Палач - Дэниел Коул

– Полтора месяца назад, на Хеллоуин, у двери моей квартиры оставили Тряпичную куклу размером в три фута. Какой-то педик в берете решил сшить вместе несколько конечностей убитых животных. Сейчас это «творение» стало очередным экспонатом галереи «Тейт Модерн», которым любуется рекордное число педиков, беретов, а заодно и педиков в беретах.

Руш засмеялся.

– Какие-то полоумные скоты даже сняли на эту тему телешоу. Тряпичные куклы в этой стране сейчас повсюду, и нам остается только одно – научиться с этим жить, – довела она до конца свою мысль.

Потом повернулась к Рушу, в этот момент высматривающему что-то в своем пакете с мармеладом.

– Он у вас что, не говорит? – спросила она Кертис.

– Предпочитает слушать, – горько ответила та таким тоном, будто проработала всего неделю с этим эксцентричным коллегой, но уже от него устала.

Эмили перевела взгляд обратно на Руша.

– Неужели они что-то поменяли? – наконец невнятно произнес он набитым пастилками ртом, когда понял, что все три женщины ждут, что он тоже, наконец, примет участие в беседе.

Бакстер с удивлением обнаружила, что агент ЦРУ говорит с безупречным британским акцентом.

– Кто? – спросила она, напрягая слух, чтобы определить, не имитирует ли он акцент, сбивая ее с толку.

– Производители мармелада, – ответил Руш, ковыряясь в зубах, – раньше у него был совсем другой вкус.

Кертис озадаченно и недовольно потерла лоб. Бакстер подняла руки, нетерпеливо посмотрела на Ваниту и резко бросила:

– Мне надо идти.

– У нас есть все основания полагать, что это не банальная имитация Тряпичной куклы, старший инспектор, – гнула свое Кертис, тыча пальцем в фотографии и пытаясь вернуть разговор в нужное русло.

– Вы совершенно правы, – ответила ей детектив, – об имитации здесь говорить не приходится, хотя бы потому, что нет сшитых фрагментов тел.

– Было совершено еще одно убийство! – резко бросила Кертис, но тут же перешла на привычный профессиональный тон. – Два дня назад. Место преступления оказалось… благоприятным в том смысле, что нам удалось предотвратить утечку сведений в средства массовой информации, по крайней мере пока. Но если оценивать ситуацию реально, то скрывать преступление… – Она посмотрела на Руша, ожидая от него поддержки, а когда так ее и не дождалась, продолжила: – …подобного рода от общественности нам удастся еще самое большее день.

– От общественности? – скептично спросила Бакстер.

– У нас к вам есть одна небольшая просьба, – сказала Кертис.

– И одна большая, – добавил Руш.

Теперь, прожевав и проглотив мармелад, он говорил еще лучше и красивее.

Бакстер хмуро глянула на него, то же самое сделала и Кертис, потом Ванита сердито посмотрела на Эмили, не дожидаясь, пока та запротестует. Руш для ровного счета окинул Ваниту недобрым взглядом, после чего Кертис повернулась к детективу и сказала:

– Нам хотелось бы допросить Летаниэла Масса.

– Так вот почему к этому делу подключились одновременно ФБР и ЦРУ – преступление подпадает под юрисдикцию США, но в его совершении подозревается англичанин. Делайте что хотите, но меня не трогайте, – ответила детектив, пожимая плечами.

– В вашем присутствии, конечно же.

– И думать забудьте. Я не вижу причин к нему ехать. Вопросы с карточки можете прочесть и сами. Я на вас вполне полагаюсь.

В ответ на эту саркастическую ремарку губы Руша расплылись в улыбке.

– Мы, естественно, будем рады помочь вам всеми доступными средствами. Я правильно говорю, старший инспектор? – произнесла Ванита, злобно сверкая глазами. – Взаимоотношения с ФБР и ЦРУ для нас чрезвычайно важны, поэтому…

– О господи! – выпалила Эмили. – Ну хорошо, я отведу вас к нему за ручку. А в чем заключается маленькая просьба?

Руш и Кертис переглянулись. Даже Ванита, и та неловко заерзала на стуле, ожидая, когда кто-то из них осмелится заговорить.

– Это и была маленькая… – тихо ответила Кертис.

Бакстер была на грани взрыва.

– Мы хотели бы, чтобы вы вместе с нами осмотрели место преступления, – продолжала агент ФБР.

– Вы имеете в виду фотографии? – сдавленным шепотом спросила Бакстер.

Руш выпятил нижнюю губу и покачал головой.

– Я уже согласовала с комиссаром вашу командировку в Нью-Йорк и сама заменю вас на время отсутствия, – проинформировала Ванита.

– Не надорветесь? – в раздражении спросила ее Эмили.

– Ничего… как-нибудь справлюсь, – ответила коммандер, с лица которой сползла профессиональная маска, что случалось с ней очень редко.

– Это просто смешно! Как, черт возьми, я могу помочь в расследовании дела, не имеющего ко мне никакого отношения, да еще на другом конце света?

– Никак не сможете, – искренне ответил Руш, совершенно обезоружив Бакстер, – чистой воды пустая трата времени… всех наших времен.

В разговор опять вступила Кертис:

– Мой коллега хотел сказать, что рядовые американцы отнесутся к этому делу совсем не так, как мы. Узнав, что в США совершаются преступления в духе британской Тряпичной куклы, они захотят понаблюдать за тем, как коп, поймавший здешнего маньяка, будет охотиться на тамошних монстров.

– Монстров? – спросила Бакстер.

Теперь уже Руш посмотрел на коллегу, явно сказавшую больше, чем предполагалось на этой стадии, и закатил глаза, но последовавшая за этим тишина красноречиво продемонстрировала детективу, что женщина опомнилась и удвоила бдительность.

– Значит, вы решили провести обычную пиар-акцию? – спросила Бакстер.

– А чем, по-вашему, старший инспектор, мы все в этой жизни занимаемся? – с улыбкой произнес Руш.