Плохая мать - Миа Шеридан

— Конечно, — сказала Кэт, оглянувшись на Сиенну. Жасмин, очевидно, заметив, что Сиенна не сдвинулась с места, позвала Куки по имени, и маленький песик спрыгнул с ее колен. Жасмин наклонилась, подняла его и снова посадила на сгиб своей руки.

Они попрощались с женщиной и вышли из ее дома, вернувшись к машине.

— Ты не любишь собак, но, очевидно, это чувство не взаимно, — сказала Кэт, приподняв бровь, и отъехала от бордюра.

— Это была даже не собака, — сказала Сиенна.

Кэт рассмеялась.

Они завернули за угол и поехали обратно в участок.

— Итак, что ты думаешь о том, что Жасмин сказала о прошлом Бернадетт?

— Дочь? — спросила Сиенна.

— Да. У нас есть сходство между первой жертвой и второй. Что-то, что их связывает.

— Плохие матери, — сказала Сиенна. — Или, во всяком случае, фигура матери — Сиенна замолчала, посмотрев в боковое окно, когда Кэт выехала на шоссе. — Ни одна из них не заботилась о своих детях — или внуках, в случае с Ривой Килинг, — так, как следовало бы.

— В этом определенно есть закономерность, — отметила Кэт. — Но мать Дэнни Боя действительно защищала его. Так был ли он… вдохновлен ею?

Сиенна невидящим взглядом уставилась в окно, сожалея, что у нее не было ответа.

Глава двадцатая

— Серийными убийцами обычно называют тех, кто убивает трех или более человек в течение месяца, с перерывами между каждым убийством, — сказал Армандо Витуччи глубоким и чистым голосом с очень легким итальянским акцентом. Присутствующие в комнате — Сиенна, Кэт, Ингрид и два других детектива, которые, хотя и работали над другими делами, попросили разрешения присутствовать на брифинге, — все как завороженные наблюдали за ним. Этот мужчина показался Сиенне человеком, который только что сошел с рекламы сигар или с глянцевой страницы рекламы какого-нибудь изысканного ликера.

Вежливый. Ухоженный. Благородный. Его серый костюм в тонкую полоску казался сшитым на заказ, а густые черные волосы были зачесаны назад с лица, на подбородке виднелась небольшая ямочка, а на висках — проблески седины. Сиенна не обязательно назвала бы его красивым, но он определенно был симпатичным.

И все же, несмотря на его утонченную внешность и грациозные — если грациозность может быть мужской, потому что он определенно был таким — манеры, в нем тоже было тепло, в морщинках, расходящихся веером от его глаз, и в том, как он прямо смотрел на каждого из них по очереди, когда говорил.

— Хотя наш убийца пока убил только двух человек, я убежден, что в свете огромных усилий и планирования, которые он предпринимает, либо в прошлом были другие жертвы, которые еще не обнаружены, либо — он многозначительно огляделся по сторонам — их будет больше.

Сиенна не стала возражать, и она знала, что Ингрид тоже, поскольку они уже предполагали что-то подобное. Она бы поставила свой последний доллар на то, что их парень еще не закончил, ни в коем случае.

— Итак, в попытке предстать перед этим подозреваемым, я собираюсь относиться к нему как к серийному убийце и описывать его как такового. Есть четыре основные категории серийных убийц, и я полагаю, что нас интересуют две, — сказал он, постучав по доске, на которой были размещены последние копии и фотографии, относящиеся к делу. — Возможно, одна больше, чем другая, но все же обе в разной степени. — Он сделал паузу, на мгновение встретившись взглядом с Сиенной. — Цель убийцы, ориентированного на миссию, — «улучшить мир» путем устранения определенной группы людей по определенной причине. Например, проститутки, потому что убийца воспринимает их греховными или нечистыми, или геи, потому что убийца считает их мерзостью перед Богом. В случае с нашим объектом детективы Козлов и Уокер предполагают, что он устраняет матерей или материнские фигуры, которые подвели своих детей.

Сиенна записала фразу «ориентированный на миссию». Прошло много времени с тех пор, как она изучала серийных убийц, и она никогда по-настоящему не работала над подобным делом. Но планировала провести более глубокое исследование того, что профессор Витуччи рассказывал им здесь.

— Это потому, что он сам подвергался насилию? Как он описал? — спросила Кэт. — Потому что из его записей следует обратное. Что мать являлась его единственной защитницей.

— Я не могу подтвердить честность записей, — сказал профессор Витуччи. — Но, честно говоря, многие серийные убийцы в детстве подвергались физическому или сексуальному насилию.

— Можно подумать, он предпочел бы убивать жестоких отцов, а не нерадивых матерей, — сказала пожилая женщина-детектив по фамилии Харрис.

— Может быть, поскольку его мать защищала его, он считает особенно оскорбительным то, что этого не сделали другие? — предположил молодой детектив по имени Макги.

— Боже, у меня уже болит голова, — сказала детектив Харрис, на что профессор Витуччи тихо усмехнулся.

— Вот что происходит, когда вы пытаетесь проникнуть в разум сумасшедшего, — сказал он с дразнящими нотками в голосе.

— Поверьте мне, я знаю, — сказала детектив Харрис. — Вы знакомы с моим бывшим мужем?

Тихий смех последовал за ее комментарием, и профессор Витуччи бросил на нее удивленный взгляд.

— Эти убийцы очень редко бывают клинически невменяемыми или психопатами.

— О, ну что ж, вот и все сходства с моим бывшим мужем, — сказала она под новый взрыв смеха.

Профессор Витуччи улыбнулся, но улыбка была мимолетной, когда он вернулся к делу. Он повернулся к доске, мгновение рассматривая фотографии.

— Зачастую они являются перфекционистами и очень дотошными, — продолжил он. — Они планируют свои убийства с большой точностью и вряд ли оставят после себя улики, разве что специально.

Что ж, это было единственное, что они могли подтвердить. Как и то, что они думали о том факте, что тело мистера Патча облегчило расследование нескольких вещей. Он куда-то их вел, и поэтому, хотя добавление подсказок в некотором смысле казалось победой, это также заставляло Сиенну чувствовать, что ею манипулировали. С какой целью, она пока не могла догадаться.

— Убийцы, ориентированные на исполнение своей миссии, не остановятся, пока их не задержат, — сказал профессор Витуччи. Он оглядел комнату. — Есть какие-нибудь вопросы, прежде чем я перейду ко второй категории?

Раздался общий ропот, но никто не поднял руку.

Профессор Витуччи кивнул один раз, сцепив руки за спиной, когда шел в одном направлении, развернулся и направился обратно в другую сторону.

— Вторая категория, к которой, я полагаю, относится этот подозреваемый, — это убийцы, ориентированные на власть, — сказал он, останавливаясь и поворачиваясь в их сторону. — Этот тип убийц получает удовлетворение от доминирования, которое имеет над жертвой.

— Это также исходит из того факта, что наш убийца, скорее всего, в какой-то