Золотой Лингам - Сергей Юдин

– Как вы меня отыскали? – спросил Костромиров, отряхиваясь от цементной крошки и пыли.

– По радиомаячку, – хмыкнул Шигин. – После засады в переулке Хользунова я незаметно прицепил его на лацкан вашего пиджака. Надеюсь, вы не в обиде?

– Учитывая сложившиеся обстоятельства, это было бы верхом неблагодарности… Однако зачем? Вы не доверяли мне?

– Напротив. Я за вас опасался. Подумал, что можете проявить инициативу и попадете в переплет. Хе-хе! Натурально, оказался прав – так оно всё и случилось, верно? Но это, так сказать, пустяки! Самое главное – я в вас не ошибся. Вы просто талант! И настоящий герой. Сегодня вы избавили страну от серьезных дипломатических неприятностей. Да, да! От лица Правительства и от себя лично – большое вам человеческое спасибо… Лингам у вас?

Горислав молча протянул артефакт, унесший уже столько жизней. Словно напитавшись пролитой кровью, тот сиял теперь ярче прежнего и даже казался тяжелее. Разумеется, дело было в освещении и в усталости рук.

– О! О! О! – потрясенно воскликнул Председатель, принимая трофей. – Да, это он, тот самый… вне всяких сомнений… натурально – это легендарный Золотой Лингам!

– Что ж, – налюбовавшись, произнес он, – надо выбираться отсюда, как считаете?

– Да уж, – согласился Костромиров, – тем более путь-то неблизкий, а я буквально на пределе.

– Ну, ну, – похлопал его по плечу Шигин, – уверен, что сумею вывести вас на божий свет даже быстрее, чем это сделал бы ваш приятель. Кстати, как вас звать, молодой человек?

– Пасюком, – хмуро ответил тот, кося на Председателя левым глазом и шевеля носом, будто принюхиваясь к новому фигуранту.

– Натурально? Хе-хе-хе! Извините… Или это профессиональная, гм… кличка? Хотя неважно. Также выражаю вам благодарность от лица Российского Правительства. А теперь, пожалуйте все за мной. Сергей Алексеевич! – обратился он к начальнику СБ Каплунову, который также находился здесь. – Ты тут двух-трех бойцов оставь – пускай приберутся. Дверь на станцию надо будет обратно законсервировать, чтобы не любопытствовали, кому не следует. А остальным бойцам дай на сегодня увольнительную – заслужили голуби! Да и опасаться нам теперь, – он повел вокруг себя рукой и размашисто перекрестился, – слава Господу, некого… Как управишься, возвращайся в офис.

Иван Федорович провел их к неприметной дверце в противоположном конце коридора, которая вывела их прямиком на станцию «Таганская». До открытия метро оставалось еще полчаса, так что пассажиров не было, а немногочисленный персонал не обратил никакого внимания на солидного господина в строгом костюме и двоих чумазых работяг в рыжих спецовках, которые, словно ниоткуда, появились на перроне.

На выходе из метро их поджидал председательский «порше». Пасюк садиться в машину наотрез отказался – заявил, что ему тут рядом и он доберется своим ходом. Распрощавшись с приятелем, Костромиров с удовольствием плюхнулся на заднее сиденье, где смог, наконец, расслабить напряженные мышцы, наслаждаясь комфортом и безопасностью. «В офис», – коротко бросил шоферу Шигин.

Несмотря на ранний час, в приемной их уже с видимым нетерпением поджидала Ольга Ивановна.

– Ну что? Как?! – воскликнула она, орлицей кидаясь навстречу начальнику.

– Все путем, Олюшка, – успокоил ее Иван Федорович, многозначительно похлопывая себя по оттопыренному карману пиджака, и даже ласково ущипнул заместителя за щеку. – Теперь все будет путем. Натурально.

Тем не менее, когда та попыталась зайти в кабинет вместе с ними, он решительно ее остановил.

– Нет, нет, останься. Мне надо переговорить с Гориславом Игоревичем приватно. Я позову, когда потребуешься.

Оказавшись в кабинете, Шигин перво-наперво задернул шторы и включил настольную лампу.

– Горислав Игоревич, – произнес он, указывая Костромирову на кресло и усаживаясь сам, – я хотел бы еще раз напомнить и попросить вас о сохранении безусловной конфиденциальности. Все произошедшее должно остаться строго между нами. Вы понимаете?

– Разумеется, – сдержанно кивнул Горислав.

– А… этот ваш приятель, Пасюк (какое, однако, странное имя!) – он вполне надежен?

– Вполне, – вновь кивнул Горислав.

– Должен отметить, что у вас очень, гм… странный круг знакомых.

– Это потому, что я его сам формирую.

– А раскройте секрет, Горислав Игоревич, как же это вы догадались, где ассасины прячут свой трофей?

– Дело в том, что в хрониках Марко Поло, который, собственно и принес в Европу легенду о Горном Старце, содержится любопытный рассказ о том, как некоторые европейские владыки использовали ассасинов для устранения своих врагов. В частности, Ричард Львиное Сердце нанял их для убийства Конрада Монферратского. И вот двое ассасинов, приняв для отвода глаз христианство, подобрались к Конраду и нанесли ему несколько кинжальных ударов, после чего скрылись в какой-то церкви. Но там их настигла весть, что маркграф выжил. Поскольку церковь была окружена верными Конраду рыцарями, они через систему подземных коммуникаций проникли в покои маркграфа и завершили-таки начатое дело. Кроме того, Аш-Шахрастани также упоминает, что обязательной частью обучения ассасинов являлась выработка особого искусства ориентации в пещерах, лабиринтах и подземельях. Собственно, все это и послужило основой для такой гипотезы. Саму же догадку, как часто бывает, спровоцировало событие совершенно случайное.

– Правду говорят: учение – свет! – с искренним восхищением воскликнул Председатель. – Мне бы самому нипочем не догадаться… Ну что же? – резюмировал он, со вздохом вытаскивая из кармана увесистый трофей. – Вот и закончилась история Золотого Лингама. Уже завтра он, – тут Шигин не без торжественности установил артефакт в центр стола, – будет передан в консульство… одной из стран Индокитая, и нашу с вами миссию можно считать завершенной. Правда, так и осталось невыясненным, кто и зачем заказал его похищение… но, боюсь, этого мы не узнаем уже никогда.

– Отчего же? – спокойно пожал плечами Костромиров. – Я знаю, кто заказчик.

– Вот как? – вздернул брови Шигин. – Не может быть! Однако… кто же он, по-вашему?

– Вы, Иван Федорович. Вы и есть заказчик.

– …Что-о?! – после секундной заминки воскликнул Председатель, приподнимаясь на стуле. – Вы… в своем уме?! Я, конечно, понимаю: пережитые волнения, опасности… и все такое. Но шутка ваша, натурально, совершенно неуместна! Это не смешно. Да.