Крайние меры - Лоренсо Сильва

— Там, — сказал он. — В промежутке между деревьями. Видите?

— Церковный шпиль. Прекрасно. Мы идем точно по расписанию.

Шпиль был снежно-белым, и когда они въехали в поселок, то увидели, что не только церковь, но и все здания окрашены в этот исполненный благородства цвет. На его фоне зелень казалась особенно яркой. На какой-то момент, несмотря на телефонные столбы и прочие приметы современной цивилизации, Питтману почудилось, что его перебросили во времени назад, не в такой суетливый, более спокойный век.

Селение осталось позади, и теперь Джилл вела машину вдоль светлого потока с талым снегом по берегам. Питтманом вдруг овладело тревожное чувство, и он достал из сумки кольт, который уже успел перезарядить патронами из коробки, тоже хранившейся в сумке.

Вспомнив некоторые детали из написанной им статьи об одном полицейском агенте, Питтман сунул пистолет сзади за пояс, не обращая внимания на неудобства. Под пиджаком надежнее, чем в кармане пальто. По крайней мере, незаметно. А что кольт давит на позвоночник, — неважно, можно привыкнуть.

«В прошлую среду я ощущал пистолет во рту, а теперь...»

Питтман открыл сумочку Джилл.

— Эй, что вы делаете?

— Смотрю, насколько она вместительна.

Он вновь запустил руку в свою спортивную сумку и на сей раз извлек пистолет, отнятый у убийцы в квартире Джилл, почти такого же размера, как кольт 0,45, но поменьше калибром. Это была девятимиллиметровая «беретта».

— Уж не думаете ли вы, что я стану таскать эту штуку? — запротестовала Джилл. — Я и в руках-то ее никогда не держала.

— Я тоже. Нужда заставит — таков мой девиз.

Кожаную сумку Джилл с длинным ремешком можно было носить на плече.

— Отлично, как по заказу, — объявил Питтман.

— Повторяю. Я не намерена...

— Во-первых, — перебил ее Питтман, — вам следует знать, что патроны находятся в специальном пружинном приспособлении, именуемом обоймой. Обойма вставляется в рукоятку снизу.

— Вы что, серьезно? — Джилл прищурилась, когда «дастер» вынырнул из-под крытого моста на ослепительный солнечный свет. — Подумайте о том, что я медсестра в реанимации и не одного несчастного с огнестрельными ранами пыталась спасти. Я ничего не хочу знать ни об этом, ни о каком другом пистолете. Вообще, не желаю иметь дела с оружием, а тем более держать его в своей сумке.

Питтман испытующе посмотрел на нее:

— Первый поворот направо после моста.

— Знаю! Он есть на схеме, которую нарисовали нам в библиотеке. И я хорошо помню, что говорила эта женщина.

— Я только хотел помочь.

— Не обижайтесь. Простите меня. Я вовсе не вздорная. Просто... Вы напугали меня этим пистолетом. — Все это звучало малоубедительно. — В поезде я как-то расслабилась и забыла, насколько все серьезно. Сожалею, что так получилось.

— В таком случае поворачивайте назад, — сказал Питтман.

— Что?

— Мы возвращаемся в Монтпильер, я посажу вас в нью-йоркский поезд, а сам доберусь до Академии Гроллье.

— Отправите меня в Нью-Йорк?.. Но это ничего не изменит. Охота на меня продолжается. Вы сами сказали, что на полицию мне рассчитывать нечего. Обращаться к родителям я не собираюсь. Тем более что за их домом наверняка следят. Друзей тоже не хочу подвергать риску. В общем, самое разумное — это остаться с вами. У меня просто нет выбора.

— Один заряд я уже загнал в патронник. Вам ничего не надо делать. Только нажать на спусковой крючок. Ага, вот и ворота. — Питтман показал на большую элегантную надпись: «Академия Гроллье». — А мне по душе их девиз, — добавил он. — «Лидерство — это служение».