Город ведьм - Антон Леонтьев

– Ну-с, молодой человек, вы настоящий герой! Не каждого хоронят заживо! И далеко не каждый заживо похороненный остается в живых. Вы ведь студент Медакадемии? Будущий коллега, так сказать. Поэтому могу без обиняков зачитать вам ваш диагноз. Все далеко не так плохо, хотя недельку-две вы у нас пробудете.

Надя была в курсе: слава богу, Максим отделался весьма легко. Вот что значит молодой здоровый организм!

Она осторожно высвободила руку из рук Максима, но тот простонал:

– Не уходи, пожалуйста!

Девушка поцеловала парня в лоб и сказала:

– Я мигом. Я тебя теперь уже никогда не брошу. Да и палату охраняют!

Надя вышла в коридор и увидела двух молодых типов в черном, работников охранного агентства, слаженные действия которых помогли выйти на след студентов-сектантов, находившихся еще на свободе, и в особенности тех двоих, которые отвезли прошлой ночью Максима на Старое кладбище и живьем запихнули в саркофаг.

Надя присмотрелась к охранникам. Она, конечно, допускала возможность, что у Максима была галлюцинация, однако она знала, что, несмотря на взбалмошный характер, он был весьма адекватным молодым человеком.

Тем более что если бы ему привиделся похититель, то явно с бородой. Но никак не без бороды – мозг обратился бы к известному образу, а не стал бы изобретать новый.

Или стал бы?

Заметив главу охранного агентства, статного мужчину с серебряным ежиком волос, Надежда подошла к нему и еще раз высказала самую искреннюю благодарность.

– Рад, что мои ребята показали себя на высоте. Если честно, то я думал, что если мы его и найдем, то уже мертвым. Потому что эти сектанты – ребятки еще те. Они ведь не только наркотики принимали и групповым сексом занимались, щелкая фотки с отрезанными конечностями. Похоже, они к паре-тройке убийств причастны.

Судьба сектантов была Наде абсолютно безразлична. Задержанные типы, которые отвезли Максима на Старое кладбище и бросили там умирать, уже были арестованы и давали показания, Яну пока что не взяли, однако далеко она уйти не могла.

Но в данный момент девушку занимало иное.

– Скажите, а есть ли среди ваших сотрудников, – начала она, но тут зазвонил мобильный начальника охранного агентства, и он, извинившись, принял звонок и отошел в сторону.

Надя осмотрелась. Типа в черном с лысой головой она нигде не видела. Внезапно она заметила проходившую мимо медсестру, которая ей кого-то напомнила. Ну конечно, она ведь была похожа на несчастную студентку, ту самую, с разноцветными ногтями и цепочкой на ноге. Может, чуть постарше.

Медсестра с индифферентным видом продефилировала мимо нее, а Надя подумала, что, не исключено, она, как и Максим, стала жертвой самовнушения или навязчивых ассоциаций. Теперь уже и она видела в каждом встречном участника драматических событий.

Нет, несчастная светловолосая студентка была мертва, а медсестра, быть может, чем-то и похожа на нее, однако…

Надя хотела было последовать за медсестрой, скрывшейся за поворотом, как вдруг услышала знакомый голос:

– Как я рада, что все закончилось так хорошо!

Появилась Тамара Федоровна, и Наде пришлось рассыпаться в благодарностях и петь осанну ей и ее сыну-олигарху.

– Ах, милая моя, не стоит! Вам требовалась помощь – я и помогла. Хотя, если честно, не рассчитывала на позитивный исход. Это настоящее чудо! О котором обязательно будет подробно изложено в следующем выпуске «Городских вестей».

К ней присоединился Вениамин Филин, исподлобья взглянувший на Надю. Та смутилась, думая о том, что еще недавно была уверена в его причастности к убийствам.

– Что он говорит? – спросил он. И, не дожидаясь ответа, шагнул в палату. Охранники беспрепятственно пропустили его. Надя подумала, что это не очень-то хорошо. Им было запрещено пропускать кого бы то ни было, кроме медицинского персонала и представителей власти. Филин не был ни тем ни другим.

Зато он был владельцем охранного агентства, умницы из которого отыскали Максима.

К ним подошел седовласый шеф и произнес:

– Вениамин Александрович, как вижу, вернулся из столицы? У меня хорошие новости – эту девицу, Яну, задержали буквально четверть часа назад при попытке сесть на московский поезд. Причем по поддельным документам.

У Нади отлегло от сердца, а Тамара Федоровна закудахтала, уверяя, что теперь все прошло и бояться больше нечего.

Надя так не считала. Оставив шефа болтать с мамашей олигарха, она все же двинулась по коридору, в котором несколькими минутами ранее исчезла медсестра, столь похожая на одну из жертв.

Или это было явление паранормального характера?

Надя вышла из ВИП-отделения частной клиники, в которую доставили Максима (расходы по его лечению широким жестом взял на себя Филин, точнее, его матушка, заверившая, что ни о чем волноваться не следует), и уставилась на табличку с перечислением отделений, висевшую перед лифтом.

Двери оного распахнулись, и Надя заметила хитрое лицо Олега Архипова.

– Ага, на ловца и зверь бежит! – произнес он. – Ну как наш супергерой? По городу ползут невероятные слухи!

– А вы как сюда пролезли? – сухо спросила девушка. – Опять под видом водопроводчика?

Архипов подмигнул ей:

– Такой вот я многогранный. Так что давай поведай мне последние известия!

– И не подумаю! – возмущенно ответила Надя. – Что вы тут вообще делаете?

Архипов подошел к подоконнику, уселся на него и заявил:

– Веду свое расследование. Так же, как и ты свое. Мое предложение по-прежнему в силе – не хочешь объединиться?

Надя фыркнула.

– Зачем? Теперь уже поздно. Яну только что сняли с московского поезда.

Она осеклась, так как поняла, что выдала пока что эксклюзивную информацию.

– Знаю, – ответил Архипов, и Надя не поняла, говорит ли он правду или врет. – И прочих типов тоже. Секте пришла хана, однако маньяка-то еще не поймали!

Он внимательно посмотрел на Надю, а та отвела взор. Да, он был прав. Студенты-сектанты были, может, и убийцами (хотя не исключено, теперь на них повесят нераскрытые дела), но ведь к серийному убийце они не имели ни малейшего отношения!

Или имели?

– Но ведь у наших студентиков откуда-то взялась вторая нога жертвы, – произнесла медленно Надя. – Так что уж полностью непричастными они быть не могут.

– Верно мыслишь! – гаркнул Архипов. – Но ведь рука жертвы была и у нашего писаки Кудымова, помнишь ведь? Он, бедолага, кстати, томится около клиники: внутрь его, конечно, не пропускают.

Была – или ее ему все же подсунул сидевший перед ней и благостно улыбавшийся полицейский?