Абсорбент. Маньяк, который меня любил - Оксана Заугольная

Наверное, она сказала бы что-то еще, но Игорь аккуратно оттеснил ее плечом в прихожую.

— Кира Михайловна! Вы у нас главный свидетель, так что мы вам пришлем человека серьезного и понимающего, — произнес он, надеясь, что Даша не подведет. — А вы пока передохните, выпейте воды. Такое потрясение пережить!

— Это точно! — Кира Михайловна разом снизила градус эмоций и раздулась от гордости. Но Игорь видел, что она все равно очень взволнована. Из-за Анны или из-за чего-то другого? Может, боится закончить так же, падением из окна? — Я же этого убийцу видела!

Игорю стоило огромных усилий ничем не выдать своего удивления, он старательно изобразил лишь вежливый интерес. А Киру Михайловну распирало.

— Я ведь услышала, как Анечка дверным замком щелкнула и засов убрала, — заторопилась она, словно боясь, что ее остановят. Снова Игорь угадал. Начни он расспрашивать, и потянулись бы воспоминания, набивание цены. Сейчас же Кира Михайловна торопилась рассказать самое главное знакомому человеку. Тому, кто тоже знал Анну. — Решила, что она собралась со своим этим гулять, глянула в глазок…

На мгновение Кира Михайловна запнулась, на скулах проступили едва заметные красные пятна. Игорь понял, что она прекрасно знает, как относятся к ее подглядываниям соседи.

— А никто не вышел! — Кире Михайловне удалось с собой справиться. — Я подождала, отвлеклась, потом слышу, дверь открылась. Выглянула — и вижу синюю куртку, не видела раньше у нас тут никого такого. К Анне вообще редко кто ходит… ходил. Хорошая девушка была, спокойная. Плакала только часто, но как тут не плакать, когда мужчина никак предложение не делает.

Она вздохнула и пригорюнилась, устремив взгляд вдаль. Игорь смотрел на нее и думал, что Кира Михайловна, похоже, ровесница его мачехи. Выглядит подтянутой и кажется даже моложе, пока вот так не задумывается о чем-то. И сразу годы скользят на лицо.

— А потом кто-то в квартире как закричит! — снова ожила Кира Михайловна. — Я к глазку, дверь уж побоялась открывать. А этот вышел и в лифт. Лица я не разглядела. Дверь он оставил нараспашку. Я все ждала, что Анечка выйдет и дверь закроет, но никого не было. Я накинула пальто и тапки, в коридоре ведь холодно, и пошла посмотреть.

Сейчас лицо ее раскраснелось, глаза блестели, грудь вздымалась, словно Кира Михайловна заново переживала момент своего героического выхода.

— Смотрю, а в квартире нет никого, я не трогала ничего, не дура какая, вы не подумайте, Игорь Валерьевич, — продолжила она. — Вижу, окно настежь. Я к нему и вниз выглядываю. А там Анечка и этот… в синей куртке. Поднял голову и глянул на меня…

— Вы его рассмотрели? — не удержался все-таки Игорь, раздосадованный количеством пауз в рассказе Киры Михайловны.

— Нет. — Та покачала головой. — Девятый этаж, зрение у меня не очень, а очки я не взяла. Только вот боюсь, что он меня разглядел!

Она схватила Игоря за руку.

— Вы меня увезете куда-нибудь по программе защиты свидетелей? — громко прошептала она.

Игорь мысленно выругался. Все-таки эти женщины смотрят слишком много детективов.

— Вы все узнаете от того, кто вас будет допрашивать, — вывернулся он, осторожно высвобождая руку. В квартиру заглянула Даша, знаками показывая, что пора идти. — Вы очень ценный свидетель, Кира Михайловна, ждите здесь, к вам подойдут.

— Скоро приедет, — шепнула Даша. — Я договорилась.

И они наконец вошли в Анину квартиру. Сквозь горечь — не спасли, не успели! — Игорь чувствовал легкое удовлетворение: насколько проще работать там, где ты все видел до совершения преступления! Что могли увидеть здесь криминалисты угрозыска? Чистая квартира, прямо идеально вычищенная, никаких признаков ограбления или насилия.

Платье и туфли для выхода.

— Один из последних звонков с ее телефона ее парню, он сказал, что они собирались встретиться и поехать в ресторан. Там подтвердили бронь столика через пять минут после того звонка, — отрапортовала Даша, поймав его взгляд.

— Умирать она не собиралась, — пробормотал Игорь, подходя к полке.

— Не собиралась, — вздохнула Даша, у которой в глазах снова стояли слезы. Игорь и сам разревелся бы от злости, как мальчишка, но Даша как будто отдувалась за двоих.

Полка была пустой. Балерины, множество балерин. Их не было. Ни одной.

— Что в мусорном ведре, Даша? — спросил Игорь и провел пальцем по полке. Идеально чистая. Ни одной соринки. На девятом этаже воздух почище, конечно, но город у них промышленный, и пыль накапливалась быстро. Если она прибиралась хотя бы вчера, пыль могла уже снова осесть.

— Абсолютно пустое мусорное ведро, — крикнула Даша из кухни. — Свежий мусорный пакет!

Игорю было стыдно. Девочка так старалась и была по-настоящему полезна, но на то он и следователь, чтобы удерживать в голове сразу несколько дел. И дело самой Даши вовсе не было среди них последним.

— Мусор вывозят в восемь утра, — произнес он. — Если она сделала это сегодня, возможно, это спровоцировало убийцу. Даша, содержимое мусорки. Ты знаешь, что искать.

И он на всякий случай ткнул пальцем на пустую полку. Даша кивнула. Даже в лице не изменилась, но почему-то Игорю от этого стало только тоскливее.

Дождавшись, когда Даша уйдет, он снова прошелся по квартире. Анна подготовила нарядное платье и сама открыла двери своему убийце. Она же могла просто не открывать дверь, запереться и позвонить в полицию. Почему она так не сделала? Она собиралась умереть? Или нет? Игорь никак не мог разгадать это. Ждала кого-то и открыла знакомому? Но она могла ждать только своего парня, с которым собиралась пойти поужинать.

Неужели все-таки он, и подозрительная Кира Михайловна оказалась права? Но как он может быть связан с Николаем? Будь это просто убийство, Игорь бы первый согласился с тем, что главный подозреваемый уже есть. Но резать мертвое тело лишь ради того, чтобы довести задуманное до конца — это признак психопатии. Не верилось, что параноидально подозрительная Анна не заметила бы, что с ее парнем что-то не так.

Игорь мысленно признал, что могла и не заметить. Но зачем ему так рисковать! Его же могли видеть камеры… Он подскочил, вспомнив про камеру в домофоне, и сел. Точно, Иванов при нем оформлял запрос на записи с камер за всю неделю. На всякий случай. Там и посмотрят.

Что до Анны, было ясно только одно — даже если спрыгнула она сама, сделала она это не по