Фрагменты прошлого - Меган Миранда

– Подожди, – прошу я.

Поворачиваюсь и, опустившись на колени, вытаскиваю из-под кровати коробку с фотографиями отца Калеба – чуть не позабыла о ней. Они были дороги Калебу, и он неспроста их спрятал. Макс ждет меня у двери, затянув монотонное «быстрее, быстрее, быстрее», которое не обрывает, даже когда мы выходим на лестницу. Сделав несколько шагов вниз, я оборачиваюсь к Максу и шепчу:

– Закрой дверь.

Со второго на первый этаж я спускаюсь медленно и на цыпочках, прислушиваясь. Это Ив. Я понимаю это по ритму ее шагов за входной дверью. Так и вижу, как она к ней подходит. Макс хватает меня за руку и дергает в кухню. В ту же секунду Ив вставляет ключ в замочную скважину. Слава богу, Макс запер за нами дверь, как будто в дом никто не входил. Мы идем к гаражной двери, отпираем ее и открываем одновременно с тем, как Ив открывает входную.

Я тихонько прикрываю гаражную дверь, не убирая ладони с ручки, и внимательно слушаю. Мы стоим в кромешной темноте, рулонные шторы на окнах опущены. Слышно, как Ив кидает ключи на столик в прихожей. Я решаю: сейчас или никогда. Вставляю ключ в замок и очень медленно запираю дверь. Прикладываю к ней ухо и слышу пересекающие кухню шаги. Я задерживаю дыхание. Макс задерживает дыхание.

Ив открывает ящик, потом еще один, и еще. Открывает холодильник. Собирается готовить обед? Мы в ловушке. Не можем выбраться из гаража, пока она в кухне. Я молча стою в середине гаража. Глаза медленно привыкают к темноте. Единственный источник света – тонкие полоски сбоку штор и под гаражной дверью. Макс сидит на скатанном в рулон ковре, опустив лицо в ладони. Мы ждем. Мое внимание приковывает ковер, бордовые края которого высвечивает тоненький луч, падающий из угла окна.

Здесь целый ряд свернутых ковров, и все они замотаны в полиэтилен. Я обвожу взглядом загроможденное помещение, наконец видя полную картину. Коробки. Коробки с вещами Калеба. Словно ждущие грузовик для переезда или мусоровоз. Я столько вещей рассортировала и подписала. Ради чего? Они все теперь убраны в гараж, подальше от глаз, распиханы по углам. За коробками стоят несколько чемоданов, но я их раньше не видела. Может, в них вещи Мии или Ив? Я осторожно расстегиваю молнию на ближайшем чемодане и нахожу внутри мужскую одежду. Однако это одежда не Калеба. Это вещи Шона? Он не стал брать с собой все свое, и Ив, подобно мне, пришлось собирать фрагменты оставленной им позади жизни?

Позади Макса на подставке для инструментов лежат предметы, когда-то принадлежавшие либо Калебу, либо Шону, – позабытые и брошенные, наравне с оставленными здесь людьми. Некоторые из них мне знакомы: канцелярский нож, разные электронные устройства. Они вытащены из упакованных мной коробок, перебраны и переложены. По большей части это личные вещи Калеба.

Однако некоторые предметы я вижу впервые. Наверное, они принадлежали Шону. Похоже, тут собраны вещи, представляющие хоть какую-то ценность, которые можно продать. Мобильный без задней крышки. Мужское обручальное кольцо. Возможно, Шон оставил его, когда уходил, на прикроватной тумбочке в качестве последнего «прощай». Или в ярости бросил под ноги Ив, когда она выкинула его из дома.

Внизу лежит еще один предмет. Он плохо виден в темноте, и я ощупываю его – круглый, с цепочкой, – пока он не издает тихий звук. Я резко выпрямляюсь и отшатываюсь назад. Макс поднимается, словно почувствовав что-то в воздухе, в атмосфере гаража. Я ощущаю его приближение и выпускаю из руки круглый предмет. Макс берет его и подносит к свету. Это карманные часы. Очень знакомые. Они принадлежат мужчине, но не Калебу. Я видела их раньше, слышала позвякивание цепочки каждый раз, когда этот человек входил в комнату. Порванная цепочка скользит между пальцев Макса, ее тихое звяканье подобно музыке. Я точно знаю, чья эта вещь.