Смерть в кредит - Джеймс Гриппандо

Джек зажигал свечи: четыре на журнальном столике, шесть – на каминной полке, еще с десяток расставлены в стратегическом порядке по комнате. Он отступил на шаг, восхищаясь теплым мерцанием.

«Свечи, – подумал он. – В прошлый раз я зажигал свечи, когда в Майами бушевал ураган, а моя кубинская бабушка стояла на коленях и вслух молилась святой Варваре и святому Лазарю».

Впрочем, в этот вечер не было рядом ни бабушки, ни праздничного торта, да и электричество работало исправно.

Скоро должна прийти виновница торжества.

Да, Мия и впрямь была эффектной женщиной. Подцепить красотку – дело плевое, по крайней мере для Джека. Другая история – найти красотку с мозгами. Сам он был высок и темноглаз, что указывало на испанские корни. Бывшая жена говаривала, что Джек хорош этакой разнузданной привлекательностью певца в стиле кантри – разве что в шляпах он выглядел по-идиотски и слон ему на ухо наступил, а так – вся округа бы по нему с ума сходила. Теперь, когда вторая половина перестала быть частью его жизни, Джеку оставалось полагаться на сомнительные комплименты Тео.

Джек втянул носом воздух, принюхиваясь. По всему жилищу распространился терпкий коричный аромат – чудесные ароматические свечи сделали свое дело: от напалмовой паэльи осталось лишь воспоминание. М-да, сгорела дотла. Кто же знал, что двести градусов в течение часа совсем не то же самое, что четыреста на тридцать минут? Да ладно, все равно получилось бы несъедобно. Джек поражался: ну как же так? Знаменитый шеф-повар, ведущий кулинарного шоу на телевидении, выпустил собственную книгу рецептов, бестселлер, и вдруг забыл упомянуть, что рис, прежде чем ставить в духовку, надо отварить.

– Джек, чувствуешь, чем-то пахнет?

Джек обернулся – в коридоре стояла Мия, облаченная в одну из его белых рубашек к смокингу, которая теперь наверняка станет любимым предметом его гардероба.

– Корицей, – промямлил Джек, пока к нему возвращался дар речи. «Корица. Ну вот, я снова могу говорить».

Пока он готовил, Мия прилегла вздремнуть, и в ее лице угадывалась сонливость. Мия подошла к нему, положила руки на плечо и с улыбкой спросила:

– Готовишь?

– Пытаюсь.

– А что именно?

– Паэлью хотел состряпать. Скончалась, бедняжка, не приходя в сознание.

– Что-что?

– Да так, ерунда. Давай устроим себе праздник. Приглашаю тебя в ресторан.

Мия нахмурилась:

– На ужин? Черт, а который час?

– Дело к шести.

– Боже мой! Я что, весь день проспала?

Джек ухмыльнулся как самодовольный девятнадцатилетний парень. Они встретили рассвет, пару часов вздремнули и с утра пораньше исполнили «на бис».

– Шесть-семь оргазмов – лучшее начало дня.

– Не льсти себе, миленький мой.

– Ну, тогда три или четыре.

– Сомневаюсь.

– Ну хотя бы приятное покалывание, которое бывает, когда приложишь сокровенное к стиральной машине? На полном отжиме.

Лицо Мии осветилось белозубой улыбкой, которая вскоре угасла.

– Я сегодня не смогу. Надо идти.

– Уходишь? Куда?

– Домой.

– Зачем?

– Да так, есть планы.

Он отступил на полшага и облокотился о кухонную стойку.

– Планы? Собираешься помыть голову или что-то другое?

– Я не на свидание, если ты об этом. Я же говорила: мне никто, кроме тебя, не нужен.

– Зачем же ты тогда уходишь?

– Надо с подругой встретиться. С Эмилией. Помнишь, я тебе про нее рассказывала. Она месяц как развелась – уже три недели обещаю с ней пообщаться. Вот, на сегодня договорились.

– А отменить никак нельзя?

– Перестань, Джек. Ты же сам в разводе. Знаешь, каково это.

Да, воспоминания были свежи.

– Хорошо, я понял. Ты права. Что ж, останусь дома, буду отковыривать паэлью.

– Я знала, что ты поймешь. – Мия взяла его за руку и поцеловала в уголок рта.

Он поцеловал ее в ответ, но тут же отстранился.

– Тебе пора. Не будем начинать то, что затянется надолго.

– Ну, полчасика в запасе у меня еще есть. За это время можно преподать тебе пару уроков.

– Разве? И чему конкретно ты меня собираешься учить?

– Многому.

– А именно?

– Ну, скажем, – начала она, – что общего между поцелуем и недвижимостью?

Джек задумался, хотя обстановка мало способствовала связному мышлению.

– Не знаю, сдаюсь.

Она прижалась к нему, легкими поцелуями осыпая губы, подбородок, шею.

– Место решает все.

– А-а, понял. То есть… гм… знаешь, это как-то…

– Джек. – Приподнявшись на цыпочки, Мия взглянула на него в упор.

– Да? Что?

– У нас всего двадцать девять минут, а еще многое предстоит сделать.

– Тружусь до седьмого пота, – проговорил Джек, провожая ее в спальню, – но кому-то надо этим заниматься.

Мия уехала в седьмом часу, а к восьми Джек уже направлялся в «Ритц-Карлтон». После отъезда Мии Джек неосмотрительно подошел к телефону – понадеялся, что она передумала и решила вернуться. К его немалому разочарованию, в трубке раздался голос Уильяма Бейли из адвокатской конторы «Бейли, Беннинг и Лангер». Один из партнеров отказался от участия в важном мероприятии по очередному сбору средств на благотворительность, и у фирмы образовалось лишнее приглашение. Уильям сразу вспомнил о Джеке.

– У меня, к сожалению, нет спутницы, – сказал тот.

– Приходи на коктейли. Можно по-холостяцки.

– Спасибо, только…

– Слушай, Джек. Один из приглашенных – генеральный директор крупной бухгалтерской фирмы – кстати говоря, седьмой по величине во всей Америке. По слухам, он ввязался в громкую биржевую аферу, и, между нами, его в скором времени выведут на чистую воду. Я больше чем уверен, что ему понадобится хороший адвокат.

Джек задумался. Уильям как-то обмолвился, что если Джек окажет ему любезность и возьмется отстаивать статую Давида, то в будущем последуют дела покрупнее. Мысленно он уже слышал упреки Тео, обвиняющего его в «продажничестве». Впрочем, голос домовладельца, которому Джек задолжал за прошлый месяц, оказался громче.

– Хорошо. Я приду на вечеринку.

От его дома на Ки-Бискейн до «Ритца» на Коконат-гроув было минут двадцать езды – достаточно, чтобы передумать. Джеку не доводилось работать на крупную контору, если не считать летней практики в студенческие времена. Впрочем, он имел понятие о том, как распределяются приглашения на пижонские мероприятия, подобные предстоящему банкету. Директор по маркетингу преподносил дело так, словно речь шла о вожделенных билетах на чемпионат по бейсболу. Впрочем, от участия в мероприятии уклонялись всеми доступными средствами до тех пор, пока сам генеральный не принимался рассылать персоналу и-мейлы угрожающего характера: «В конце-то концов! Как не стыдно?! Имейте в виду, что если сегодня же не наберется двенадцать человек, чтобы занять наш стол, я вам клянусь, ежегодную вечеринку в честь основания фирмы мы проведем в том же хлеву, куда ходим на праздники. И я не шучу!»