Сценарий - Арно Штробель

— Пойдём, — коротко бросила она, убирая телефон, и решительно направилась к Шторману.

Эрдманн заметил, что лицо её приняло странное, застывшее — почти упрямое — выражение. Шторман смотрел на неё так, словно она была назойливым насекомым.

— Один из коллег, дежурящих в квартире Нины Хартманн, только что доложил: кто-то вошёл внутрь с ключом. Они дождались, пока он окажется за дверью, и задержали его. Это Кристиан Цендер.

— Цендер? — рявкнул Шторман. — Тот студент-юрист? Приятель?

— Да. Но я не могу себе представить, чтобы она дала ему ключ добровольно.

— Ага. И что вы из этого заключаете?

— Пока не знаю.

— Да, я так и подумал.

Эрдманн глубоко вдохнул и уже набрал воздуха для ответа, но Маттиссен незаметно положила руку ему на предплечье и слегка сжала.

— Я распоряжусь доставить его в управление. Там поговорим.

Шторман раздражённо махнул рукой:

— Да, езжайте. А я останусь здесь, в грязи, и обо всём позабочусь. Хочу немедленно знать, что дал допрос этого типа. Ясно?

Они не сказали больше ни слова. Молча добрались до машины, кое-как стянули с ног грязные сапоги, побросали их за сиденья и тронулись.

Кристиан Цендер сидел под охраной двух сотрудников в пустом кабинете неподалёку от оперативного зала — его наспех переоборудовали под комнату для допросов. В отличие от прежних встреч, на этот раз он воздерживался от провокационных реплик, когда они вошли. Впрочем, полностью скрыть лёгкую усмешку ему не удалось — особенно когда Маттиссен уселась напротив него наискосок и посмотрела с нескрываемой серьёзностью.

— Что вы искали в квартире Нины Хартманн, господин Цендер? И откуда у вас ключ?

— Доброе утро, госпожа главная комиссар. — Он выдержал паузу. — Ну, мы действительно полночи искали Нину повсюду. Несмотря на это, я проснулся довольно рано и больше не смог заснуть. Я очень за неё переживаю. Вот и подумал: а вдруг в её квартире найдётся что-нибудь полезное? В духе «carpe diem». В любом случае, это казалось мне куда лучше, чем лежать без сна на диване и слушать, как мой друг рядом храпит.

— Значит, у вас был ключ от квартиры госпожи Хартманн.

— Эм… да. Нина как-то мне его дала. Кажется, в январе. Она уезжала на неделю к родителям, соседка и Дирк тоже были в отъезде или заняты. В общем, она спросила, не смогу ли я поливать цветы, и дала ключ.

— Поливать цветы? — переспросил Эрдманн.

Голова студента резко повернулась к нему.

— Да.

Эрдманн обратился к одному из сотрудников:

— Позвоните, пожалуйста, Дирку Шеферу. Скажите ему, что его приятель Кристиан сидит у нас, потому что только что проник в квартиру Нины Хартманн с ключом, который та якобы дала ему для полива цветов. Посмотрим, что он на это скажет.

— Это обязательно? — Цендер слегка занервничал. — Дирк точно разозлится. Он, может, вообще не знал про ключ. Я не хочу, чтобы у Нины из-за этого возникли неприятности.

Эрдманн молча кивнул сотруднику — тот вышел.

— Значит, вы не хотите, чтобы у неё были неприятности? — резко бросил Эрдманн, и Цендер слегка вздрогнул. — Как благородно с вашей стороны. Только вот, боюсь, сейчас у госпожи Хартманн несколько иного рода проблемы. Зато у вас самого их будет очень много, господин Цендер, если вы немедленно не объясните, что именно вы там искали. Вы хотели «посмотреть, не найдётся ли что-нибудь полезное»? И как это выглядело в вашем представлении? Вы заходите в квартиру фрау Хартманн, бросаете взгляд на пол, и вот оно, то, что нам поможет, так, что ли?

— Нет, я хотел…

— Порыться в её вещах? Без чьего-либо разрешения? Скажу я вам вот что, будущий юрист: это квалифицируется как незаконное проникновение. И одно только это уже сулит вам массу проблем. Но есть и кое-что похуже. Гораздо похуже: у меня закрадывается мысль, что вы можете быть напрямую причастны к исчезновению фрау Хайке.

— Что? Вы в своём… То есть, это же полный абсурд!

Эрдманн бросил быстрый взгляд на Маттиссен, и та едва заметно кивнула.

— Абсурд? — рявкнул он на Цендера. — Я вот вспоминаю вашу легкомысленную фразочку, когда вы узнали о похищении Хайке Кленкамп: «Если бы я хотел кого-то похитить, я бы тоже выбрал малышку Кленкамп. Богатая и весьма аппетитная». Это как-то не вяжется с тем, что похищение человека для вас — табу. А ваше поведение во время наших бесед? Сплошное фамильярное: «Нина то, Нина сё».

— Но я…

— Может, вы тайно влюблены во фрау Хартманн? А она вас в упор не замечает, потому что западает на врачей с внешностью пляжных спасателей, а не на зануд-адвокатов? И вы решили, что это отличный шанс взять силой то, что не можете получить добровольно, а вину свалить на того маньяка?

— Но это же полнейший бред!

— Что вы искали в квартире, герр Цендер?

Кристиан Цендер опустил голову и посмотрел на свои руки, спокойно лежавшие на коленях. Он всем своим видом демонстрировал абсолютную невозмутимость.

— Я же вам только что всё объяснил. Я не мог уснуть, потому что слишком сильно переживал за Нину. И тут вспомнил, что у меня остался её ключ.

Он снова поднял взгляд, и Эрдманн прочёл на его лице, что этому умнику в голову пришла очередная гениальная мысль.

— Нина сама добровольно дала мне этот ключ. Так что, если я вхожу в её квартиру с его помощью, это не может считаться взломом.

— Это было сделано с конкретной целью, как вы сами и утверждали, — парировал Эрдманн. — Чтобы вы поливали её цветы во время её отсутствия. Ключ был у вас исключительно для этого. Цендер нагло ухмыльнулся: — Ну так её ведь сейчас и нет. Вот я и решил полить цветочки.

Эрдманн с силой хлопнул ладонью по столешнице, заставив студента вздрогнуть.

— Кажетесь себе невероятно оригинальным и остроумным, да? Сидите тут, строите из себя гения, отпускаете шуточки, в то время как фрау Хартманн, скорее всего, заперта вами в каком-нибудь подвале! Но мы вас задержим, герр Цендер. По вескому подозрению в похищении и незаконном лишении свободы.

— Вы не имеете на