Остров - Александр Новиков

– Понятно, – буркнул Иван. – Но все равно маловато.

Содержимое контейнеров тоже было тщательно осмотрено.

Два дня «русские туристы» летали вдоль побережья. По вечерам вместе с пилотами выпивали в барах. К ним присоединялся гражданин Канады Борис Смоленски. Пили по местным меркам много. Договорились, что завтра полетят к «Голиафу» – русские собрались поснимать платформу в темноте. Джон сказал:

– Вовремя успели. Послезавтра уже не полетели бы.

– Почему?

– Потому, что начиная с ноля часов двадцать девятого числа полеты в том районе запрещены.

– Почему? – удивился Иван.

– Потому что там скоро начнется саммит… Неужели не слышали?

– Мы политикой не интересуемся.

* * *

В четырнадцать часов двадцать седьмого Джон и Микки заехали за русскими чудаками на огромном джипе Джона. Все вместе сели пить кофе в баре. Вскоре к ним присоединился Смоленски. Пожаловался, что перепил вчера. Сегодня даже курить противно. Микки предложил ему выпить кофе, но канадец сказал: «Спасибо», – и ушел. Спустя три минуты он позвонил Ивану, сказал: «Порядок». Иван посмотрел на Николая, слегка прикрыл глаза. Дельфин оживился, сказал:

– Ну, нечего тут рассиживать – поехали.

Когда вышли на стоянку, расположенную за гостиницей, увидели, что «Форд» канадца стоит рядом с «Шевроле» Джона. А сам Борис сидит в салоне и курит.

Иван подошел к «Форду», Борис опустил стекло. Иван сказал по-русски:

– Спасибо за все, Борис. Удачи. Если повезет, то, может, еще увидимся.

– И вам, мужики, удачи.

Джон распахнул дверцу своего джипа и увидел на заднем сиденье какие-то чемоданы. Он удивленно спросил:

– А это еще что такое?

– Дополнительное оборудование, – ответил Дельфин.

– Какое еще оборудование? – спросил Джон.

– Потом объясню, – сказал Дельфин. – Садись в машину.

– Нет, подожди, подожди…

– Садись в машину, – с нажимом произнес Дельфин. Джон метнул на него быстрый взгляд, сунул руку в карман и вытащил телефон… через секунду что-то твердое уперлось ему в живот, он посмотрел вниз и увидел большой черный пистолет.

– Черт, – произнес Джон. – Вот ведь черт.

Микки стал белого цвета.

Подошел Иван, тоже вытащил пистолет. Все четверо сели в машину, поехали. Вслед им из кабины «Форда» задумчиво смотрел Борис.

Самолет летел над морем, над редкими льдинами и мелкими айсбергами. На западе догорала узкая полоска заката. Море было спокойным – высота волны менее метра. Дельфин надел комплект термобелья, затем облачился в костюм. Костюм имел внутренний теплоотражающий слой и почти не давал потерь тепла. Потом в термобелье и черный неопрен упаковался Иван. Джон сидел за штурвалом как каменный, Микки часто и нервно оглядывался на пассажиров. Дельфин негромко говорил Ивану:

– Ни о чем не думай, Ваня. Все будет нормально. Дыши медленно – в холодной воде это облегчает работу аппарата. На компьютер не смотри – смотри только на маячок на моей спине.

Когда вдали показалась платформа, Иван сказал: «Вот и приехали». Они надели ласты, закрепили ножи, застегнулись. Дельфин нажал на репетитор, проверил подачу воздуха.

Микки еще раз оглянулся на пассажиров, облизнул сухие губы и сказал:

– У меня дети…

Иван помог Дельфину надеть аппарат.

– Двое, – сказал Микки. – Мальчик и девочка. Дельфин помог Ивану надеть аппарат.

– Ведь вы нас не убьете? – произнес Микки.

– Нет, конечно, – ответил Дельфин. – Если вы все будете делать так, как я говорю, – останетесь живы.

До платформы осталось миль пятнадцать. Закат догорел.

– А что нужно сделать? – спросил Микки.

– Ничего особенного – нужно сесть в трех милях к северу от платформы. Мы уйдем, и вы можете взлетать.

Микки сказал:

– Посадка в темноте? Но это очень опасно!

– Микки, – почти ласково произнес Дельфин. – Поверь, дружок, что спорить со мной сейчас еще опаснее.

– Но ведь вы нас не убьете? Джон заорал:

– Заткнись, Микки! Заткнись, придурок гребаный… они нас убьют. Они непременно нас убьют!

Дельфин твердо произнес:

– Глупости говоришь, Джон… Нам ваши жизни не нужны. Смотри, я убираю пистолет.

Дельфин бросил свою «беретту» в контейнер. Так же поступил и Иван. Джон покосился через плечо и ничего не сказал. Дельфин опустил крышку контейнера, защелкнул замки.

До платформы осталось двенадцать миль.

– Теперь отдайте мне ваши наушники и микрофоны, – сказал Дельфин.

– Зачем? – спросил Микки испуганно.

– Так надо, Микки, так надо.

– Но…

Джон перебил:

– Отдай им, Микки.

Он снял с головы фурнитуру с наушниками и микрофоном, протянул назад, Дельфину. С некоторой заминкой это же сделал Микки.

– О'кей, – сказал Дельфин. – А теперь попрошу телефоны.

Джон улыбнулся – у него мелькнула мысль, что убивать не будут. Раз отбирают средства связи – значит, убивать не будут. Иначе зачем бы они стали отбирать телефоны? Он достал из кармана телефон, протянул за спину… Следом за ним то же сделал и Микки.

До платформы осталось десять миль. Над морем висели сумерки. Летели молча. С каждой минутой платформа становилась ближе. В насыщенном сине-фиолетовом полумраке «Голиаф» сверкал огнями, как новогодняя елка.

Когда до платформы осталось пять миль, Джон произнес:

– Учтите, что эта посадка может оказаться последней. Садиться в темноте – огромный риск… Может, передумаете?

– Придется рискнуть, Джон… Ты же сам рассказывал, что уже садился в темноте.

– Это были вынужденные посадки, – ответил Джон. И добавил: – Впрочем, и эта тоже. – Несколько секунд он молчал, потом произнес: – Теперь я понимаю, почему ты так расспрашивал про ту посадку.

А Микки вдруг спросил:

– Сколько же вам за это платят?

Дельфин отозвался:

– А ты не допускаешь, что мы делаем это не за деньги?

Микки пожал плечами. Кажется, он был разочарован.

Они обогнули платформу с южной стороны, развернулись, Джон стал заходить на посадку. В салоне молчали. Все понимали, что запросто можно напороться на льдину. Или на айсберг… Тогда – все. Джон включил прожектор, но толку от него было немного – он освещал черную воду и длинные волны. Поплавки коснулись воды раз, другой… полетели брызги, самолет сел.