Семья по соседству - Салли Хэпворс

– Какие планы на сегодня? – спросила Эндж, стоя уже позади нее. – Я думала, мы могли бы встретиться.

Было всего восемь утра, но жара уже окутывала Эсси. На ней был тот же льняной сарафан, что и все эти дни, она вышла босиком – в такую погоду ноги потели даже в шлепанцах. А на Полли, которая сидела у нее на бедре, был только подгузник.

– Что ты там делаешь? Дай я помогу. – Эндж потянула вниз и резко дернула за каталог. Послышался звук рвущейся бумаги.

Как обычно, Эндж выглядела бодрой и собранной. Ее белокурые волосы уложены как в парикмахерской, одета она была в белые брюки-капри с темно-синим топом. Как ей это удавалось в такую жару? Эсси задумалась. Эндж была накрашена, и выражение ее лица, как обычно, было слегка удивленным благодаря идеальному количеству ботокса.

– Вот, держи, – сказала Эндж, протягивая ей разорванный каталог. – Итак, что ты скажешь? Сегодня днем?

Эсси поправила Полли на бедре и хмуро посмотрела на Эндж. Встретиться? Это было необычно. В Плезант-Корт все были дружелюбные, конечно. Заходили друг к другу в гости, чтобы поболтать. В канун Рождества или Нового года угощали друг друга вином, поливали цветы, когда кто-то уезжал в отпуск. Они радостно махали руками, когда встречали друг друга на улице… но они стеснялись просто быть друзьями. Какое-то время Эсси надеялась, что их отношения будут развиваться – особенно ее отношения с Френ, у которой были дети такого же возраста, как у нее, но почти за пять лет этого не случилось. Эсси задумалась вдруг, почему так вышло.

Эндж наклонилась заговорщически.

– Ты уже познакомилась с новой соседкой?

Ах, подумала Эсси. Так вот в чем дело.

– Она переехала в соседний дом с твоим, ты же знаешь.

– Да, – ответила Эсси. – Я знаю.

Эсси никогда не переставала удивляться способности Эндж интересоваться вещами, которые ее не касались. Эсси с трудом поспевала за событиями в собственной семье, не говоря уж о том, что там происходит у других. А вот у Эндж, где-то между тридцатью восемью и сорока двумя годами, с двумя сыновьями, мужем и собственным агентством недвижимости, все же оставалось время для жизни других людей. Вообще-то Эсси это казалось утомительным, но сегодня она поймала себя на том, что подражает заговорщическому тону Эндж и говорит:

– Почему бы нам не собраться у меня?

Френ, как оказалось, тоже хотела встретиться, и в тот же день они втроем сидели в жаркой гостиной Эсси, когда Эндж вдруг вскочила со стула.

– А вот и она!

– Кто? – спросила Френ.

– Соседка. Похоже, забирает почту.

Эсси подалась вперед в своем кресле, но Эндж загородила окно. Полли, сидевшая у нее на коленях, тоже поднялась, заинтересовавшись.

– А, Изабелль. Она заходила вчера вечером, – сказала Френ.

Она сидела, растянувшись на тахте, а ее шестинедельная дочь Ава лежала у нее на локте.

Эндж резко повернула голову.

– Неужели? – прошептала она. – Ко мне тоже заходила!

– Почему мы шепчемся? – удивилась Эсси, но Эндж уже смотрела в окно.

– Красивая, правда? – Эндж откинула голову назад и прищурилась, как будто хотела получше ее рассмотреть. – Правда, челка великовата. Довольно суровый вид.

– Наверное, чтобы скрыть морщины на лбу, – сказала Френ, складывая веер из куска газеты. – Что, должна сказать, весьма практично.

Френ лучшая в практических вопросах. Одевается модно, но сдержанно, туфли носит на плоской подошве. Каждый день красится одной и той же помадой для губ и тушью для ресниц. Волосы всегда собраны в темно-коричневый хвост. На вечеринке в прошлом году она призналась, что покупает один и тот же набор бежевого белья, так что ей никогда не приходится беспокоиться о поиске подходящего комплекта.

К счастью, она не навязывала свои практические советы («Знаешь, как вывести пятна на ковре? Сейчас расскажу»). Самое замечательное во Френ было то, что она никогда не заботилась о том, что о ней подумают, а это, по мнению Эсси, было чрезвычайно недооцененным качеством.

– Возможно, – согласилась Эндж. – Она выглядит так, будто ей под сорок. Она к тебе тоже заходила, Эсси?

– Да. Представиться. Это так по-соседски.

Выражение лица Эндж говорило о том, что она в этом не уверена.

– Я не понимаю, – сказала она. – Кто переезжает в Плезант-Корт без детей?

– Ты же сама сдала ей дом, – заметила Эсси. – Кроме того, у Ларриттов нет маленьких детей. – Им было чуть за семьдесят. – Как и у моей мамы.

– У Ларриттов были маленькие дети, когда они переехали сюда. И все трое детей ходили в школу в этом районе. А твоя мама стала жить здесь, чтобы быть ближе к тебе!

Эндж бросила на нее взгляд, словно говоривший «понятно?», а затем похлопала по своим белым брюкам, которые почему-то, несмотря на ее «диких мальчиков», были идеально чистыми. Нетрудно понять, почему люди покупают дома у Эндж. У нее все в порядке. Она замужем за чудовищно красивым мужчиной и, кажется, зарабатывает кучу денег на своем бизнесе. Эсси надеялась, что она скрывает какой-то большой недостаток, но когда недавно она зашла к ней, чтобы одолжить складной манеж, то оказалось, что в гараже царит невообразимый порядок. В гараже! Эсси была бы счастлива, если бы у нее в кладовке был хоть какой-то порядок.

Несмотря на то что у Эндж были дети, в ее сумочке не было кубиков «Лего», а на полу машины – оберток из «Макдоналдса». В этом была вся Эндж. Она не просто продавала дома. Она продавала жизнь, которую вам хотелось иметь.

– А чем занимается Изабелль? – поинтересовалась Френ. Ава заснула, уютно прижавшись щекой к ее предплечью. – Ты вычитала что-то в ее анкете?

– Очевидно, она работает на некоммерческую организацию, – сказала Эндж. – Мне всегда казалось, что это странный способ описать бизнес – «некоммерческий». Почему бы просто не сказать, что вы на самом деле делаете?

– Что за организация? – спросила Френ.

Эндж махнула рукой.

– Ой, я не помню. Они все одинаковые.

До декрета Френ работала в юридической фирме, а еще раньше была штатным юристом в благотворительном фонде «Спасите детей»¹. Ее лицо говорило, что они не все одинаковые. Френ, возможно, собиралась произнести это вслух, но Ава выбрала именно этот момент, чтобы открыть глаза и срыгнуть на белые шорты Френ.

– Вот почему я ношу белое, – сказала она.

Если Эндж воплощала образ жизни, который хотелось вести, то Френ представляла образ человека, которым хотелось быть. Она и ее муж Найджел были интеллектуалами, из тех, что обсуждают темы вроде религии, политики и искусства. По крайней мере, так они поступили на рождественской вечеринке в прошлом году. Бедный Бен был настолько ошарашен, что провел весь вечер, кивая и говоря «Какая интересная мысль» и «Боже, я никогда об этом не задумывался».