Переступить черту - Майкл Коннелли

На этот раз по лицу менеджера было видно, что он что-то вспомнил, но при этом не встревожился.

– Фамилия мне знакома, – сказал Жерар. – Но я не знал об убийстве. Ее телефон не отвечал, а прежний владелец часов не хотел выкупать их, так что они до сих пор у нас.

Босх молчал. Менеджер только что сообщил факт, о котором Босх не знал и который не понимал. Но он боялся задать какой-нибудь лишний вопрос, чтобы не спугнуть Жерара и не прекратить разговор, и надеялся, что тот добавит что-нибудь сам.

– А прежняя владелица… – все же произнес он осторожно. – Почему она не хочет взять часы обратно?

– Это был владелец, а не владелица, – ответил Жерар. – Он купил у нас часы для жены. А кто просил вас заняться расследованием?

Вот этот вопрос был точно лишним. Надо было отвлечь внимание от него. Босх огляделся.

– Мистер Жерар, – сказал он, – где мы могли бы поговорить наедине?

Жерар ответил не сразу. Возможно, сомневался, стоит ли ему ввязываться в это дело.

– Пойдемте, – сказал он наконец и кивнул охраннику, давая понять, что все нормально.

Он провел Босха через дверь в конце выставочного зала и через второй, более просторный зал, где стоял верстак с различными инструментами для ремонта часов. У задней стены возвышался, достигая потолка, гигантский сейф, в котором, по всей вероятности, хранилась основная часть товара. В зале никого не было. Этот факт в совокупности с лупой на очках Жерара говорил о том, что менеджер был по совместительству часовщиком, чинил и отлаживал изделия.

Из этого зала они прошли в маленький кабинет. Жерар сел за содержавшийся в безупречном порядке письменный стол и открыл большой календарь. Пролистав его, он нашел нужную запись, выдвинул ящик стола и достал папку с прикрепленными к ней часами в мягком чехольчике. Он отцепил часы и осторожно положил их на стол, после чего раскрыл папку.

– Они были посланы нам в ремонт Александрой Гаррик из Западного Голливуда, но это вы и без меня знаете.

– Да, – согласился Босх.

Он старался говорить поменьше, чтобы не спугнуть собеседника и дать ему высказать как можно больше полезной информации.

– На нашем веб-сайте подробно расписан порядок сдачи часов на техническое обслуживание и ремонт.

– А почему часы требовали ремонта? – вырвался вопрос у Босха, о чем он тут же пожалел.

Жерар взял часы и обвел пальцем циферблат.

– Стекло треснуло по непонятной причине, так что ремонт был очень простой. Все, что требовалось, – заменить стекло. Я заказал новое из Швейцарии, и на его доставку ушло десять дней.

Жерар посмотрел на Босха, ожидая следующего вопроса, и тот поспешил задать его, чтобы вернуть инициативу разговора менеджеру:

– Когда они выслали вам часы?

Жерар сверился с записью в папке:

– Транспортная компания «Федэкс» доставила их второго февраля…

Это было за неделю до убийства Александры Паркс.

– …Но я вскрыл посылку и проверил ее содержимое только через три дня, пятого.

– И что было с часами потом? – спросил Босх.

– При продаже часы регистрируются на имя покупателя, – сказал Жерар. – А если их перепродают – то на имя нового покупателя, и тогда все операции производятся для него со скидкой. А эти часы как были зарегистрированы на имя первого покупателя, так и остались.

– Они были куплены в подарок на распродаже, – сказал Босх.

– Проблема была в том, что эти часы были мне знакомы. Я продавал их первому покупателю.

Жерар замолк, а Босх не знал, как сформулировать следующий вопрос. Что-то в истории с часами явно казалось менеджеру странным, если не тревожным, но он не говорил, в чем именно эта странность заключается, в то время как для Босха это было самым главным.

– Значит, вы не знали о перепродаже часов? – спросил он.

– Вот именно.

– А кому вы продали их первоначально?

– Этого я не могу вам сказать. Мы должны соблюдать конфиденциальность в отношении клиентов и не имеем права называть их имена. Люди, обращаясь к нам, рассчитывают на это.

– Ну хорошо. Так что же вы сделали в связи с этим?

– Человек, которому я продал часы первоначально, сделал у нас покупку уже второй раз за последние три года. Он собирал редкие часы и покупал их для себя и жены. Я думал, что оба наши экземпляра все еще у него, и вдруг эти часы поступают к нам от другого лица. Тогда я взял на себя смелость позвонить этому человеку и проверить, действительно ли он сам перепродал часы.

Жерар стал говорить с остановками, и приходилось подталкивать его вопросами. Такая манера была знакома Босху и означала, что человек не хочет обсуждать ту или иную тему. Подобное случалось, когда он начинал расспрашивать об убийстве совершенно непричастных к тому людей.

– И что он вам поведал?

– Мне не сразу удалось с ним поговорить. К телефону подошла его жена и сказала, что мужа нет дома.

– И вы пообщались с ней.

– Мне не хотелось вселять в нее тревогу без явной необходимости. Я назвал себя и сказал, что звоню, чтобы проверить, удовлетворяет ли их покупка и не нужна ли моя помощь. Мы предлагаем клиентам бесплатное техническое обслуживание и чистку часов, они оплачивают только доставку и страховку.

– Это было очень предусмотрительно с вашей стороны. Что она ответила?

– Она сказала, что оба купленных у нас экземпляра украли.

– Украли.

– Да, это была кража со взломом. Женщина была в это время в Париже, а часы оставила дома. Она никогда не берет их с собой в поездки, боясь ограбления. Муж не сопровождал ее в тот раз, так как ему надо было работать. Однажды, когда он вышел, грабители проникли в дом и украли все ценные вещи.

– Она сказала, когда это случилось?

– За несколько месяцев до этого. Точную дату не помню.

– Они живут здесь, в Лас-Вегасе?

Поколебавшись, Жерар решил, что может назвать место жительства клиента, не нарушая конфиденциальности.

– Они живут в Беверли-Хиллз.

– Хорошо, – сказал Босх. – Вы сообщили клиентке, что украденные часы находятся у вас в магазине?

Жерар опять замялся, и Босх догадывался, что его смущает.

– Нет, напрямую не сообщил. Понимаете, я хотел поговорить с ее мужем – ведь официально он был клиентом. Я попросил ее передать мужу, чтобы он позвонил мне, и сказал, что, возможно, знаю, где находится один экземпляр.

– То есть вы не признались, что они снова у вас.

– Не признался.

– Муж позвонил вам?

– Да, в тот же день. Он изложил мне совершенно иную историю. Оказывается, часы не были украдены – он обманул жену, сказав ей это, а на самом деле он тайком от нее продал часы вместе с остальными ценностями. Он был смущен и нервничал; объяснил мне, что ему пришлось продать все это из-за большого проигрыша в казино, который он скрывал от жены.