Серый Человек - Марк Грени

– Можно мне сходить в туалет?

– Нет. Придется потерпеть, уж извините.

Молодые полицейские вокруг рассмеялись. Корт вздохнул. Так или иначе, стоило попробовать.

Слева от него, в конце платформы, вверх по склону уходила двухполосная дорога. Асфальт был мокрым, но чистым, и блестел как лакрица, рассекая пополам заснеженный склон пологого холма. Высоко на склоне, в сорока метрах от края платформы и примерно в ста метрах от того места, где сидел Корт, был припаркован темно-зеленый грузовой автофургон. Облачка выхлопных газов вырывались из глушителя за автомобилем.

Корт посмотрел направо, стараясь найти какое-то преимущество, прежде чем появятся новые полицейские. Справа от него находилась окраина городка: пряничные домики, рассыпанные вокруг более современных построек. Дым из печных труб поднимался в небо над домами и растворялся в серой безбрежности.

Зеленый автофургон, – точно такой же, как стоявший на другой стороне, – медленно выкатился из городка и подъехал к автозаправке в тридцати метрах от того места, где сидел Корт. Он остановился на автостоянке, в стороне от заправочных колонок.

Серый Человек моментально пришел к выводу, что их взяли в клещи.

– Сержант! – окликнул он старшего по званию.

Пожилой мужчина разговаривал со своими подчиненными, но подошел к скамье Корта.

– Пожалуйста, слушайте внимательно. У нас проблема. По обе стороны от нас появились зеленые автофургоны. Внутри них или рядом с ними находятся люди, которых послали убить меня. Они без колебаний расправятся с вами и вашими людьми, чтобы добраться до меня.

Полисмен посмотрел на автомобили справа и слева, потом опять на Джентри.

– Что за чушь вы несете?

– Это хорошо подготовленные убийцы. Вам нужно убраться в помещение станции. Скорее!

Полицейский медленно отцепил рацию с пояса и поднес ко рту. Он не сводил взгляда с Джентри. Потом он по-немецки велел своим людям подойти ближе и переключился на английский.

– Две зеленые машины: одна к северу, другая к югу. Этот человек утверждает, что там люди, которые приехали выручить его.

– Не выручить, а убить!

Пятеро полицейских переглядывались и посматривали в сторону автофургонов, но не проявляли никакой инициативы.

– Это какой-то трюк, – сказал молодой блондин, расстегивая кобуру пистолета.

– Кто вы такой? – спросил кто-то еще.

Корт проигнорировал вопрос.

– Нам нужно как можно скорее зайти внутрь, – сказал он.

– Следите за ним, – обратился старший полисмен к своим сотрудникам. – Я проверю, в чем там дело.

Он повернулся и зашагал по платформе к автомобилю на юге, возле автозаправки.

– Сержант! – позвал Корт. – Не стоит этого делать!

Но седой полисмен в плотной форменной куртке оставил его слова без внимания. Он спустился с лестницы и подошел к маленькой автозаправке. Окна зеленого автофургона были тонированными. Он стоял на холостом ходу, пуская тонкие струйки выхлопных газов.

Пока сержант городской полиции приближался к автомобилю, Корт обратился к его подчиненным.

– Теперь он умрет. Не впадайте в панику; нам придется действовать вместе. Если вы попытаетесь бежать, они перестреляют вас. Если хотите жить, то слушайте меня.

– Заткнись, – бросил один из них. Все четверо смотрели на сержанта, подошедшего к окошку со стороны водителя. Он постучал по стеклу своей маленькой рацией.

– Не забывайте о втором фургоне! – настойчиво обратился Корт к полицейским, окружившим его.

– Заткнись, – повторил полисмен. Джентри видел растущее беспокойство, пока их головы поворачивались взад-вперед, с севера на юг.

Сержант постучал громче. На глазах у Джентри и остальных седой мужчина наклонился к густо тонированному стеклу. Должно быть, он увидел какое-то движение, указывавшее на опасность, поскольку быстро попятился и потянулся к пистолету на бедре.

Окно со стороны водителя разлетелось в треске выстрелов. Человек в черном облегающем комбинезоне и горнолыжной маске выскользнул из машины на мостовую с короткоствольным автоматическим пистолетом в руке. Он выпустил еще три пули в шатающегося сержанта, и тот замертво упал на спину.

Четверо копов вокруг Джентри выхватили свое оружие; их выучка немного пострадала от паники. Попасть в цель с тридцати метров из такого оружия было затруднительно, но они начали палить вниз по склону, крича от потрясения и пригибаясь в поисках укрытия.

– Другой фургон! – завопил Корт. – Другой гребаный автомобиль!

Он упал на холодный бетон рядом со скамьей, держа над собой левую руку, прикованную к подлокотнику.

Полицейские оглянулись и увидели четырех человек в масках, шагавших по черной дороге в их сторону. Все они держали такие же пистолеты, как у человека на автозаправке, к которому теперь присоединились еще трое. Восемь убийц приближались уверенно, как будто у них было все время в мире.

– Снимите с меня наручники! Нам нужно внутрь! – прокричал Корт, но полицейские лишь вжимались в бетонную платформу, сидели на корточках или прятались за багажными тележками, продолжая неточную стрельбу, пока люди в черном угрожающе надвигались на них с противоположных сторон.

Лысый молодой полицейский что-то кричал в рацию, закрепленную на погоне его куртки. Он пригнулся в четырех метрах от Джентри за багажной тележкой, которая плохо защищала его от людей, шедших с севера, со стороны холма, и совсем не защищала от людей, шедших от заправки.

Корт видел бетонную крошку, которая летала по платформе в направлении молодого копа, который смотрел в другую сторону и кричал в микрофон. Каждый взрыв цемента и пыли случался все ближе и ближе к нему, пока наконец сверхзвуковые пули не вонзились ему в спину и в ноги. Он упал на бок и задергался на бетоне. Предсмертные судороги прекратились так же быстро, как и начались.

– Кто-нибудь, дайте мне пистолет! – крикнул Корт. Трое оставшихся полицейских не обратили на него внимания. Они продолжали неточную стрельбу и перезаряжали пистолеты медленно, дрожащими руками.

Корт извернулся ужом на холодном бетоне. Он уперся ботинками в железные ножки скамьи и лягнул изо всех сил. Он отчаянно пытался отбить большой железный подлокотник, к которому был прикован, от остальной части огромной деревянной скамьи. Металлический наручник больно врезался в его запястье, пока он пинал и тянул. Вскоре в его действиях появился ритм: пинок обеими ногами, треск старого дерева, рвущая боль в плече и запястье.

Автоматная очередь прошлась по окну над его головой. Осколки разбитого стекла разлетелись над скамьей во все стороны. Продолжая лягаться, он повернул голову и посмотрел направо. Второй полисмен был ранен в плечо и бедро. Он выронил свой пистолет и корчился от боли на платформе.