Театр теней - Кевин Гилфойл

Кафе «У Риты» походило на десятки других итальянских заведений Чикаго, разбросанных по престижному району Норт-Сайд: тринадцать столиков, разномастные стулья, молодой персонал, короткое меню, щедрые порции. Когда Большой Роб и Сэлли вошли, почти все столики были уже заняты — здесь обедали сотрудники близлежащих галерей и дизайн-студий.

— Неужели ты и правда меня угощаешь? — спросила Сэлли с притворным удивлением, садясь на пододвинутый им стул. — Это первый случай в истории.

Большой Роб не стал ничего объяснять, он молча сел напротив. На лице его была улыбка, но, как показалось Сэлли, слегка фальшивая. Он принес с собой какую-то желтую папку. Сейчас она лежала рядом с тарелкой.

Большой Роб дождался, пока официант отчеканит название дежурного блюда, примет заказ и отойдет, и только тогда заговорил. Он не стал понижать голос. Хотя расстояние между столиками было чуть меньше двадцати пяти сантиметров — владелица кафе каждое утро проверяла это с помощью куска пресс-формы, оставшегося после ремонта ее кабинета, — все равно казалось, будто они в собственном офисе.

— Фил Канелла убит, — сказал он.

— Что? — На сей раз она удивилась по-настоящему.

— При исполнении задания. В Небраске. Где он охотился за неверным мужем.

Сэлли коснулась его руки.

— Господи, Робби. Мне так жаль. Я знаю, вы очень дружили. Вы ведь вместе служили в полиции Чикаго, да? — Он кивнул. Теперь ей стало ясно, почему он пригласил ее обедать. Он решил рассказать ей об этом в милом кафе, а не в своем душном, тесном офисе, чтобы тем самым выразить уважение ушедшему другу. — Когда это случилось?

— Он пропал без вести две недели назад. Полиция не обнаружила тела, но ты знаешь… — Он немного побледнел и судорожно сглотнул, стараясь подавить непрошеный ком в горле. — Я отправился туда на несколько дней — хотел помочь, чем смогу. В городке, где его последний раз видели, в Брикстоне, людей маловато для таких дел.

— И что, получилось что-нибудь?

Робби пожал плечами.

— Он останавливался в «Марриотте» в Линкольне. Я осмотрел его вещи, пытался найти хоть что-то, что наведет на след. Это я нашел в его номере. — Он протянул Сэлли желтую папку.

Барвик открыла папку.

— О, господи! Боже! Нет! Только не это! — воскликнула она, поднеся ладонь ко рту.

Там лежало множество фотографий Джастина Финна, сделанных Сэлли в течение нескольких последних лет. Те самые постановочные снимки, которые она делала по просьбе Марты Финн и продавала агентству «Золотой значок».

— Но как? Откуда у него все это?

— Судя по сообщениям в его электронной почте, он получил их от своей клиентки, Жаклин Мур, проживающей в Нортвуде.

Сэлли продолжала перебирать фотографии:

— Я понятия не имела, кто был заказчиком этих фотографий. Скотт Коллеран никогда мне не говорил.

— Джеки Мур написала Филли, что обнаружила их в компьютере мужа.

— Того самого, которого она подозревает в измене?

Робби кивнул.

— А зовут его Дэвис Мур. Ни о чем не напоминает? — спросил он Барвик.

— Нет.

— Это он клонировал Джастина Финна.

Сэлли медленно подняла руку — папка осталась лежать на коленях — и нервно почесала щеку.

— Так что, Дэвис Мур нанял «Золотой значок», чтобы получить фотографии собственного пациента? Бессмыслица какая-то. А миссис Мур? Она знает, что это за ребенок?

— Нет. Насколько я понял, она испугалась, что это ребенок ее мужа. И другой женщины.

— Выходит, Мур, может, и не изменял ей вовсе. Боже, как все нелепо! А смерть Филли? То есть его исчезновение. Как-то связаны с фотографиями?

— Я собираюсь обратно в Брикстон, чтобы выяснить это.

Сэлли заметила, что к ним направляется официантка с двумя тарелками пасты, и предусмотрительно закрыла папку. Она совершенно не представляла себе, как можно сейчас есть. Филли убит. Она с ужасом думала о том, что эти фотографии, из-за которых она и так чувствует себя будто в чем-то виноватой, могут иметь отношение к убийству.