Холодный страх - Арно Штробель

Макс положил вырезки обратно. Если судить по тому, чем Фиссман прежде коротал время, неудивительно, что теперь он почти не отходил от компьютера.

Как и в прошлый раз, никакого внимания на них он не обратил.

Лёйкен остался в стороне, скрестив руки на груди и мрачно поджав губы. Заговаривать со своим пациентом он явно не собирался.

— Добрый день, господин Фиссман, — сказал Макс, остановившись рядом и глядя на монитор, где шла какая-то игра на ловкость. — Произошло ещё одно убийство. Вы уже слышали?

— Кто знает, кто знает.

— Вы назвали нам два варианта: сарай… или человек, у которого дома хранятся фотографии голых женщин. Это был сарай.

Голова Фиссмана дёрнулась. Глаза опасно блеснули.

— Какой ещё сарай?

— Вам это известно лучше, чем кому бы то ни было, — ответил Макс, стараясь удержать блеф.

Фиссман расплылся в широкой ухмылке и снова уставился в монитор.

— А что насчёт второго варианта, о котором вы говорили? Он тоже ещё впереди?

— Какой сарай? — повторил Фиссман, не отрывая взгляда от экрана.

Макс понял: если не ответить, дальше дело не сдвинется.

— Коровник.

— Хи-хи.

— Да говорите же наконец, чёрт вас возьми, — вмешался Бёмер, подходя ближе. — Нам ждать ещё одного убийства?

— Никаких разговоров без награды.

— Компьютер вы уже получили. Считайте, это и есть награда.

— Утром вышел, вечером вернулся.

Бёмер покачал головой.

— Нет. Об этом забудьте.

— Я знаю. Вы ничего не знаете.

Макс уже сбился со счёта, сколько раз слышал эту фразу. И всякий раз она задевала всё сильнее.

— Вы получите полный доступ в интернет, если поможете нам, — сказал он, решив больше не тянуть.

— Что? — вырвалось у Лёйкена за их спинами. — Ни в коем случае. Это со мной не согласовано.

— Зато согласовано с прокурором, — сухо заметил Бёмер. — Если вас это не устраивает, обращайтесь к нему.

Фиссман осклабился.

— Больше клетки, меньше коровника.

— Что? — почти одновременно переспросили Макс и Бёмер.

Фиссман взглянул на них с кривой ухмылкой.

— Сарай. Скоро.

И снова отвернулся к монитору.

Значит, блеф он раскусил и уже понял, что убийца выбрал Борнхофен.

— Теперь — награду.

— Для награды этого маловато, — сказал Бёмер.

— Нет награды — не будет и разговора. До свидания.

К этому времени они уже достаточно хорошо знали Фиссмана, чтобы понять: больше сейчас из него не вытянуть ни слова. Пришлось отступить.

По дороге к кабинету Лёйкен кипел от возмущения:

— Это безответственно. Неограниченный доступ в интернет может отбросить Зигфрида на годы назад и перечеркнуть всю мою терапию. Вы сами прекрасно знаете, что можно найти в сети. Там нет такой мерзости, нет такой бездны человеческого падения, которую нельзя было бы отыскать. Достаточно одной-единственной фотографии, чтобы сработал триггер и Зигфрид вернулся к прежним моделям поведения. Тринадцать лет работы будут уничтожены. О чём вы вообще думали? И главное — на что рассчитываете? Вы всерьёз полагаете, что после этого он выложит вам всё, что знает?

— Посмотрим, — коротко бросил Бёмер.

Они дошли до кабинета и остановились у двери.

— Я позвоню в прокуратуру и изложу свои опасения как врач. И, кроме того, подам на вас жалобу.

— Подавайте, — буркнул Бёмер. — С точки зрения следствия мы считаем необходимым дать Фиссману этот доступ. И, к вашему сведению, прокурор считает точно так же.

— Тогда я распоряжусь, чтобы наш администратор ограничил Зигфриду доступ к клиническому Wi‑Fi, — упрямо заявил Лёйкен. — Он сможет заходить на пару игровых сайтов, и не более.

— Сегодня днём к вам приедут двое наших IT-специалистов и всё настроят. Сеть вашей клиники им для этого не понадобится.

Прежде чем Лёйкен успел снова вспылить, оба следователя уже направились к выходу.

— Что это вообще было с сараем? — спросил Бёмер, когда они оказались снаружи.

Макс пожал плечами.

— Я хотел понять, знает ли Фиссман, какое убийство будет следующим. Или и сам не уверен.

— Что ж, я бы сказал, он тебя красиво провёл. Парень, как ни крути, совсем не дурак.

Вернувшись в управление, Макс первым делом взялся за телефон и спросил о Кирстен. Коллега сообщил, что её показания уже запротоколированы и ими займутся.

Потом Макс коротко поговорил с сестрой. Та заверила его, что справится. Тем более что её подруга Петра так трогательно о ней заботится и даже пропустила последний день своих курсов повышения квалификации.

Во второй половине дня сотрудники IT-отдела отправились в Лангенфельд, чтобы заняться компьютером Фиссмана.

Одновременно на нескольких компьютерах в оперативном штабе установили программу наблюдения, позволявшую отслеживать действия Фиссмана в интернете.

— Кроме того, они встроят в его компьютер бэкдор, через который мы в любой момент сможем вытягивать лог-файлы, — объяснил молодой сотрудник. — В них фиксируется всё: каждый сайт, который он посещает, каждый клик по ссылке, каждая фотография, которую он открывает. Словом, абсолютно всё.

Сказав это, он поднялся из-за стола Макса.

— Всё, готово.

Он указал на новый значок в правом верхнем углу рабочего стола.

— Как только программу установят на нужный компьютер, вам останется нажать сюда и ввести логин с паролем, которые я вам дал. И тогда вы в буквальном смысле будете смотреть этому типу через плечо.

Меньше чем через час им позвонили: компьютер Фиссмана был подготовлен.

Бёмер стоял у Макса за спиной и наблюдал, как тот вводит имя пользователя и пароль в окно, открывшееся после щелчка по значку.

Почти на весь экран развернулось новое окно. Несколько секунд по чёрному фону с бешеной скоростью неслись непонятные системные сообщения. Затем изображение сменилось, и перед ними появился другой рабочий стол — с уже открытым окном браузера.

— Работает, — выдохнул Макс. — Мы у Фиссмана.

— Ещё как, — подтвердил Бёмер, указывая на экран. — И, похоже, господин Фиссман совершенно уверен, что скоро выйдет из клиники.

Только теперь Макс как следует вгляделся в содержимое браузера.

На экране был открыт туристический портал. Курсор метался по странице, словно ведомый невидимой рукой, открывая всё новые ссылки. В этот момент как раз загрузилось