Старые кости - Дуглас Престон

13 мая

Нора села за стол перед рабочей палаткой. Все явились на обычное утреннее совещание. Оглядев собравшихся, Нора заметила у них на лицах оживление, будто они ждали чего-то особенного. С утра Нора звонила Скипу по спутниковому телефону, и этот разговор выбил ее из колеи. Скип сказал, что Фьюджит до сих пор злится из-за кражи. Вдобавок Митти скучает по хозяйке: почти весь день провел у окна, дожидаясь ее возвращения.

– Пока не найдем Пила и не вернем артефакты, нет смысла восстанавливать пострадавшие участки, – начала Нора, стараясь выкинуть мрачные мысли из головы. – Поэтому сегодня мы займемся организованными поисками золота. Если оно действительно здесь, то чем скорее мы его найдем, тем лучше. Соблазнов будет меньше.

Салазар и Адельски сразу повеселели. Нора торопливо пояснила:

– Точнее, искать будем я и Клайв. Джейсон, Брюс, работы в задней части кучи костей почти закончены, поэтому можете раскапывать последние четыре квадрата, которые вы изучали. Если повезет, обнаружим хижину и очаг.

– А ведь четыре человека клад найдут быстрее, чем два, – возразил Адельски.

– Может быть, – признала Нора. – Но раскопки в любом случае должны продолжаться. Центральная часть Потерянного лагеря представляет собой намного бо́льшую археологическую ценность, чем сундук с золотом.

Салазар закатил глаза:

– Зато клад искать интереснее.

– Я вас услышала. Все с вами понятно. Если найдем клад, оба получите возможность поработать на месте его обнаружения. Откровенно говоря, главная цель сегодняшнего собрания – всем вместе обсудить, где Рейнгардт и Шпитцер могли спрятать золото. У меня есть кое-какие соображения. Хочу поделиться с вами.

– Конечно, – кивнул Салазар. – Я и сам на эту тему думал. Подсчитал: каждая монета – это примерно пол-унции, а значит, тысяча десятидолларовых «золотых орлов» весит около тридцати одного фунта. Прибавьте вес сейфа или сундука. А значит, весь клад вместе с тарой – это как минимум пятьдесят фунтов.

Нора удивилась – и когда только Джейсон успел настолько глубоко вникнуть в проблему? Впрочем, она и сама производила подобные подсчеты.

– Молодец. Отличная работа. Значит, двое голодающих людей не унесли бы такой тяжелый сундук далеко, тем более по глубокому снегу.

– А может, они сделали из досок что-то вроде санок и тащили на них сундук? – предположил Адельски.

– Интересная мысль, – заметила Нора.

– И вот еще что, – вставил Салазар. – В промерзшую землю ничего не закопаешь, а зарывать клад в снег глупо: весной все растает.

– Полностью согласна, – кивнула Нора.

Клайв рассмеялся:

– Похоже, вы двое размышляли над этой темой не меньше, чем мы, или даже больше.

– На деревьях они бы сундук прятать не стали: вдруг упадет или его заметят? – продолжила рассуждать Нора. – Остаются только скалы.

– К сожалению, углублений и расщелин, куда влезет сундук, там великое множество, – произнес Адельски. – Вдобавок Рейнгардт и Шпитцер наверняка завалили тайник камнями, чтобы никто его не заметил.

– Полагаю, круг поисков можно сузить, – произнес Клайв.

– Каким образом?

– Определить, какова была глубина снежного покрова, когда прятали сундук.

– Точно! – Сразу оживившийся Адельски подался вперед. – Если высота покрова была примерно футов двадцать, сундук прятали на уровне двадцати – двадцати пяти футов.

– Именно.

Повисла пауза.

– Но как определить, сколько в долине было снега? – спросил Адельски.

Нора улыбнулась:

– Проще простого.

– Неужели?

– Проследим события с самого начала. Переселенцы вошли в эту долину во второй половине дня, во время метели. За ночь выпало два фута снега. Это была первая снежная буря сезона. Потом метели налетали одна за другой. Таким образом, к февралю снежный покров достиг максимальной высоты примерно в двадцать шесть футов. Нужно только узнать, когда конкретно спрятали сундук, и сразу станет ясно, на какой высоте его искать.

– И как же мы это узнаем? – спросил Адельски.

– Цитируя Клайва, обратимся к первоисточникам.

Нора выжидательно обернулась к историку.

– В своем журнале Тэмзен Доннер записывала высоту снежного покрова в конкретные даты, – произнес Клайв. – А сбежавший из Потерянного лагеря Бордмен много рассказывал о том, что там происходило. Но давайте восстановим ход событий: завладев золотом, двое убийц спрятали его в своем фургоне – где же еще? Остальные их в общую хижину не пустили. Пришлось Рейнгардту и Шпитцеру обосноваться на расстоянии пятидесяти ярдов от лагеря. Пятнадцатого ноября они сломали свой фургон и выстроили из досок хижину. Сундука на месте хижины нет, а значит, его спрятали перед тем, как ломать фургон, – видимо, незадолго перед пятнадцатым ноября. Все согласны?