Ноль-Ноль - Алексей Евдокимов

С другой стороны… если поиграть за Антоху… Зюскиндов Гренуй, помнится, вообще был «человек без свойств», а все, кто с ним имел дело, кончали хреново…

Хм… Не спросил: этот дайвинг с глюком у Марата был до или после знакомства с Масом? Не удивлюсь, если вскоре после…

Никеша достал телефон и в очередной раз набрал Ивара. Ему что-то объяснили на иврите, — видимо, что абонент вне зоны.

Он уговорил первую банку, поставил на землю и резко припечатал подошвой, превратив в аккуратную лепешку. Полюбовался делом ног своих, а потом, рискуя добить кредит, позвонил в Москву Антохе. Как всегда, некоторое время ушло на то, чтоб адаптироваться к уникальной Антоновой дикции. Приблизительно уяснив из шипения и бубнежа, что в столице нашей родины за отчетный период ничего интересного не произошло, Никеша поделился, что в Ерушалайме славно, но делать не фиг и что, наверное, скоро он вернется в Питер.

— Мас, кстати, сейчас тоже тут. Из Египта приехал.

— Вместе бухаете?

— Да нет, он в Хайфе. Бухаю с одним его приятелем… Мужик, я тебе скажу, долбанутый на всю голову. Помнишь свою теорию? Про Маса? Отлично, между прочим, в нее пилится…

Никита вкратце изложил Маратову историю и его же бред. Отреагировал Антон в своем стиле — неожиданно:

— А с чего ты уверен, что это бред?

— То есть? — хмыкнул Никеша. — Ты к тому, что он правда ясновидец?

— Все на свете бывает…

Он явно стебался. По обыкновению. А, может, не совсем. А, может, совсем не… Насчет Антохи Никита не взялся бы ничего утверждать. Даже занятия его — одно из по крайней мере, находилось на границе фантастики и жульничества: Антон, профессиональный программер, подрабатывал виртуальным дилерством — скупкой внутренней валюты многопользовательских игр и продажей ее за реальные баксы. Вообще многое в нем если не ставило в тупик, то настораживало — начиная с манеры общения. Его жуткая речь, словно нарочито невнятная, всегдашний дурашливый азарт в глазках невольно создавали впечатление, что парень валяет ваньку, потешается над тобой, не особо это скрывая. Плюс содержание его «телег»… По всей видимости, впечатление было-таки небезосновательное, хотя напускная сумасшедшинка никоим образом не исключала наличия в Антоновой башке реальных (и немаленьких) тараканов. В любом случае возражать ему было глупо. Оставалось только подыгрывать.

— Ты ж сам говорил, — утрированно серьезно заметил Никеша, — что народ от встречи с Масом шизеет…

— А может, Мас в них не безумие скрытое будит…

— …А скрытые способности?

— Почему нет?

— Как это он, интересно, делает?

— Ну а как этот твой Марат опасность чует?

— А! — У самого Маса это такая же волшебная способность?.. Че-то слишком много волшебников выходит, нет?

— А что мы вообще о людях знаем? Может, в каждом из нас что-нибудь сидит. Просто мы отчета себе отдавать не хотим.

Да, подумал Никеша, за ним не угонишься… Ладно, не важно.

— Помнишь, — сказал он, — ты мне в прошлый раз про Липатову говорил? Что она там про Маса спрашивала?

На том конце помолчали.

— Честно говоря, плохо уже помню…

— Ты говорил, она меня незадолго до смерти искала?

— Телефон твой хотела. Я ей твой питерский номер дал — не знал, что ты в Израиле… Ну, и спрашивала, кажется, кто такой Мас, знаком ли и я с ним…

— То есть она сама его знала?

— Я так и не понял.

— И чего ты ей сказал?

— Слушай, Никеш, не помню… Что я ей мог сказать?

— Ты? — фыркнул. — Ты многое мог. Гипотезу эту свою, например…

Антон опять помолчал.

— Между прочим, ты в курсе, что она какая-то странная была в последние дни? — спросил тоном, который (сквозь шумы и радиопомехи его прононса) показался Никеше непривычно осторожным.

— В каком смысле странная?

— В депресняке в каком-то. Мне самому голос ее не понравился, когда она мне звонила. Я потом у общих знакомых спрашивал. Каринка, оказывается, многим тогда названивала, и почти все говорят, у них впечатление возникло, что малость не в себе она…

— Тоже, что ли, крыша поехала? — осведомился Никеша со смутным, но неприятным предчувствием…

— Что-то вроде… Или талант свой скрытый осознала…

— Ты о чем?

— Ну, я с чужих слов… Кто-то, у кого я потом узнавал, сказал, что она ему про себя толкала… Э-э, что, типа, у нее такая… особенность… Я пытаюсь сформулировать… Она полностью воплощается в то, что подсознательно хочет видеть в ней каждый, с кем она общается… Поэтому всяк видит в ней свое, а самой собой ей быть не дают — только тащат каждый себе… В таком духе…

Видимо, чего-то подобного Никеша и ждал, но все равно растерялся:

— Это же паранойя…

— Я пересказываю то, что пересказали мне… За что купил. Хотя, согласись, девчонка она правда была популярная, причем не совсем понятно, с чего бы…

— Теперь я понимаю, почему ты пересмотрел «трактовку Маса»… — мрачно сказал Никита.

— Мас тут все-таки, боюсь, ни при чем. Когда у Каринки это началось и когда она разбилась, его точно в Москве не было.

— Может, они по телефону общались… По мылу, по «скайпу», мало ли…

— Ну, тут я тебе ничего не скажу… Кстати, если Мас в Израиле, лучше сам у него спроси.

— У него телефон отрублен… Слушай, — не выдержал, — ты это чисто прикалываешься или как? Насчет всей этой лабуды, мистических талантов?..

— Помнишь, как у Борхеса… — словно бы задумчиво, но с легко уловимой даже за шипением и запинками издевочкой произнес Антон: — «Мир дивен, в нем все возможно…» Если не ошибаюсь, это же твоя собственная телега была на тему того, что человек не вписывается ни в какие концепции…

— Ну да, ну да… И все мы скрытые чародеи. Только не хотим себе признаваться…

— Некоторые, по твоим словам, таки признаются. — Хохотнул. — Зачмызгавши кошерного чемергеса…

— Знаешь, я как минимум одного человека могу назвать, у которого нет никаких мистических талантов. Ни потенциальных, ни действующих. Ни скрытых, ни явных.

— И кого же?

— Себя.

Никеша, морщась, задрал голову (с пасмурного неба срывалась какая-то дрянь, ставя точки на очки), от души глотнул пива и полез в карман. Без энтузиазма пересчитал оставшиеся шекели — сумма вышла жалкая, но автобусы здесь недорогие, до Хайфы и обратно должно было хватить. Он тяжело поднялся, подхватил банку и двинул на автовокзал. По дороге снова набрал Маса — с прежним результатом. Тогда он сообразил, что не знает его адреса, и сделал еще пару звонков, чем прикончил кредит.