Переступить черту - Майкл Коннелли

Босх сверлил его взглядом. Либо парень врал, либо брат обманул его. Лекси Паркс звонила в магазин, уже переговорив с ремонтной мастерской «Одемар Пиге» в Лас-Вегасе. А после этого спрашивала Нгуенов, где ей могут починить часы? Она звонила по какой-то иной причине, а братья Нгуен скрывали это.

– Где ваш брат? – спросил Босх. – Мне надо побеседовать с ним.

– Он взял отпуск и уехал.

– И когда вернется?

– Когда отпуск кончится. Слушайте, мы ничего не нарушали. Пол только объяснил ей, как надо поступить.

– Это неправда, Питер, и мы оба это знаем. Когда я выясню, почему вы говорите неправду, я вернусь. Разве что вы захотите избежать лишних хлопот и расскажете мне, как все было, прямо сейчас.

Нгуен молча смотрел на него. Босх решил подойти с другой стороны:

– Не исключено, что придется допросить вашего отца.

– Отец умер, и магазин тогда тоже дышал на ладан. Мы с братом создали все это. – Он обвел широким жестом помещение со всеми его витринами и драгоценностями.

В этот момент в магазин вошел еще один посетитель, в широкополой шляпе. Он стал рассматривать изделия, выставленные в правом конце витрины, низко наклоняясь над ней.

Босх взглянул на него, затем на Нгуена.

– У меня клиент, – сказал тот. – Вы мешаете.

Босх достал из кармана визитную карточку, заведенную еще тогда, когда служил в полицейском управлении. Он вычеркнул телефон отдела нераскрытых преступлений и вписал номер своего сотового, а также, едва различимо, слова «на пенсии» – на случай, если карточка попадет в руки человека, который хотел бы использовать ее против Босха.

Он положил визитку на прилавок перед Нгуеном:

– Подумайте как следует. И пусть ваш брат позвонит мне, пока еще не поздно.

По пути к своей машине Босх размышлял о том, что не узнал никаких новых фактов, но разворошил гнездо и обнаружил нечто более важное, нечто подозрительное. Он чувствовал, что приближается к пониманию того момента, когда Лекси Паркс допустила неосторожность, стоившую ей жизни.

Он сидел за рулем, не включая зажигания, и просчитывал свои дальнейшие шаги. Хотел выпить кофе, но вспомнил, что кружка уже пуста. Впервые он в полной мере ощутил, что свободен делать то, что ему подсказывает интуиция, и двигаться в направлении, выбранном им самим. Конечно, ему приходилось принимать интуитивные решения и на государственной службе, но только с одобрения начальства. Необходимо было соблюдать определенный порядок проведения расследования и представления обнаруженных фактов. Все действия он должен был согласовывать с напарником. Надо было не забывать о бюджете и о том, что каждый его шаг и каждое написанное им слово будут проверяться и могут быть обращены против него.

Босх только сейчас почувствовал, что теперь эти препятствия не сдерживают его. Внутренний голос говорил ему, что в расследуемом деле есть какая-то тайна, в центре которой находятся эти часы, название которых он даже не мог правильно произнести. Об этом говорила изворотливость Питера Нгуена при ответах – притом, что он находился в привычной обстановке, на своем поле. Босх подумал, не вернуться ли в магазин, когда уйдет клиент, и не нажать ли на продавца – или, наоборот, дождаться в машине возможного появления его брата. Но затем он решил воспользоваться предоставленной ему свободой и отправиться туда, куда его вела интуиция, не спрашивая чьего-либо разрешения и одобрения.

Он завел двигатель и отправился в путь.