Милосердие - Рада Джонс

Эмма быстро проверила, всё ли на месте: ларингоскоп с камерой, эндотрахеальная трубка с манжетой на десять кубиков, наполненной воздухом, отсос, баллоны с кислородом, набор для нарушенной проходимости дыхательных путей.

Рев сирен сделался громче; сейчас они напоминали стаю мартовских котов. Эмма отправилась встречать скорую. Заодно пообщается с бригадой, что поможет сэкономить минуту-другую. Вроде бы и немного, но часто именно эти мгновения играют решающую роль.

Ударом кулака она распахнула двухстворчатые двери, ведущие к месту разгрузки скорых. Сирены умолкли, но их отзвуки эхом отдавались в ушах. Навалилась давящая тишина.

Двери кареты скорой помощи открылась. Один из медиков, Рой, левой рукой придерживал дыхательную маску на лице пострадавшего, а правой сжимал синий мешок Амбу, закачивая воздух в легкие. Его напарник Брендон делал непрямой массаж сердца, выталкивая оттуда кровь, чтобы та поступала к жизненно важным органам. Напряженное лицо техника блестело от пота. При виде Эммы он явно испытал облегчение: его часть работы была практически сделана. Ну вот, он доставил пострадавшего живым, с него взятки гладки, теперь все зависит от нас.

— Здравствуйте, доктор Стил. Автокатастрофа. Мужчина, тридцать пять лет. Поставили двадцатый катетер в правую вену. Приняли пациента с тахикардией и гипотензией. Только что перестал прощупываться пульс. Вкололи две дозы адреналина. Восстановление кровообращения не произошло. Последние пять минут ЭМД.

ЭМД. Электромеханическая диссоциация[11]. Причина может быть любой. Болевой шок? Пневмоторакс? Тампонада сердца?

На помощь уже спешила бригада врачей. Они выкатили из скорой носилки; звякнули металлические раскладывающиеся ножки. Пострадавшего доставили в первую палату. Рой и Брендон, как приклеенные, не отходили от него ни на шаг. Эмма смерила лежащего перед ней мужчину пристальным взглядом, пытаясь прикинуть степень и тяжесть полученных повреждений. Сделать это было непросто, поскольку пострадавший был залит кровью. Безбородый. Тоненькие усики. Не двигается. Шевеление груди при непрямом массаже сердца в расчет не берем. Шея зафиксирована бандажом. Рана чуть выше уха не кровоточит. Само собой: давления-mo нет. При отсутствии давления любое кровотечение прекращается. Рано или поздно.

Бренда сунула руку под шею пострадавшего. На счет «три» его переложили на больничную каталку. Пульмонолог перехватил у Роя дыхательный мешок, издававший при каждом нажатии нелепые пердящие звуки. Воздух пропускает. Герметичность нарушена.

— Дыхания нет, пульса нет, — констатировала Эмма. — Разденем его, подключим к датчикам. Продолжаем искусственное дыхание.

Техник скорой достал из кармана специальные ножницы для срезания одежды. Заскорузлое от крови тряпье исчезло в один миг, обнажив мускулистое тело в ссадинах и кровоподтеках. Повреждения куда ни глянь, кровоподтек размером с ладонь над левой грудью. Как-то странно она двигается.

Эмма наклонилась к голове мужчины и приоткрыла веки.

— Зрачки четыре миллиметра, размер одинаковый, есть реакция на свет. Ранение левой части теменной области, сочится кровь.

Что-то больно знакомый у него вид. Заведующая оттерла кровь с лица мужчины.

Господи, это же Карлос.

Она резко втянула воздух. Открыла рот, чтобы сказать остальным. Потом передумала. Ни к чему это. Сейчас и без того обстановка напряженная.

— Доктор Стил!

В дверях палаты стояла Кайла из регистратуры неотложки. Лицо ее было белее снега.

— Приехали полицейские. Они сказали, кого сейчас доставили.

— Ясно. Мне нужна его медкарта и список того, на что у него аллергия.

— Это…

— Я знаю, — попыталась остановить ее Эмма.

— Карлос! — выпалила Кайла.

Присутствующие в палате ахнули и качнулись вперед, чтобы получше рассмотреть пострадавшего.

— А ну отойти! Перед нами пациент, которого надо спасать! — Голос Эммы прозвучал как щелчок кнута. Ее послушались. Все, кроме Фейт.

Сейчас ее огромные голубые глаза, казалось, занимали пол-лица. Девушка всхлипнула и сорвалась на крик:

— Карлос! Что ты наделал? Зачем? Зачем? — Ее руки шарили по телу пострадавшего, как если бы она вдруг лишилась зрения. Потом она наклонилась к Карлосу, будто собиралась его поцеловать.

Эмма и Джуди переглянулись, и заведующая кивнула на дверь. Джуди приобняла Фейт за плечи и повела к выходу.

— Нужен хирург, — бросила Эмма.

— Я отправила сообщение ему на пейджер. Пока ответа нет, — отозвалась Кайла.

Эмма повернулась к Бренде:

— Что с катетерами для капельниц? Анализы?

— Один, двадцатый, уже поставила, сейчас ставлю второй, — ответила медсестра.

— Отлично. Второй вход для капельницы будет очень кстати. Нужны результаты анализов. В первую очередь крови. Группа и резус. Ему понадобится переливание.

Если вытянет.

— Эми, мне нужна дрель для внутрикостной инфузии. Воздух качается?

— Слабо, — процедил пульмонолог, возившийся с мешком Амбу. Он поплотнее прижал маску к лицу Карлоса.

— Челюсть ему поправь, — посоветовала заведующая и повернулась к Крису, еще одному медбрату: — Начинаем переливание при первой же возможности.

Второй катетер так и не поставили.

— Дрель!

Эмма оценивающе посмотрела на Карлоса. Рост почти метр восемьдесят. Вес? Килограммов семьдесят, не меньше. Она выбрала желтую эндостальную иглу длиной шесть сантиметров и закрепила ее в дрели. Очистив поверхность кожи под коленным суставом Карлоса, прижала под прямым углом кончик иглы к голени, навалилась всем своим весом и включила дрель.

Кость хрустнула и поддалась. Игла вошла внутрь.

Убедившись, что игла крепко держится, Эмма отсоединила ее от дрели, убрала инструмент в сторону, взяла зонд и прикрепила к игле шприц. Потянула на себя поршень. Шприц наполнился мутной красной жидкостью. Костный мозг. Значит, иглу я поставила правильно. Эмма вручила шприц Крису.

Тем временем Эми отошла в сторону, уступая место Джине, которая продолжила делать непрямой массаж сердца.

Никаких изменений. Сейчас он мало чем отличается от обычного мертвеца, хотя… Травма груди могла привести к пневмотораксу или тампонаде. И то и другое запросто может спровоцировать остановку сердца. Но попытаться стоит. Хуже я все равно уже не сделаю.

Эмма нанесла зеленый поблескивающий гель на датчик аппарата УЗИ.

— Прекратить массаж сердца.

Она прижала датчик к левой части груди между вторым и третьим ребром. Кинула взгляд на монитор. Широкая черная полоса между датчиком и трепещущим сердцем. Тампонада. Эта полоска — кровь вокруг сердца, сжимающая его. Единственный способ спасти Карлоса — сделать пункцию и удалить эту кровь. Но хирурга рядом нет, а я делала пункцию перикарда только свинье, когда еще училась, во время практики. Свинья не выжила. Надеюсь, сегодня у меня получится лучше.

Эмма нанесла дезинфицирующее средство чуть ниже того места, к которому прижимала датчик аппарата УЗИ, надела стерильные перчатки и взяла у Джуди катетер четырнадцатого размера, здоровенный, как спица, только