Айсберг - Александр Малов

Обращаясь к трупу в очередной раз, Олег не заметил как от уха перешел к загривку. Мужчина так сильно сжал его, что слегка приподнял тело собаки. Трупное окоченение придавало застывшей позе Айсберга даже немного комичную позу. Однако едва ли кто-нибудь со стороны, мог назвать все происходящее смешным.

Испугавшись самого себя, Олег убрал голову самоеда с колен и попытался встать на ноги. В этот самый момент, двери в помещения распахнулись и перед ветеринаром предстал его коллега. Это была довольно симпатичная шатенка небольшого роста с кудрявыми волосами и пронзительным взглядом. Большие карие глаза были ясными и блестящими. Дарья, ветеринарный офтальмолог, уже как полтора года работала в «Питомце» и, на сколько понимал Олег, была к нему неравнодушна.

– Ой, привет – с улыбкой произнесла Дарья, закрывая за собой дверь – а ты чего здесь делаешь?

– Проверял некоторые препараты – ровным тоном ответил ветеринар, не поведя и бровью.

Это оправдание было очень уместным. Как было сказано ранее, некоторые медикаментозные препараты действительно должны были храниться в холодильнике, строго при низких температурах.

Одновременно с этим Олег почувствовал разочарование. С приходом Дарьи ему снова нужно порыться у себя внутри, достать очередную «маску» и быть «счастливой частью» этого мира.

– Ты что-то хотела? – произнес Олег, вставая с колен.

В его голосе не было грубости или раздражения. Лишь привычная для всех его коллег холодная сдержанность.

– К тебе пришли на следующий прием. Собака с хромотой – все так же дружелюбно продолжала девушка, оперевшись о дверной косяк. – Жалко его.

Будучи в некотором смятении, Олег так и не понял сути последнего предложения.

– Айсберга – с улыбкой пояснила Дарья, указывая головой в сторону пса – хороший был пес. Ты отлично с ним поработал, хоть итог был сразу очевиден. Надеюсь его владельцы наконец-то решат, что с ним делать. А иначе он начнет разлагаться прямо тут и провоняет весь склад.

Олег знал, что иногда люди говорят о том, к чему можно относиться безо всякого внимания. В такие моменты не приходится давать прямого ответа на то или иное заявление. И это вызывало внутри ветеринара огромное облегчение. Однако часто этим пользоваться нельзя, иначе люди заподозрят тебя в отсутствии манер.

Поэтому Олег и натянул на свое лицо фирменную гримасу «понимания».

Медленно закивав головой и сжав губы, мужчина произнес:

– Да, я тоже на это надеюсь.

Уже собравшись покинуть помещение, Олег вновь услышал голос девушки:

– Эм, Олег…

Обернувшись и слегка приподняв одну бровь, ветеринар посмотрел прямо в глаза Дарьи. Фишку с бровями мужчина неоднократно видел в кино: так люди зачастую выражают свое удивление или заинтересованность. И этот трюк позволял «говорить» без лишних слов.

Девушка, неловко перебирая пальцами, с небольшим волнением в голосе произнесла:

– Я слышала, что главврач снова хочет поднять тему о твоем небольшом отпуске. Ну… после случая с твоей женой. Она считает, что это пойдет на пользу вам обоим. Да и ты очень редко берешь отпуск. Так что просто… будь готов, что тебя могут вызвать на разговор.

Случая с женой?… ах, да. Удивительно, что родные и близкие супругов вообще не были в курсе об их трагедии, а вот в рабочем коллективе эта новость успела затереться до дыр. Сначала об этом случайно узнали на работе Юлии. Хотя едва ли «случайно» было применимо к внезапному приступу истерики, в результате которой начальница Юлии вызвала девушке скорую прямо посреди рабочего дня. После кое-кто из коллег Юли обмолвился об этих пикантных новостях одному из врачей в клинике Олега и… вот результат. Да, после этого девушке была рекомендована консультация специалиста. Юлии нужен был хороший психолог для проговаривания своих чувств, а мужчине, как оказалось, – дохлая псина.

Но был и один весомый плюс: после инцидента с женой ветеринара коллеги стали куда меньше донимать его своими разговорами.

– Спасибо за информацию, Даша – произнес мужчина и, о боже, даже обнажил белоснежные ровные зубы в улыбке – Но мы справляемся.

– Да, конечно… – запнувшись, тут же закивала головой девушка – Просто если захочешь поговорить об этом, то тебя выслушает любой. И я тоже…

Последние слова Дарья буквально проглотила. Да, она бы очень хотела поговорить с Олегом о чем угодно! Это мужчина знал весьма хорошо. С самого начала он видел, как девушка к нему неровно дышит. Ветеринар не знал в чем именно причина. Может быть из-за его внешности, ведь собеседником мужчина был никудышным.

Олег был очень хорош собой. Он признавал это, как сухой факт и не более того. Высокий и широкоплечий, с крепкими руками и стальным торсом, голубоглазый блондин тридцати шести лет; мужчина имел внешность истинного арийца. Это было особенно заметно на контрасте с Юлией. Тоже еще один сухой факт.

И не более того.

Сделав небольшой кивок головы, Олег максимально дружелюбно произнес:

– Я обязательно дам тебе знать, если мне понадобится твоя поддержка. А теперь прошу меня простить, мне нужно на прием. Спасибо.

И не дожидаясь ответа, мужчина направился к выходу из склада, лишь на мгновенье обернувшись. Голова Айсберга продолжала неподвижно лежать на полу, выглядывая из мусорного пакета.

– Начало терапии положено, у меня есть свой слушающий психолог – прошептал Олег, удаляясь прочь – маленькими шажками. Маленькими шажками…

Глава 4

– Я решила, что завтра схожу на сеанс к психологу. Теперь уже точно.

Юлия и Олег ужинали за столом на кухне своей квартиры. Картофельное пюре с мясом были приготовлены… почти идеально. С тех пор как супругу мужчины подвергли сексуальному изнасилованию, почти месяц назад, за большинство бытовых и рутинных забот брался Олег. Однако работа не позволяла ветеринару находиться дома постоянно. Супруга наотрез отказалась, чтобы мужчина приносил такую «жертву». Да и самому Олегу, честно говоря, было гораздо спокойнее среди звериного дерьма и мочи, нежели дома.

Печальный факт, но это было именно так. Находясь с супругой в одном пространстве, Олег испытывал жуткий стресс. Что он должен сказать ей? Как себя вести? И можно ли в такой ситуации хоть как-то ей помочь? Все эти мысли вертелись в голове мужчины бешенным вихрем. Уже сразу после роковой трагедии, ветеринар отчего-то уверил себя в том, что это его вина и он в ответе за все что произошло. Это чувство душило и поедало мужчину изнутри… И для него