Заложник - Роберт Крайс

Тэлли выключил зажигание, но ключ вынимать не стал. Вторая машина остановилась совсем близко, всего в нескольких дюймах от его автомобиля, блокируя выезд. Тэлли сказал себе, что это хороший знак; они не хотят, чтобы он попытался бежать. Если бы они собирались его пристрелить, то не стали бы об этом беспокоиться.

— Отдай мне проклятый ключ.

Тэлли вынул ключ и поднял руку; ключ тут же вырвали из его пальцев.

Дверь машины со стороны пассажира открылась. Внутрь скользнул человек в маске и перчатках. Он был одет в серую футболку, джинсы и черную спортивную куртку. Когда задрался левый рукав, Тэлли заметил, как сверкнул золотой «Ролекс». Мужчина не был крупным, ростом примерно с Тэлли, под метр восемьдесят, стройный. Кожа вокруг рта и глаз была загорелой. В руке он держал сотовый телефон.

— Ладно, шеф, я понимаю, тебе страшно, но верь мне: если ты не сделаешь какой-нибудь глупости, мы не причиним тебе вреда. Так что веди себя разумно, хорошо? Ты меня понял?

Тэлли попытался вспомнить номер «мустанга»: KLX или KLS?

— И не молчи, шеф. Нам нужно двигаться вперед.

— Что вы хотите?

Мужчина показал телефоном в сторону заднего сиденья, дав возможность Тэлли еще раз увидеть «Ролекс». Тэлли решил называть его Часовщиком.

— Человек, который сидит сзади, будет тебя держать. Не вырывайся. Это для твоей же пользы. Хорошо? Он ничего тебе не сделает.

Чужая рука вновь обхватила Тэлли за шею; одновременно левую руку Тэлли завели за спину; еще кто-то взял его за правую кисть. Теперь Тэлли едва дышал.

— В чем дело?

— Слушай.

Часовщик поднес сотовый телефон к уху Тэлли.

— Скажи: «Алло».

Тэлли не понимал, чего они хотят и кто они такие. Ему вдруг показалось, что его рот забит ватой. Телефон холодил ухо.

— Кто это?

Послышался дрожащий, испуганный голос Джейн.

— Джефф? Это ты?

Тэлли попытался стряхнуть руку, которая сдавливала ему шею, напряг мышцы, стараясь вырваться, но у него ничего не получилось. Прошло несколько секунд, прежде чем до него дошел голос Часовщика:

— Расслабься, шеф. Я знаю, все понимаю, но сначала послушай меня, ладно? С ней все в порядке. И с твоей дочерью тоже. А теперь дыши глубоко и слушай. Ну, готов? И помни: с этого момента ты отвечаешь за все, что произойдет. Ты, и только ты. От тебя зависит, что с ними будет. Хочешь услышать ее еще раз? Хочешь поговорить с ней и выяснить, что она в порядке?

Тэлли кивнул, несмотря на руку, сжимающую его шею, и прохрипел:

— Ты сукин сын.

— Плохое начало, шеф, но я понимаю. Я и сам женат. Я бы не возражал, если бы кто-нибудь похитил мою старуху, но это я. Впрочем, поговори еще немного.

И Часовщик вновь приложил телефон к уху Тэлли.

— Джейн?

— Что происходит, Джефф? Кто эти люди?

— Я не знаю. С тобой все в порядке? Как Мэнди?

— Джефф, мне страшно.

Джейн плакала.

Часовщик забрал телефон.

— Достаточно.

— Проклятье, кто вы такие?

— Мы можем тебя больше не держать? Ты уже пришел в себя? Если тебя отпустить, ты не наделаешь глупостей?

— Можете отпускать.

Часовщик обернулся на заднее сиденье, и Тэлли отпустили. Часовщик склонился к Тэлли, пристально глядя ему в глаза:

— В доме Уолтера Смита находятся два диска с информацией, которая принадлежит нам. Тебя не касаются причины, по которым мы должны получить их. Для тебя это не имеет значения. Но мы хотим их вернуть, и ты должен сделать все, чтобы наше желание исполнилось.

Тэлли не понял, о чем говорит Часовщик, и покачал головой.

— Что все это значит? Я не понимаю.

— Ты контролируешь все происходящее.

— Контроль перешел к людям шерифа.

— Вовсе нет. Теперь это зона твоей ответственности. Ты вновь возглавишь операцию, сделаешь все, что для этого необходимо, чтобы никто, повторяю, никто не вошел в дом раньше моих людей.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь. Это не в моей власти.

Часовщик поднял палец, словно давал наставления первокласснику.

— Я очень хорошо знаю, о чем говорю. Сейчас ответственность за происходящее лежит на полиции Бристо и офисе шерифа. Через пару часов появится отряд моих людей. Ты скажешь всем, кто участвует в операции, что это тактическая группа ФБР. Они будут выглядеть соответствующим образом, и они знают, как себя вести. Ты понимаешь, о чем я?

— Понятия не имею. Я не могу контролировать офис шерифа, не говоря уже о том, что происходит в доме.

— Тогда тебе придется как следует подумать. Твои жена и дочь на тебя рассчитывают.

Тэлли не знал, что сказать. Он сжал руки в кулаки, пытаясь что-нибудь придумать.

— Что вы от меня хотите?

— Ты должен представить моих людей, а потом ждать дальнейших указаний.

Часовщик протянул Тэлли сотовый телефон.

— Когда телефон позвонит, ты ответишь. Это буду я. Я скажу тебе, что нужно делать.

Тэлли молча посмотрел на телефон.

— Когда придет время войти в дом Уолтера Смита, мои люди должны быть первыми. Из дома никто ничего не вынесет, ничего. Такое право получат только мои люди. Ты понял?

— Я не в состоянии контролировать парней, засевших в доме. Они могут сдаться прямо сейчас. Или начать стрельбу. Не исключено, что люди из офиса шерифа уже в доме.

Часовщик ударил его по лбу тыльной стороной ладони, и голова Тэлли откинулась назад.

— Не паникуй, Тэлли. Тебе следует знать такие вещи. Ребята из спецназа знают, что паника убивает.

Тэлли двумя руками вцепился в телефон.

— Ладно. Хорошо.

— Сейчас ты наверняка думаешь: «Что я могу сделать в этой ситуации?» Ты полицейский, а значит, начнешь размышлять о том, чтобы позвонить в ФБР или обратиться в офис шерифа. И добраться до меня прежде, чем что-то случится с твоей женой и дочерью. Но пораскинь как следует мозгами, шеф: у меня люди повсюду, прямо у тебя под носом, и они мне сразу доложат обо всем, что происходит. Если ты к кому-нибудь обратишься, если ты сделаешь что-нибудь кроме того, что прикажу я, тебе пришлют твоих жену и дочь по почте. Все ясно?

— Да.

— Как только я получу то, что хочу, твои жена и дочь будут освобождены. Тут мы совершенно спокойны. Они не знают, кто их похитил, как, впрочем, и ты. Неведение — это настоящее благословение.

— И что же вам нужно? Диски? Компьютерные диски? Где они, как искать их в доме?

— Два диска, они больше обычных. Их называют зип-дисками, на них сделаны надписи: «диск один» и «диск два». Мы не знаем, где они находятся. Однако Смиту это известно.