Лунная Дева - Вячеслав Корнич

— Вадик, а ты не хочешь спонсором у Танюшки поучаствовать, а? Она же книгу пишет, строчит по ночам девчонка, не высыпается… жалко её.

— Светка, я же тебя просила! — с укоризной взглянула на неё Татьяна.

— А что такого, все же свои, — отмахнулась от подруги Светлана и продолжила свою мысль:

— А напишет, её же надо как-то издавать, нужны какие-то связи, опять же деньги. Кто ей поможет с этим?

— Света!

— Что сглазить боишься?

— Да, боюсь! А тебе ничего доверить нельзя.

— Книгу? — удивлённо переспросил Вадим, уставившись на девушку. — Интересно, интересно… И какой же жанр, Танечка, — женский роман, детектив?

Татьяна обиженно отвернулась, но за неё ответила Светлана:

— Фантастику она пишет или мистику, ну, короче — то и другое.

— Мать, ты опять вляпалась со своей откровенностью, вечно лезешь, куда не просят! — не выдержал Валера. — Танюша, а ты не обижайся, сама же знаешь её язык.

— Язык, как язык. И чего набросились, не понимаю? — пожала плечами Светлана. — Я же, как лучше хотела. Написать это одно… А что дальше с этим делать? Танюшка у нас натура тонкая, творчески одарённая, но совершенно не пробивная. Ей нужен мужик, ну, как — ледокол, чтобы все её проблемы одним махом и по бортам, раз и всё! Волошина, а ты вспомни, как мучилась со своим книжным бизнесом, да и сейчас не лучше.

— Света, ты как купец свой товар нахваливаешь. Продешевить не боишься?

— Всё, всё, дамы — стоп! Мы же здесь не на базаре собрались, а отдыхать. Вот и давайте отдыхать. Поглядите, какая ночь, — вмешался Карсанов. — А насчёт вашей книги, Танечка… если честно — удивили, по-хорошему удивили. Я вот даже и не знаю, как бы к ней подступился, у меня и воображения-то не хватит и терпения, наверно, тоже. Да-а, удивили…

— Спасибо, — смягчилась Татьяна, — но в сюжет я посвящать не буду, и не просите, рано ещё.

— Правильно, Танюша, я сам не люблю незаконченные работы показывать, — поддержал девушку Полянский.

— Нет, нет, Танечка, вы не беспокойтесь, мы не настаиваем, — заверил её Карсанов. — Танечка, если не секрет — почему фантастика? Есть же и другие жанры.

— Честно сказать? — уже более миролюбиво произнесла девушка, останавливаясь у самой кромки воды.

— Правду и только правду! — с готовностью выпалил Вадим, подходя ближе к Татьяне.

Остальные члены компании последовали его примеру.

— Если правду… вы знаете, о нашей обычной жизни уже столько написано, столько переговорено, перемолото, что хочется иногда выглянуть из её узкого окошка, поглядеть в небо на звёзды и помечтать… наверно, дело в том самом воображении, которое желает чего-то большего, непознанного, таинственного, того, что не умещается в рамки обыденности…

— Волошина, ты нам зубы не заговаривай высокой материей, а лучше с обыденностью общепринятой разберись вначале, спустись на грешную землю, мужа найди нормального, детей ему нарожай и всё такое, — то ли в шутку, то ли всерьёз заявила Светлана.

— Вот именно… и всё такое, — тихо проронила Татьяна.

— И не цепляйся к словам, ты поняла, о чём я.

— Да всё правильно ты говоришь, Света, всё правильно… но ведь у каждого своя жизнь и время у каждого своё. Зачем его торопить?

— Танюша, а может, в нашем жизненном болотце не хватает обыкновенной любви? — неожиданно выдал Полянский.

— Валер, а разве любовь бывает обыкновенной?

— Ну да, да, Танюша, не так выразился.

— А я согласна с тобой, Валера, условностей всяких хватает, а того, что хочет душа — не совсем. Но это ведь больше от нас самих зависит. Так ведь?

— Ладно вам уже философствовать, заладили — то да потому, давайте о чём-нибудь другом! — послышались нервные нотки в голосе Светланы.

— А я вот больше детективы люблю, — вернулся к прежней теме Вадим, — правда, уже давно не брался, всё времени не хватает, то работа, то хозяйство. А фантастику как-то не очень.

— Напрасно, брат, напрасно… фантаст он ведь как провидец, видит то, что от других скрыто и, бывает, видит далеко вперёд. Ну, хотя бы взять того же Жуля Верна, ведь тоже считали его писанину бредятиной, а сколько всего сбылось. Это я тебе как художник говорю, — поддержал Волошину Валерий.

— Не буду спорить, художнику виднее, — ответил Карсанов и повернулся к Татьяне:

— Танечка, а вы не отказывайтесь от моей скромной помощи, я всегда готов, только ради Бога не стесняйтесь. А вдруг мы сообща создадим настоящий фантастический бестселлер, а?

— Прямо уж бестселлер, скажете тоже… но всё равно спасибо, Вадим, я подумаю.

— Ишь ты, она ещё подумает! — рассмеялась Светлана. — Нам хоть дашь ознакомиться, когда закончишь, а, будущая знаменитость?

— Ну-у… ежели хорошо попросите у будущей знаменитости.

Её последние слова потонули в дружном смехе. А Светлана обняла подругу и зашептала ей в самое ухо:

— Танюшка, ну не дуйся, я же люблю тебя и хочу как лучше. Ну, простила?

— Простила. Только не делай так больше. Хорошо?

— Всё, буду как рыба — любознательной и молчаливой.

Вдоволь нагулявшись, в хорошем расположении духа компания вернулась в беседку. Разошлись они уже поздней ночью. Чету Полянских Карсанов разместил в мансарде, а Татьяне отвёл комнату на втором этаже рядом со своей спальней. Положив на диван постельное бельё, он сжал руки девушки и дрогнувшим от волнения голосом попытался объясниться в чувствах:

— Танечка, вы такая необыкновенная, такая красивая, ваше лицо, ваш голос… вы мне так нравитесь…

Не отнимая рук, Татьяна поглядела ему в глаза:

— Спасибо, Вадим… и спасибо вам за этот прекрасный вечер, мне всё очень понравилось, но давайте оставим пока всё как есть… вам лучше уйти.

— Вы не подумайте, Танечка, у меня всё серьёзно к вам, очень серьёзно… не гоните меня, просто побудьте со мной, я не усну без вас, не смогу, — его глаза буквально умоляли её.

— Вадим, мы всё испортим, не торопите меня… и не обижайтесь, пожалуйста.

Она по-дружески поцеловала его в щёку и легонько подтолкнула к двери:

— Идите, покойной вам ночи.

— Да, конечно, Танечка, можем всё испортить, вы правы, конечно, — словно под гипнозом проговорил он, выходя в коридор, — спокойной ночи.

Татьяна закрыла за ним дверь и замерла, прислушиваясь к шагам в коридоре. Её удивило, что он так быстро сдался, на него это было не похоже. Вадим, действительно, ушёл не сразу, видимо, что-то обдумывал. Но потом шаги стихли, и она услышала, как захлопнулась соседняя дверь. Облегчённо вздохнув, Татьяна направилась в ванную. Она разделась и на минутку задержалась возле большого зеркала. Собрав на затылке русые волосы, скрывавшие её красивую шею, она провела ладонью по нежно-шелковистой коже лица и стала придирчиво рассматривать своё тело. Её взгляд остановился на упругой груди с маленькими розовыми сосками, потом медленно заскользил вниз к трогательной ямке в самом центре слегка выпуклого живота и вдоль женственных изгибов бёдер опустился по стройным ногам. Природа не поскупилась одарить Татьяну самым лучшим, что у неё имелось в наличии. По лицу девушки было видно, что она осталась довольна собой. Её женская красота раскрывалась прямо на глазах и уже не желала таиться. Подмигнув своему зеркальному отражению, Татьяна почему-то представила себя хозяйкой этого дома, и не удержалась от смешка…