Давно пропавший - Лоренсо Сильва

Более четверти века назад мы с мамой были вынуждены покинуть Вудфорд и переехать к ее родителям в Коламбус.

Пейн сообщил мне, что городок превратился в благоустроенный спальный район разрастающегося мегаполиса. Но все-таки я не до конца представлял себе, что увижу в действительности.

Съехав с шоссе на дорогу, ведущую в родной город, я пытался освежить в памяти события давно минувших дней. Мне едва исполнилось четырнадцать, когда мы с мамой уезжали из Вудфорда, но я хорошо помнил, что по пути в наш город по обе стороны дороги располагалась масса фермерских хозяйств. Теперь они исчезли, уступив место кварталам частных домов, каждый из которых размещался на отдельном участке. В наше время всякий домовладелец мог наслаждаться видом на округу прямо с веранды своего жилища. Теперь все изменилось. Рост цен на землю привел к тому, что человек видит из окна такой же благоустроенный и богатый дом соседа.

Я миновал окраину. Когда-то здесь стояла мебельная фабрика, на которой мой отец работал мастером. Теперь на этом месте высился торговый комплекс – ресторан, кинозал, театр и супермаркет. В архитектуре комплекса был сохранен промышленный стиль, перекликавшийся с историческими особенностями развития здешних мест.

Деловая часть города – шесть кварталов офисов и контор – выглядела лучше, чем в годы моей юности. Двухэтажные здания, объединенные в длинные корпуса, были недавно оштукатурены, и все казалось только что построенным – даже дома, возведенные в начале двадцатого века. Одну улицу сделали пешеходной; вокруг летних кафе разбили газоны и посадили деревья. Я заметил фонтан и небольшую оркестровую сцену.

Мне потребовалось время, чтобы найти место для парковки. Эмоции переполняли меня. Когда я был мальчишкой, деловой центр города казался мне очень большим. И сейчас я чувствовал то же самое, только по другой причине – из-за своей полной беспомощности.

Прошло много лет, но я умудрился сориентироваться, шагая между газетных киосков и ларьков с мороженым, которых раньше здесь не было. Я подошел к пересечению улиц Линкольна и Вашингтона и посмотрел на тенистую веранду, расположенную через дорогу от меня. Дом стоял между банком и аптекой – как и во времена моего детства. Я вспомнил, как мама сводила меня и Пити с этого крыльца к самому нелюбимому месту на свете – к приемной зубного врача.

Помнится, крыльцо дантиста казалось мне необычайно высоким и зловещим. Теперь, стараясь успокоиться, я пересчитал ступени: всего-то навсего тридцать.

Поднявшись, я увидел ту же дверь с матовыми стеклами, за которой некогда поджидал свои жертвы зловещий зубодер, но на табличке значилось: "Страховое агентство Косгроува".

Молодая женщина отложила степлер и документы.

– Слушаю вас, сэр?

– Я... Когда я был ребенком, здесь находился кабинет дантиста...

Я не мог оторвать взгляда от коридора, который вел в комнату ужасов.

Девушка озадаченно посмотрела на меня.

– И что же?

– У него остались кое-какие документы, которые имеют огромное значение для меня, но вот беда: я не знаю, как найти того врача, – забыл его имя.

– Боюсь, не смогу вам помочь. Я начала работать у мистера Косгроува всего шесть месяцев назад и впервые слышу о том, что здесь был зубоврачебный кабинет.

– Возможно, сам мистер Косгроув мне поможет?

Девушка встала, прошла в кабинет, который некогда внушал мне такой ужас, и вернулась менее чем через минуту.

– Он сказал, что работает здесь восемь лет, а до него в этом здании находилась риэлторская фирма.

– Вот как...

– Мне очень жаль.

– Ничего, это вы меня извините. Наверное, глупо было надеяться...

Я повернулся было к двери, но остановился – меня внезапно осенило.

– Риэлторская?

– Простите?..

– Вы сказали, раньше здесь была риэлторская фирма?

– Да.

Девушка с подозрением посмотрела на меня.

– Как вы думаете, хозяин той фирмы владел собственностью?

– Что?..