Тень убийцы - Джон Сэндфорд

— Только не на бумаге…

— Если нет, то сделки не будет.

Федерал начал потеть. Лукас подумал, что у него может случиться удар. Он оказался в катастрофическом положении.

— Ладно, — сказал он наконец. — Мне придется тебе доверять.

— Да брось ты, мы всегда были друзьями, — проговорил Даниэль и хлопнул его по спине.

— Пошел ты, — сказал тот, сделав шаг назад. — Проклятый Клей звонит мне каждые пятнадцать минут, орет и требует, чтобы мы действовали. Он едет сюда. И у этого болвана в кобуре под мышкой пистолет.

— Я тебе сочувствую, — сказал полицейский.

— Мне плевать на это, — ответил агент. — Лучше придумай что-нибудь, чтобы прикрыть меня.

— Думаю, мы можем это сделать, — сказал Даниэль и посмотрел на Дэвенпорта. — Мы скажем, что Миннеаполис связался с ФБР, потому что мы решили предоставить возможность их специалистам войти в здание первыми и захватить преступника. Когда у них не получилось, мы прибегли к плану Б, по которому представители городской полиции приступили к переговорам о сдаче.

— Проклятое телевидение никогда в такое не поверит, — несчастным голосом пролепетал фэбээровец.

— Если мы оба будем говорить одно и то же, деваться им будет некуда.

Дел, Лили и Слоун стояли в коридоре, когда Лукас и Даниэль вышли из квартиры.

— Итак? — спросил детектив.

— Договор, — ответил шеф.

— Надеюсь, выгодный, — проговорил Дел.

— Получилось очень неплохо, особенно если нам удастся вытащить оттуда Худа, — сказал Даниэль.

— Может быть, сейчас не самое подходящее время для торга? — вмешался Слоун. — Возможно, стоило рассказать все как есть?

Глава департамента покачал головой.

— Сделки нужно заключать всегда, — возразил он.

— Точно, — поддержал его Дэвенпорт.

Лили и Дел кивнули, а Слоун пожал плечами.

Худ сделал семь выстрелов из своего огромного пистолета в дубовую дверь, когда «авон» не смог ее разбить. Когда агенты поняли, что дверь не поддается, они отступили от нее, и никто не пострадал. Стрельба прекратилась, внутри послышался необычный взрыв, а потом все стихло.

Через двадцать минут после провалившейся попытки войти в квартиру, пока Даниэль разговаривал с агентом ФБР, подозреваемому позвонил переговорщик из полиции. Худ ответил, что он не собирается выходить, но что его друзья, живущие вместе с ним в квартире, не имеют к его делам никакого отношения.

— Вы знаете мое имя? — спросил он.

— Да, тебя вычислили, Билли, — ответил переговорщик. — Но сломать дверь пытались не мы, другая контора.

— ФБР.

— Мы всего лишь хотим, чтобы все вышли из квартиры, включая тебя. Никто не пострадает.

— Ребята, которые здесь со мной, ни при чем.

— Ты можешь их выпустить?

— Могу, но я не хочу, чтобы ваши белые парни их прикончили. Понимаешь? Проклятые федералы отстреливают нас, как собак.

— Освободи соседей, и я тебе обещаю, что с ними все будет в полном порядке.

— Я узнаю у них, — сказал Худ. — Они напуганы. Они спокойно спят, и вдруг кто-то пытается взорвать дверь в квартиру. Представь себе…

— Я гарантирую…

— Я у них спрошу. Позвони через две минуты.

И он повесил трубку.

— Что происходит? — спросил Лукас.

Они с Лили обошли дом и остановились у машины переговорщика.

— Мне кажется, он собирается отпустить тех двух парней, своих соседей.

— Неужели?

— Да. Он не считает их заложниками.

— Они и не заложники, это его друзья.

— Что там у Даниэля? — спросил переговорщик.

— Федералы убрались, — ответил Дэвенпорт.

— Отлично.

Переговорщик позвонил чуть больше чем через две минуты.

— Они выходят, но им придется вылезти в окно. Проклятую дверь заклинило, и мы не можем ее открыть, — сказал Худ.

— Хорошо. Отлично. Разбейте окно, делайте что нужно.

— Скажи тем белым парням, чтобы они не пристрелили ребят.

— Мы немедленно сообщим им. Дай нам минуту, затем пусть выходят. И тебе тоже стоит об этом подумать, Билли. Мы действительно не хотим причинить тебе вред.

— Хватит болтать, свяжись с федералами, скажи им, чтобы не стреляли, — заявил Худ и повесил трубку.

— Два человека выходят из квартиры, — сказал переговорщик полицейскому с рацией, сидевшему рядом с ним. — Передай это всем.

Лукас и Лили стояли рядом с машиной и наблюдали, как в окно вылетел стул, затем палкой от швабры изнутри отбили осколки стекла и на подоконник бросили одеяло. Первый мужчина встал на него, спрыгнул на землю, до которой было пять футов, и помчался к заграждению из полицейских машин. Патрульный вышел ему навстречу, когда тот оказался на одном с ними уровне.

Лили посмотрела на мужчину и покачала головой.

— Я его не знаю. На фотографиях его не было.

Второй сосед Худа последовал за первым через полминуты. Он сел на подоконник, свесив наружу ноги и повернувшись назад. Судя по всему, он разговаривал с индейцем. Через пару секунд он пожал плечами, спрыгнул вниз и зашагал к заграждению из полицейских машин.

— Билли? Билли? Поговори со мной, приятель. Поговори со мной… Давай, Билли, ты же знаешь, так нельзя. Это все ФБР, но мы убрали этих придурков… Я знаю, знаю… Все честно, я этим не занимаюсь, и парни, которые со мной, тоже. Скажи-ка мне… Билли? Билли? — Он покачал головой и уронил трубку на колени. — Проклятье, он отключился.

— Что он сказал? — спросила Лили.

— Он говорит, что мы, белые парни, его застрелим, — ответил переговорщик. Он был крупным чернокожим мужчиной. Улыбнувшись, он взял телефон и снова начал набирать номер. — Скорее всего, он прав, говоря о подлых белых с пистолетами.

Номер был занят.

— Где данные, собранные Андерсоном? — спросил переговорщик у патрульного с рацией, и тот передал ему записную книжку. — Свяжись с телефонной компанией, расскажи, что происходит, и попроси пробить номер, на который он звонит.

— Проверьте его семью, — предложил Лукас. — В базе данных должен быть телефонный номер.

Полицейский нашел номер в Бемиджи в записках Андерсона, набрал его и обнаружил, что он занят.

— В точку, — сказал он. — Нам нужно, чтобы кто-то поехал в местный офис шерифа и они навестили его жену. Возможно, нам стоит с ней поговорить. Мы можем попросить ее позвонить сюда, а затем подключиться к разговору, чтобы понять, о чем у них пойдет речь.