Пятый всадник - Максин Паэтро

Ночь, проведенная на ногах в госпитале, так меня вымотала, что и поверить трудно. А тут еще перепалка с Синди… Скомкав газету, я швырнула ее в корзину, сильно подозревая, что завтрашний утренний выпуск в красках расскажет, как там убивают людей и как в ПДСФ сидят и даже не чешутся.

Все, надо кончать с неформальным подходом. Пришла пора дать «делу о латунных пуговицах» официальный статус, не то общественность раскопает такую яму под Дворцом правосудия, что…

Я взяла трубку и набрала номер шефа.

— Тони? Надо кое-что обсудить. Очень срочно. И не здесь.

Кафешка «Цветочный базар» на углу Шестой и Бреннан-стрит стоит неподалеку от южного въезда на 280-е шоссе, буквально в нескольких кварталах от нашего Дворца. В любой иной день я бы сумела по достоинству оценить непринужденную атмосферу заведения, интересную напольную мозаику, темную деревянную обшивку стен и окна с видом на цветочные лотки и магазинчики чуть дальше по улице.

Но не сегодня.

Мы с Траччио присели за небольшой круглый столик и заказали себе по сандвичу.

— Валяйте, Боксер, выкладывайте, — кивнул шеф.

И я выложила. С большим, кстати говоря, облегчением. Выложила все: и про маму Юки, и про «пуговичные» глаза тридцати трех мертвецов, и про слухи в больничных кулуарах, и про статистику, и про судебный процесс…

Не позабыла я и профессиональную карьеру Гарзы, оставившего после себя подозрительный душок в целом ряде медучреждений. Напоследок я пересказала телефонное донесение Джейкоби насчет слежки за доктором, а также доложила результаты неофициального опроса персонала по следам гибели пациента.

— Труп так и лежал бы себе в отделении интенсивной терапии вплоть до перевозки в городской морг, но кто-то положил ему латунные пуговицы на веки.

— Гм… — отозвался шеф.

— Гарза покинул больницу в шесть вечера. Смерть Руффио наступила в самом начале девятого, — далее сказала я, — хотя с уверенностью отрицать причастность Гарзы я не могу.

— Да, но если его не было на месте, где тут связь?

— Ну, положим, Гарза обладает доступом к любой палате. Может, он дал пациенту сверхдозу непосредственно перед тем, как уйти домой, а препарату потребовалось несколько часов, чтобы сработать?.. А еще у него мог быть сообщник… Или он вообще здесь ни при чем… Но, черт возьми, Гарза успешно разыгрывает из себя монстра мирового масштаба! И думаю, что не без оснований. Так что нам как минимум надо держаться впереди прессы. Между прочим, «Кроникл» нынешним утром дала о нем статью на третьей полосе.

Шеф отодвинул тарелки, заказал по второй чашке кофе.

— Юки писала заявление в прокуратуру?

— Писала, хотя вскрытие установило лишь признаки избыточной дозы медпрепарата. Прямых улик убийства нет.

По правде сказать, аналогичный отчет я ожидаю увидеть и по Руффио.

— Другими словами, у вас в руках мешок с болтами и гайками, из которых ничего не получается собрать?

— От этого мешка сильно воняет, Тони. Подозрительно воняет. И чем дальше, тем хуже.

— Допустим. Что намерены предпринять? Благодаря закрытому делу по Девушкам-из-автомобилей мои акции никогда не были так высоки, как нынче. Вот и отлично.

— Для начала надо нафаршировать муниципальный госпиталь копами, — решительно заявила я. — Взять людей из наркоконтроля, они умеют работать под прикрытием. Бригаду — а то и две! — я посажу Гарзе на хвост, в круглосуточном режиме. Необходимо внедрить своего человека и в аптеку.

Траччио закатил глаза и вместо ответа залпом проглотил остатки кофе, явно раздумывая, откуда взять людей и бюджет под мой «мешок пахучих подозрений».

— Надолго?

— Честно? Понятия не имею.

Траччио знаком показал официантке, что хочет видеть счет, затем повернулся ко мне: