Охота на Сталина - Вячеслав Хватов

Где-то далеко, на Белорусском вокзале свиснул паровоз, мимо промчался пацаненок на деревянном самокате, в сквере два старика, наверное заставшие еще отмену крепостного права, играли в шахматы, расположившись на скамейке возле огромного цветника. Жизнь возвращалась в привычное русло, наполняясь красками, запахами и звуками, которые орловский перестал замечать, попав в водоворот пространства и времени.

— Пространством-временем мы называем четырехмерный континиум, который создает общность событий, — профессор Вершинин сложил руки за спиной в замок и обошел инкрустированный перламутром письменный стол, остановился и, положив руку на черное бюро, посмотрел в окно.

— Евгений Федорович, а нельзя ли как-нибудь… ну более доступно что ли, — Рутковский виновато посмотрел на профессора.

— Ах да, извините. Вошел в роль, так сказать. Так вот. О трехмерном пространстве вы знаете. Четвертым же является линейка времени, делениями на которой служат события. Линейка прямая, но существует теория, в которой вектор времени закручивается в некую спираль, а то значит, что точки-события одного витка этой спирали находится гораздо ближе к такой же точке-событию другого витка, чем скажем точки-событий одного витка. Понятно?

Александр и Виктор дружно закивали головами.

— Алекс Фридман называет эту спираль «лентой времени». Причем лентой как бы «кипящей», состоящей из неделимых элементарных ячеек. Ячейки эти квантовом пространстве-времени элементарные ячейки непрерывно флуктуируют — появляются и исчезают. При исчезновении ячейки образуется вакантное место — дырка, не обладающая свойством ячеек пространства-времени. Немедленно после появления, дырка начинает захлопываться, заполняться окружающими частицами или ячейками, но поскольку скорость их движения ограничена скоростью света, то дырка захлопывается не мгновенно, а спустя малое, но отличное от нуля время, которое можно назвать временем жизни дырки.

Орловский наморщил лоб, пытаясь представить себе эту кипящую ленту.

— А теперь отвлечемся немного от скучной науки и вспомним книжку английского писателя-фантаста Герберта Уэллса. Все читали?

На этот раз Рутковский утвердительно кивнул головой, в то время как Орловский лишь покачал ею.

— Ну не важно. Так вот в его книжке «Машина времени» один ученый эту самую машину создал. Так вот, пока это нереально. Для запуска человека в прошлое или будущее нужна огромная энергия, чтобы разогнать агрегат и успеть юркнуть в эту самую «дырку». Я уже не говорю, что надо попасть в заданные координаты, а для этого необходимы титанические расчеты. Мда.

— Значит самому мне в будущее сейчас попасть никак нельзя, профессор? А как же тогда я…

— как вы перемещаетесь туда и обратно, хотите спросить, юноша? — Вершинин поправил пенсне и уселся за стол. — Есть у меня одно предположение. Если отвлечься от строгих научных догм, то можно сказать, что самого понятия времени не существует. Да-да. Понятие времени, как цепи событий придумали мы сами. Время — это измерение, а не материя. Измерение нашей жизни как линейка. Помните, я говорил о линейке? Здесь нет ни лево, ни право. Не существует прошлого и будущего, это просто логические связи созданные нашим воображением. Есть материя, которая все время меняется, и изменения эти не имеют вектора, так как изменяются во все возможные направления. Одни частицы распадаются, другие создаются. Ученые, говоря о невозможности путешествия в прошлое, как главный пример приводят так называемую причинно-следственную связь. То есть если вы, попав в прошлое, убили свою бабушку, то в настоящем времени вас уже не должно быть, так как тогда не родится ваш папа.

— Послушайте, профессор, — Виктор от возмущения даже встал, — зачем это я буду убивать свою бабушку? Ради эксперимента? Я понимаю, что вы ради своих опытов издеваетесь над мышами там и собаками, но бабушку…

— Подождите, молодой человек, не кипятитесь. — Профессор взял со стола графин, налил воды в стакан и, осушив его залпом, выдохнул, будто махнул стопку водки.

— Рутковский в это время давился от смеха в углу на кожаном диване, на котором сидел все это время.

— Не сердитесь. Никто не предлагает убивать вашу бабушку. Это только необходимые и достаточные условия для обоснования теории. Ну так мы отвлеклись. Попробуем рассмотреть, как можно логически обосновать перемещение вас во времени в прошлое и обратно в настоящее. Для этого надо бы как-то определить, что такое будет это самое «перемещение во Времени». Отвлечемся от конкретных законов физики и представим себе этот процесс как управление изменением некоторых физических величин, отвечающих за положение объекта в данных пространственно-временных координатах. В точке старта у нас имеется некое событие, которое вызывает у вас экстремальное эмоциональное состояние. Стресс. В вашем случае это убийство. Это событие может локально изменять эти значения. Если бы мы могли сами построить машину времени, рассчитать и привести значения этих величин к необходимым нам, координаты объекта по идее, должны бы были совпасть с теми значениями, которые существовали в конечной точке нашего перемещения. Но так, как это происходит спонтанно и неуправляемо, конечных координат никто предугадать не сможет, как и координат возвращения. Вот вы говорите, что иногда возвращались через несколько недель после исчезновения, а иногда в то самое утро. Ну после свадьбы-то, в последний раз?

Виктор кивнул.

— И вот, человек со своей волей и правом выбора оказался в прошлом относительно времени своего отправления. Или в будущем. В данном случае это не важно. На первый взгляд человек может изменить то, что посчитает нужным, так как мы предполагаем, что наше путешествие не «сновидение», а нахождение в реально-существующих координатах пространства-времени.

— В реальном, профессор, в реальном, — Орловский вновь вскочил. И били меня по почкам, и штыками кололи, и внутренности я свои на землю выхаркивал на землю в Калязине.

— И что, следы от штыков можете продемонстрировать? А может предмет какой-нибудь с собой из пятьдесят восьмого прихватили? — оживился профессор.

Виктор опустил голову. Нет, ничего такого, иначе на его теле не было бы живого места, да и светился бы он так, что все счетчики радиации поблизости зашкаливало бы напрочь. И предметов никаких ни туда, ни обратно он не прихватывал.

— Ну это совсем не отменяет того, что вы были там по-настоящему, — успокоил Орловского профессор. — Я вам верю. Вернемся к нашим баранам. Мое мнение таково, что человека ничто не будет останавливать от внесения изменения в систему прошлого или будущего, однако, при попытке внесения определенного изменения его нахождение в другом времени прервется. Почему? А все дело опять же в той самой энергии. С помощью изменения параметров некоторых физических величин скачок по спирали времени позволяет попасть в другие координаты пространства-времени, однако, измененное положение и нахождение в ней объекта из другого положения: будущего или предшествующего по отношению к точке прибытия, возможны лишь когда каким-то образом сохраняется такое устойчивое состояние. В таком положении человек не может внести значимых изменений в состояние системы, куда он попал. Значимость определена теми самыми причинно-следственными связями, их количеством и напряженностью, которые держат все объекты в прошлом или будущем завязанными на те события, которые произойдут с ними потом или произошли когда-то. Почему это не распространяется в наблюдаемом виде на нас с вами здесь и сейчас? Ответ не кажется сложным: мы сами «впутаны» в «сеть причин и следствий» естественным путем, без применения сторонней техники и необъяснимых пока явлений и процессов. Нас в наше состояние не перебрасывали с затратой энергии из будущего и прошлого, как это происходило в книге Уэллса. Это похоже на внесение заряженной частицы в поле, созданное зарядами уже находившихся там частиц. Состояние системы изменится при появлении частицы и снова придет к предыдущему положению, когда воздействие прекратится.