Добрый друг Декстер - Джеффри Линдсей

— Повторите, сержант.

— Я преследовал правонарушителя и опасаюсь, что он заметил меня.

— Какого правонарушителя?

Снова последовала пауза, и у меня сложилось впечатление, что сержант, решив возложить всю работу на меня, не знает, как выразиться.

— Парня из моих армейских дней. Он попал в плен в Эль-Сальвадоре и считает, что это произошло по моей вине.

— Вам нужна поддержка?

— Пока нет. Я пытаюсь обмануть его.

— О'кей, старик, — произнес я, испытав священный трепет. Наконец-то мне это удалось.

Мы обменялись сообщениями еще несколько раз, чтобы доктор Данко услышал нас. Я каждый раз произносил «О'кей, старик». Когда около часа ночи мы связались в последний раз, я, испытывая полное удовлетворение, пребывал в приподнятом настроении. Вероятно, в следующий раз я буду говорить не только «о'кей, старик», но и введу в оборот выражение «вас понял» или даже «прием».

Найдя в гараже патрульную машину, отправляющуюся в южную часть города, я убедил копов доставить меня к дому Риты. Там, выйдя из автомобиля, я на цыпочках прокрался к своей машине и отправился домой.

Вернувшись к своей скромной койке и увидев ее в полнейшем беспорядке, я вспомнил, что в ней должна была бы находиться Дебора. Но она угодила в госпиталь. Завтра надо навестить ее. А тем временем я пережил памятный, но утомительный день. Меня загнал в пруд любитель отрезания конечностей, я пережил автомобильную аварию лишь для того, чтобы едва не утонуть. Потерял превосходную туфлю. И вдобавок ко всему, точно неприятностей было недостаточно, был вынужден подружиться с сержантом Доуксом. Несчастный, добитый Декстер. Неудивительно, что я так устал. Я рухнул в постель и мгновенно уснул.

Ранним утром следующего дня Доукс поставил свою машину рядом с моей на парковке полицейского управления. Он выбрался из автомобиля с нейлоновой спортивной сумкой в руках, которую тут же водрузил на капот моей машины.

— Ты прихватил с собой грязное белье для стирки? — вежливо поинтересовался я, но мой жизнерадостный заход очередной раз не достиг цели.

— Если это сработает, я прихвачу его или он прихватит меня, — мрачно изрек сержант и, расстегнув молнию сумки, добавил: — Если я прихвачу его, то дело закончено. Но если он прихватит меня, то… — Он извлек из сумки прибор спутниковой навигации и положил его на капот. — Если он прихватит меня, то ты приедешь мне на помощь. Представляешь, какие чувства я испытываю при подобной перспективе? — усмехнулся сержант, демонстрируя десяток ослепительно белых зубов. С этими словами он извлек из сумки сотовый телефон. — А это моя страховка, — закончил Доукс.

Я посмотрел на два небольших прибора, лежащих на капоте. Они не казались очень грозным оружием, но, наверное, мне удастся запустить одним из них в чью-то башку.

— А базуки у тебя не найдется? — поинтересовался я.

— Базука не понадобится. Хватит и этого, — ответил Доукс и в очередной раз запустил руку в спортивную сумку. — И вот это, — добавил сержант, показывая мне блокнот для стенографии, открытый на первой странице. Там был записан ряд цифр, а под ним ряд букв. Из спирали обложки торчала дешевая шариковая ручка.

— Перо сильнее оружия, — заметил я.

— На сей раз — да. Первая строка — номер телефона, а вторая — код доступа.

— И куда же мне предстоит войти?

— Этого тебе знать не обязательно. Тебе остается позвонить, набрать код и сообщить им номер моего сотового телефона. Они укажут тебе мое местонахождение на GPS. Ты все усек?

— Не очень сложно, — усмехнулся я, испытывая сомнения.

— Даже для тебя, — не удержался он.

— А с кем я буду говорить?

— С человеком, который мне многим обязан. — Сержант достал из сумки полицейское радио. — А теперь переходим к самой легкой части. — Он сунул мне в руки рацию и сел в машину.

Теперь, когда мы закинули приманку для доктора Данко, нам оставалось лишь обеспечить его появление в нужное время в нужном месте, и в этой связи мы не могли проигнорировать такое удачное совпадение, как организуемая Винсом Мацуокой вечеринка.

Несколько следующих часов мы раскатывали по городу в разных автомобилях, обменявшись на всякий случай парой-тройкой идентичных сообщений. Мы также мобилизовали себе в подмогу парочку патрульных машин с копами, которые, по словам Доукса, наверное, нас не кинут. Я понял это как тонкую шутку, однако полицейские юмора, похоже, не уловили и перестарались, горячо уверяя сержанта Доукса в том, что нас не бросят. Впрочем, должен заметить, что от страха они не тряслись. Как приятно работать бок о бок с человеком, способным внушить к себе подобное уважение!

Наша маленькая команда провела остаток дня, сотрясая воздух телефонной болтовней о предстоящем мальчишнике, указаниями, как проехать к дому Винса, и напоминанием о времени начала веселья. И вот наконец вскоре после ленча последовал наш coup de grace.[10]Сидя в машине напротив закусочной «Вэнди», я, воспользовавшись портативной рацией, связался с сержантом Доуксом.

— Сержант Доукс, это Декстер. Вы меня слышите?

— Это Доукс, — ответил он, выдержав короткую паузу.

— Я был бы очень вам благодарен, если бы вы посетили сегодня вечером мальчишник в связи с моим бракосочетанием.

— Я никуда не могу пойти. Этот тип слишком опасен.

— Ну, заскочите хотя бы на одну рюмку. Выпьете и сразу убежите, — льстиво произнес я.

— Ты же видел, что он сделал с Манни, а Манни был всего лишь куском дерьма. Это я сдал парня плохим людям. Представляешь, что он со мной сотворит, если наложит на меня лапы?

— Я женюсь, сержант, — проговорил я, испытывая комическое наслаждение от того, что обращаюсь к нему «сержант». — Подобное не случается каждый день. И он ничего не предпримет, зная, что там будет куча копов.

Последовала длинная театральная пауза — Доукс считал до семи. Затем рация щелкнула, и из наушника донеслось:

— Ну, хорошо. Я подскочу примерно к девяти.

— Спасибо, сержант, — сказал я и, чтобы получить полное счастье, добавил: — Прием окончен.

— Прием окончен.

Я надеялся, что наш маленький скетч достиг ушей нужной аудитории. Представил, как, готовясь к оперированию, он вдруг замер, склонил голову набок и прислушался. Когда в его сканере прохрипел сладкозвучный голос сержанта Доукса, он скорее всего отложил в сторону костепилку, вытер руки и записал адрес на обрывке бумаги. Сделав это, продолжил труд, возможно, с Кайлом Чатски, испытывая внутреннее умиротворение, свойственное человеку, у которого есть интересная работа и которому после окончания рабочего дня предстоит захватывающее светское мероприятие.

Для пущей уверенности наши друзья в патрульных машинах с восторженным придыханием и без дураков несколько раз сообщили друг другу, что сержант Доукс собственной персоной явится сегодня около девяти часов на вечеринку.