Донор - Кен Макклюр

— Что вы, конечно, нет! — рассмеялся Клайв. — Я прекрасно понимаю, что ваши возможности не бесконечны. Я надеялся, что вы сможете выяснить один вопрос… как-нибудь осторожно.

— Говорите.

— Мне позвонил отец Аманды Чепмен. Он был слегка встревожен тем, что его дочери проводили довольно болезненную процедуру — костномозговую пункцию, при том, что ее иммунологический профиль уже известен. Он не хотел поднимать шум и показаться неблагодарным, поэтому обратился ко мне, и, честно говоря, я тоже не смог найти этому объяснение. Размышляя, как можно попытаться выяснить это потихоньку, я подумал о вас…

— Понимаю… Вы не хотите настраивать против себя врачей «Медик Экосс».

— Совершенно верно. Я подумал, что если вы имеете доступ к историям болезни, то можете заглянуть в них…

Улыбнувшись про себя, Данбар сказал:

— Ничего не могу обещать, но посмотрю, что можно сделать. Если мне удастся что-нибудь выяснить, я перезвоню вам.

Положив трубку, Стивен задумался. Он подождал, пока Ингрид выйдет из кабинета, затем запросил через компьютер текущие расходы по Аманде Чепмен. В соответствии с требованиями руководства «Медик Экосс» все процедуры и анализы, проводимые пациентам, должны быть обоснованы, чтобы впоследствии избежать возможных обвинений в напрасной трате денег. И хотя родители Аманды не оплачивали ее лечение, компьютерный учет проводился в обычном порядке — слишком хлопотно было менять устоявшийся порядок ведения документации ради одного пациента.

Однако в списке процедур, проведенных Аманде Чепмен, не было даже упоминания о том, что девочке проводилась костномозговая пункция. Ни слова! Стивен убедился, что файл обновлялся сегодня утром. В нем была информация о диализе, расчет стандартной суточной стоимости пребывания в больнице, но ничего не говорилось о каких-либо дополнительных анализах или малых хирургических процедурах.

Покусывая конец карандаша, Данбар задумался. Причина могла быть простой — персонал не обновил вовремя данные по Аманде, зная, что в итоге счета все равно не оплатят, но такая небрежность казалось маловероятной в больнице, которая работала как часы. Оставалось предположить, что кто-то сознательно решил не заносить сведения о проведенной пункции в карточку. Почему? Потому что хотел скрыть этот факт? Какое-то уж чересчур мелодраматичное объяснение — костномозговая пункция не такая уж редкая процедура. Дело было в другом — иммунологический статус девочки уже был известен.

Ошибка? Ненужное дублирование? Может быть, кто-то из младшего медицинского персонала, не ознакомившись с историей болезни девочки, назначил ей процедуру, в которой не было необходимости? Это казалось правдоподобным. Данбар задумался, как это можно проверить. Он предположил, что где-то должны остаться записи об этом анализе, даже если его не внесли в карточку пациента. Нужно запросить информацию о работе операционных за последние несколько дней и выяснить, в какой из них и кому проводилась пункция костного мозга. Стивен не хотел поднимать из этого шум, ему просто нужно было знать.

Компьютер послушно выдал список процедур, проведенных в каждой операционной. Записей о том, что Аманда находилась в какой-то из них, не было. Значит, пункция проводилась в операционной акушерского отделения, находящейся в крыле, отведенном для пациентов «омега». По этой операционной информации не было в рамках соблюдения полной конфиденциальности в отношении этих пациентов, но… Стивен внезапно вспомнил, как в ту ночь, когда он совершил набег на отделение рентгенологии, он видел, как маленькую девочку везли в лифте в крыло для пациентов «омега». Теперь это обретало смысл. Той девочкой наверняка была Аманда Чепмен!

Его размышления прервал приход Ингрид.

— Я принесла расчеты стоимости пребывания пациентов в отделении трансплантологии.

— Большое спасибо.

— Думаю, вы слегка удивитесь, — сказала она, кладя папку перед ним.

Взглянув на итоговые цифры, Данбар присвистнул.

— Как много! — воскликнул он.

— К сожалению, да. Пересадка органа — дорогое удовольствие.

Данбар задумчиво кивнул.

— Вы, наверное, уже жалеете, что согласились принять пациентку на бесплатной основе, — пошутила Ингрид.

— Ну, деньги — это еще не все, — осторожно ответил Стивен.

— Не думаю, что в Министерстве особенно обрадуются, если вы им скажете такое.

— Возможно, вы правы. А может быть так, что большая часть расходов покрывается деньгами, поступающими от пациентов «омега»?

— Простите, я не понимаю.

— Я просто подумал, что доходы от пациентов «омега» могут компенсировать щедрость больницы, берущей бесплатных пациентов в отделение трансплантологии.

Ингрид неопределенно пожала плечами.

— Аманда Чепмен не первая пациентка в отделении трансплантологии, которую лечат бесплатно, — продолжил Стивен. — Я обратил внимание, что до нее было уже два таких пациента. Мне стало интересно — может быть, операции проводятся им частично за счет пациентов «омега»?

Ингрид выглядела слегка растерянной, но быстро взяла себя в руки.

— Возможно, вы правы, — без особой уверенности сказала она.

Это озадачило Стивена. Речь шла о таких больших деньгах, что Ингрид не могла не знать, откуда финансируется пересадка органов бесплатным пациентам. Еще он был удивлен, что «Медик Экосс» не воспользовалась возможностью сделать из своей щедрости рекламу. В конце концов, информация о том, что больница проводит такое дорогостоящее лечение на благотворительной основе, очень хорошо отразилась бы на больнице — в особенности потому, что именно отделение доктора Росса приносит большую часть дохода. Но, конечно, ни о какой рекламе не могло быть и речи, если доктор Росс на самом деле проводит зверские эксперименты на некоторых своих пациентах…

В этот момент Данбару пришло в голову, как, не вызывая подозрений, узнать у Ингрид об анализах, которые проводились Аманде Чепмен. Он еще раз проглядел список расходов по девочке и сказал шутливо:

— А вы, ребята, обделяете Аманду Чепмен.

— Что вы имеете в виду?

— Судя по стоимости ее лечения, ей не проводился ни один анализ, положенный больным при поступлении в отделение.

Ингрид подошла и встала у него за спиной, глядя на экран. Данбар открыл файл Аманды.

— Видите?

На ее лице появилась улыбка.

— А, вот вы о чем! Объяснение на самом деле простое — Аманде не проводились эти анализы, потому что ее перевели из детской больницы. Ее иммунологический профиль уже известен. Повторно его делать не нужно, поскольку данные уже внесены в базу данных донорских органов.

— Действительно, — сказал Стивен. — Я об этом не подумал.

Но объяснение Ингрид порождало новые вопросы. Какого черта «Медик Экосс» проводит Аманде Чепмен костномозговую пункцию ночью, в крыле, отведенном для пациентов «омега»? Если Ингрид Лэндс, секретарша, понимает, что девочке не нужно проводить дополнительное иммунологическое обследование, тогда врачи и медсестры и подавно должны это понимать. И кстати, откуда Ингрид знает о правилах иммунологического обследования? Она ведь даже не является секретарем врачебного отделения, поскольку работает у Джиордано, в администрации. Стивен решил, когда Ингрид в следующий раз выйдет из комнаты, заглянуть в ее личный файл.