Отнять всё - Джейн Лителл

Сила ветра меня встревожила. Штормового предупреждения не было, – я слушала шестичасовые новости. Я проехала станцию «Ватерлоо», потом «Слон и замок». Ветер закручивал песок и гравий в маленькие смерчи. Несколько камушков с зловещим стуком ударили в переднее стекло, и мое сердце чуть не остановилось.

Утром я полностью заправила бак. А теперь подумывала найти какой-нибудь гараж и переждать бурю. Но все же решила ехать. Нужно как можно быстрее добраться до Дила.

* * *

Мы с Маркусом тоже однажды попали в шторм – в то лето в Аланде, лето нашей большой ссоры. Он подружился со шведской парой; у них была небольшая парусная лодка. И мы вчетвером отправились в море – походить под парусом и понырять. С утра стояла отличная погода, и мы заплыли далеко. К полудню небо затянуло, море стало беспокойным. Мы собирались плыть до Соттунги,[9]расположенной с другой стороны острова. Пошел дождь, волны достигали уже десяти футов, – для нашей лодки это, впрочем, было нестрашно. Потом сломалась помпа. Хозяева спустились и стали вычерпывать воду. Нас оставили у штурвала. Ветер усилился, и волны достигали уже пятнадцати фунтов. Мы скакали с гребня на гребень. В разрыве туч вдруг появилась почти полная луна, и Маркус прокричал, что во всем именно она и виновата. Он был таким бодрым, таким оживленным…

Хозяин лодки сказал, что ночью придется стоять на вахте. Я пошла вниз и попыталась хоть ненадолго уснуть, а Маркус остался у руля с Агнетой – женой приятеля.

* * *

Ветер уже превратился в ураган. Все мои силы уходили на то, чтобы удерживать машину на трассе. Передо мной двигался огромный грузовик. Водитель едва справлялся с управлением. Под порывами ветра автомобиль то и дело вилял. Я перестроилась и ушла вперед.

Вскоре у меня разболелись руки, кисти затекли. Пальцев я почти не чувствовала. Не съехать ли на обочину, не переждать ли немного? Страшно хотелось лечь на сиденье и дать отдых рукам. Буря и не думала стихать. Если съехать с дороги, на машину может упасть сломанная ветка, а то и ствол. Деревья по обеим сторонам бешено плясали. С заднего сиденья не было ни звука – Билли спал, несмотря на свист и удары ветра.

Мы доехали до дороги, ведущей на Дил. Слева тянулись фермерские земли. В одном месте на амбар упало огромное дерево и смяло крышу. Дерево и амбар словно стали единым целым – кирпич и уже почти мертвая древесина.

Ветер доносил сюда брызги прибоя – стекло покрылось соленой водой и оторванными листьями. Дворники едва справлялись.

Руки у меня налились свинцом, но я уже почти приехала. Вот и поворот на коттедж. Здесь тоже везде сломанные ветки; сучья так и трещат под колесами. Впереди на дороге лежало сломанное дерево. Путь к дому был закрыт. Придется вылезать из машины и нести Билли и вещи на себе. Я заглушила мотор.

В каком-то доме неподалеку сработала сигнализация, по небу метались лучи света, словно кто-то включил поисковые прожектора. Я перевела дух и попыталась открыть дверцу. Ураган был страшный. Толкнув изо всех сил, я все же открыла ее и вылезла наружу. Теперь ветер трепал мои волосы, рвал одежду, а над головой дико метались ветки. Я добралась до багажника, достала бутылочки, молочную смесь и подгузники. Все это затолкала в сумку и повесила ее через плечо. Прижимаясь к машине, переползла к задней дверце. Хватит ли у меня сил удерживать ее, пока я достану Билли? Ведь выйти еще раз я уже не смогу. Прижимаясь к машине, я переводила дух, а вокруг бушевала буря.

* * *

– Не сдавайся, – сказал мне Арво Талвела во время одного из последних сеансов. – Тренируй волю, оттачивай ум.

* * *

Я открыла дверцу и, отгородив ее собственным телом, отстегнула ремень. Билли спал, но, когда я взяла его на руки, зашевелился. Я потуже обернула малыша одеялом и прижала к груди. Руки у меня ослабли, а он был тяжелый, можно и уронить. Медленно-медленно я отодвинулась от машины. Ветер тут же яростно захлопнул дверцу. Пройти оставалось несколько метров. Ноги дрожали, каждый шаг давался с трудом. Билли проснулся и, похныкивая, выглядывал из одеяла в бушующий мрак.

Следующим препятствием было упавшее дерево. Подняв как можно выше левую ногу, я поставила ее с другой стороны ствола. Пришлось присесть и передохнуть. Меня хлестали ветки, царапали даже сквозь брюки. Кое-как я перекинула через бревно правую ногу и двинулась дальше. Колени подгибались.

Билли заплакал. Я распахнула ворота. Тут тоже был разгром – везде ветки, листья, сучья. Глиняный вазон упал и разбился вдребезги. Идти пришлось по черепкам, которые хрустели под ногами. У дверей я достала ключ, открыла и вошла. Сил не осталось совершенно. Я опустилась на пол, не выпуская из рук Билли. Он уже вовсю кричал. Через минуту-другую пойду на кухню, приготовлю детскую смесь. Надо дать ему «калпол». Аптекарша сказала, что он помогает младенцам уснуть.