Повестка - Джон Гришэм

– Служба безопасности наблюдает за каждым игроком. Мы неспускаем глаз с тех, кто сорвал большой куш, с профессионалов, любителейподсчитывать и загибать карты, с шулеров. Взгляните, вот блэкджек. Наши парниспособны уследить за руками любого из десяти игроков и определить, когда кто-тоиз них начинает подсчитывать карты. Мужчина в сером жилете изучает лица,выискивает серьезных игроков. Они курсируют из одного казино в другое, от нас –в Лас-Вегас, а через неделю объявляются где-нибудь на Багамах. Стоит кому-топередернуть, и серый жилет мгновенно это заметит.– Пикколо говорил безостановки, Баркер молча смотрел на профессора Этли так, будто видел в немпотенциальную угрозу своему заведению.

– Какова разрешающая способность объективов?– спросил Рэй.

– Она достаточно высока для того, чтобы рассмотреть наэкране серийный номер банкноты. Месяц назад отсюда выдворили одного ловкача:узнали его по перстню на безымянном пальце.

– Могу я туда войти?

– К сожалению, нет.

– Тогда давайте посмотрим на кости.

– Кости требуют особого внимания. Скорость игры выше, да иправила посложнее.

– Обман в костях возможен?

– Вряд ли, я такого не припомню. То же самое с покером ирулеткой. Ни мошенники, ни шулеры опасности для системы не представляют. Наскуда больше беспокоит жульничество нашего собственного персонала. Бывают иошибки…

– Например?

– Вчера вечером один из игроков в блэкджек выиграл сорокдолларов, но девушка-крупье по рассеянности недодала ему две фишки. Игрокзапротестовал и пригласил к столу распорядителя. Парни из службы наблюдения всевидели, поэтому ситуация была исправлена.

– Как?

– Мы направили вниз охранника, тот вручил мужчине еговыигрыш, принес извинения и предложил ему ужин в ресторане за счет казино.

– А крупье?

– До вчерашнего дня эта сотрудница не имела ни одногопрокола. Второй раз предупреждать ее не будут.

– Значит, все происходящее в залах фиксируется на пленку?

– Безусловно. Каждая карта, каждый бросок костей, каждыйавтомат. Там установлено двести десять камер.

Рэй прошелся вдоль стеклянной стены. По его прикидкамвыходило, что игроков в казино меньше, чем наблюдателей.

– Неужели при всем этом великолепии крупье находят способыобмануть клиента?

– Находят,– Пикколо обменялся взглядом с Баркером,– несомневайтесь. Мы ловим за руку примерно одного в месяц.

– А для чего контролировать автоматы?

– Повторяю, здесь мы контролируем все. К тому же иногдабывает, что джекпот сорвет какой-нибудь малолетка. За деньгами к кассе идет,естественно, кто-то из взрослых. В таких случаях казино обычно отказываетсяплатить, клиент обращается в суд, но мы выигрываем иски, потому что представляемдокументальные свидетельства произошедшего,– объяснил Пикколо.– Не желаетеосвежиться?

– С удовольствием.

– Тогда пройдем в другое помещение, обзор оттуда еще лучше.

Они поднялись на еще один лестничный пролет и оказались вкрохотной комнатке, балконом нависавшей над игровым залом. Возникшая неизвестнооткуда официантка приняла заказ. Рэй попросил принести ему капуччино, радушныехозяева ограничились минеральной водой.

– Что является наибольшей проблемой для охраны?– Рэй вытащилиз кармана заранее подготовленный список вопросов.

– Любители подсчитывать карты и нечистые на руку крупье.Пластмассовую фишку легко спрятать под ремешок часов или опустить в карман.Пятьдесят долларов в день составят около тысячи в месяц, причем без налогов.

– Часто ли попадаются клиенты, которые считают карты?

– Практически каждый день. Казино открыты в сорока штатах,посетителей все больше и больше. На сомнительную личность мы заводим досье, икогда такого человека видят в зале, к нему подходят и вежливо просят удалиться.Пока еще никто не пытался протестовать.

– Каков здесь был максимальный выигрыш?

Переглянувшись с Баркером, Пикколо уточнил:

– За вычетом игровых автоматов, так?

– Да.

– Всего пару месяцев назад один джентльмен выиграл в костисто восемьдесят тысяч.

– Сто восемьдесят тысяч долларов?

– Совершенно верно.

– А самый большой проигрыш?

Баркер принял от официантки бокал с водой, почесалуказательным пальцем подбородок.

– Тот же джентльмен тремя днями позже спустил за тем жестолом двести тысяч.

– Есть ли у вас постоянные победители?

– Боюсь, не совсем понял ваш вопрос,– отозвался Пикколо.

– Ну, скажем, человек приходит два-три раза в неделю, играетв карты или в кости, выигрывает в среднем больше, чем проигрывает, и черезнекоторое время становится обладателем приличного состояния. Часто такоепроисходит?

– Крайне редко. В противном случае мы бы давно разорились.

– Немыслимо редко,– добавил Баркер.– Бывает, конечно, игрокувезет – неделю, а то и другую. Мы не сводим с него глаз, все в полном порядке,он не жульничает. Но рано или поздно он зарвется, совершит ошибку, и казинокомпенсирует свои потери.

– Восемьдесят процентов посетителей уходят из зала ни счем,– подтвердил Пикколо.

Рэй помешал ложечкой кофе, сверился с вопросником.

– Еще одна ситуация: клиент, которого вы видите впервые вжизни, выкладывает на стол тысячу долларов и просит десяток стодолларовыхфишек. Ваши действия?

Улыбнувшись, Баркер хрустнул своими толстыми пальцами.

– Разумеется, наши люди настораживаются, берут его подплотный контроль. Распорядитель может спросить, не хочет ли он стать почетнымгостем заведения, и в случае утвердительного ответа мы узнаем его имя. Есликлиент предпочитает сохранять инкогнито, ему предлагают бесплатный ужин, ставяту его стола персонального официанта. Отказывается пить – значит, намерения унего самые серьезные.

– Профессионалы никогда не пьют за игрой,– сказал Пикколо.–Они заказывают коктейль, но даже не подносят бокал к губам.

– Что дает карточка почетного гостя?