом.

– Спасибо, друг, – я облегченно вздыхаю. – Знал бы ты, как я это ценю… С меня причитается.

– Да брось. Просто найди Робертса и поймай того убийцу.

– Именно это я и пытаюсь сделать.

Найти Робертса, поймать убийцу. Если б это было так просто, как звучит…

Глава 52

Я ставлю машину в квартале от дома Ньюмана, подальше от пятна света уличного фонаря, и набираю Чака.

– А, Джаз, – отвечает он голосом, тусклым от усталости, – привет.

– Я думала, ты уже не на работе.

– Скорее рассчитывала, что я еще на работе… Ты ж без меня как без того ведра, все названиваешь…

– А иначе зачем мне твой мобильный? Чем занимаешься?

– Пытаюсь собрать тебе что-нибудь для поимки того парня.

– За что тебя и люблю, – говорю я. – Что у нас там по алиби Ньюмана на прошлую ночь?

– Раут, на котором он, с его слов, присутствовал, официально подтвержден. Список гостей мне в руки пока не попал. Хроники самого события тоже нет. У меня там на связи охранник кампуса; он мне скинет, что можно будет скинуть.

– А что по нашей теме?

– По Ньюману? Был; ушел около девяти вечера.

– А жена?

– Насчет нее самое интересное. У меня она есть на камере в кампусе, прибывает около семи, нарядно одетая. Но пробыла там недолго, всего около часа. Уехала в спешке и, похоже, в расстроенных чувствах. Охранник сообщает, что она была в слезах.

– Будь этот нелюдь моим мужем, я бы тоже плакала, – бурчу я. – Подтверди, я верно поняла: она уехала в восемь, он – в девять?

– Верно. Звонок об убийстве Дэйва поступил в десять тридцать. Кампус находится в десяти минутах езды от его дома. Времени, чтобы убить парня до этого звонка, у него было достаточно.

Наверняка он так и поступил.

– А