Двадцать третий пассажир - Себастьян Фитцек

Мартин бросил на нее недоверчивый взгляд.

– Медвежонок был не единственным предметом, который Анук выбросила в мусорное ведро.

Он пожал плечами.

– О’кей, прекрасно. Итак, у нее был с собой еще фонарик, когда ее нашли?

Кроме медвежонка.

Герлинда кивнула.

– Вы не такой уж несообразительный, каким все время прикидываетесь.

– Напротив, я все еще ничего не понимаю. О чем это говорит?

– О том, что наконец появилось первое доказательство моей теории «Бермудской палубы».

Мартин вспомнил, что уже встречал это понятие на доске, висевшей на одной из стен в кабинете Герлинды Добковиц, и оно было подчеркнуто двумя жирными чертами.

– Что это за «Бермудская палуба», черт ее подери? – спросил он и тотчас осознал, что совершил грубую ошибку, так как тем самым предоставил чокнутой бабуле желанный повод подробно поговорить об этом, которым она не преминула воспользоваться.

– Сейчас я вам расскажу. Но сначала встречный вопрос: почему девочку прячут?

– Арест судна стоит миллионы, – сказал Мартин и показал на дверь. – Пожалуйста, госпожа Добковиц…

– И подвергает опасности сделку с чилийским инвестором, верно? Но ведь рано или поздно ФБР все равно появится на борту.

– Не появится, если девочка снова исчезнет.

– О да, так оно и будет. Конечно, она снова исчезнет. Но только после того, как официальным инстанциям удастся преподнести заведомо ложную теорию.

– Что-то похожее я уже слышал от капитана, – пробормотал себе под нос Мартин, но, к сожалению, недостаточно тихо, чтобы Герлинда этого не услышала.

– Бонхёффер? – взволнованно прокаркала Герлинда. – Не верьте ни одному его слову, он слишком глубоко увяз во всем этом. Я скажу вам, что думаю по этому поводу: никто не собирается убивать малышку. Бедное дитя должно как можно быстрее исчезнуть туда, откуда появилось, а именно таким способом, который не приведет к тщательному обыску всей посудины.

– И как же это должно произойти? – спросил Мартин, которому теперь уже стало любопытно.

– Предъявив полиции лжеубийцу и ложное убежище, чтобы отвлечь внимание от настоящего убийцы и настоящего тайника.

– Зачем пароходной компании такие сложности?

Мартин стянул с ног свои мокрые сапоги, надеясь, что тем самым дал ясно понять Герлинде: пора уходить. Если это не поможет, ему придется собственноручно вытолкать надоедливую старушенцию из каюты.

– Так как основной целью «Султана» является не перевозка пассажиров, а то, что происходит на «Бермудской палубе». Вот. – Она вытащила из-под своей тощей задницы прозрачную папку с целой стопкой листов бумаги для пишущей машинки. – Именно это и является темой моей книги, над которой я уже несколько лет работаю вместе с Грегором. – Она облизала большой палец правой руки и, полистав стопку, вытащила одну страницу, которую протянула Мартину. – Прочтите последний абзац.

Как был, босиком и в расстегнутой рубашке, он взял страницу из ее рук. Мартин уже смирился со своим положением, так как понял, что любое сопротивление отнимет у него еще больше времени. Итак, он прочел громко вслух:

– «Герлинда, как всегда, была поражена размером его детородного органа, который гордо возвышался перед ней, но сейчас было не время предаваться наслаждению, которое обещал ей его… – Ничего не понимая, Мартин оторвался от чтения и посмотрел на нее. Герлинда сделала нетерпеливый знак рукой, чтобы он продолжил чтение: – …благородный скипетр. Нет, прежде чем она не убедится в том, что человек, подаривший ей самые незабываемые оргазмы за все семьдесят три года ее жизни, проживал не в каюте номер 8056, а в действительности работал на промежуточной палубе, которая не была указана ни на одном из строительных планов и на которой регулярно исчезали пассажиры, почему она и называлась…»

– «Бермудской палубой», – преувеличенно замогильным голосом дополнила Герлинда предложение. – Это мой роман, включающий в себя автобиографические моменты. Правда, я сделала главное действующее лицо несколько моложе.

Но, судя по всему, не менее прожженной бестией.

– Итак, задавайте же мне вопрос.

– Какой?

– Что происходит на этой палубе.

– Честно говоря, я только хотел…

– Нелегальная перевозка людей через границу, – сама дала ответ Герлинда на незаданный вопрос. – Я пока не уверена, исчезают ли пассажиры против их воли, или, возможно, они даже платят за это.

– Платят?

Мартин громко рассмеялся и пошел в ванную, когда понял, что она не собирается выполнить его просьбу и вместе с Шахлой покинуть каюту.

– Только не делайте большие глаза, – услышал он ее голос сквозь закрытую дверь ванной. – Преступники, нарушители налогового законодательства, беженцы. В мире существует достаточно богатых людей, желающих за деньги купить себе новую жизнь. И вы, как агент, работавший под прикрытием, знаете это как никто другой. И нигде в мире нельзя так просто раствориться в воздухе, как на такой посудине.

– У вас все? – спросил Мартин, успевший за это время полностью раздеться и насухо вытереться.

По всей видимости, нет, так как она продолжала говорить сквозь дверь:

– Клиенты платят за это один-два миллиончика. Официально их исчезновение объявляется самоубийством, вот почему столько случаев, когда говоришь себе: «Добровольный уход из жизни? Это никак не вяжется с ним». И скептики правы, так как неофициально эти мнимые жертвы скрываются…

– …На «Бермудской палубе»?

– Это вполне возможно. Но может быть, это государственная программа по защите главных свидетелей обвинения? В таком случае там должна находиться и операционная с пластическим хирургом, который заботится о новой внешности таких пассажиров.

Мартин покачал головой и накинул на плечи купальный халат.

– И как же согласуется ваша теория с исчезновением Анук?

– Очень просто. Ее мать заставила малютку принять участие в такой программе, однако бедная девчушка не захотела жить новой жизнью. Но видимо, на этой «Бермудской палубе» события приняли такой драматический оборот, что она сбежала. Такова правда, и она настолько взрывоопасна, что преступники пытают даже свидетелей, чтобы выяснить, что именно видела бедная горничная.

Мартин вышел из ванной.

– О’кей, фрау Добковиц. На сегодня этого достаточно.

Он увидел, что Шахла хотела направиться к выходу, однако Герлинда преградила ей путь своей инвалидной коляской.

– Теперь последний вопрос, герр Шварц, и мы исчезаем: вы искали когда-нибудь в Интернете схемы нижних палуб круизного лайнера?

– Нет.

– И не ищите. Вы их там не найдете. Все, что ниже третьей палубы, секретно. Там нет никаких чертежей, доступных широкой общественности.