Кобра - Доминик Сильвен

Говоривший с южным акцентом врач-анестезиолог, лечащий Виктора Шеффера в госпитале «Сен-Бернар», певучим голосом спросил:

- В общем, вы хотите знать, существует ли препарат, способный вытащить человека из комы?

- Мне объяснили, что такого препарата нет, - ответил Брюс. - Меня скорее интересуют направления исследований.

- Направления, конечно, существуют. Сейчас делаются попытки разработать препарат, который можно было бы назвать лазароидом. Название идет от Лазаря.

- Которого воскресил Иисус Христос?

- Да, того самого. Легенда называет его первым епископом Марселя. Так вот, работа идет в нескольких направлениях. Например, одни исследователи пытаются помешать действию токсических молекул, которые производятся нервными клетками, когда мозг поврежден. Другие ищут способ экономии кислорода, содержащегося в клетках мозга. А третьи работают непосредственно над нейропередатчиками. Да, забыл сказать о работах швейцарцев, которые показали, что некоторые люди более или менее быстро восстанавливаются после комы в зависимости от наличия в их организме определенного гена.

- Вывод, стало быть, таков: все ищут, но никому еще не удалось создать этот самый лазароид, - заключил Брюс.

- Именно так, майор.

- Судя по тому, что вы только что рассказали, здесь нужны комплексные разработки.

- Нет. Ученый может сделать такое открытие один и даже не располагая большим количеством средств. Зачастую это вопрос везения и таланта. Интуиции, если хотите.

- Как вы думаете, можно ли создать этот препарат на основе змеиного яда? - спросила Левин.

- Думаю, что возможно, только не того, который вызывает паралич мускулов. Необходим яд, воздействующий на нервную систему.

- А что вы скажете о кобрах и об африканских земляных гадюках? - продолжала Левин.

- Ничего особенного не скажу, потому что я не зоолог. Если б такой лазароид был создан, нам бы первым сообщили.

- Лап, лап, са… сад, - произнес в эту минуту Виктор Шеффер.

- Алекс, Виктор что-то сказал!

- Это во сне, - пояснил врач.

- Лап, лап, са… сад!

- Представим все-таки, что исследователь нашел молекулу на основе яда и она правильно воздействует на нервную систему, как и требуется от лазароида, - что происходит потом? - спросил Брюс.

- Прежде чем препарат будет запущен в производство, потребуется несколько лет испытаний на различных уровнях. Вначале на клетке в пробирке, затем опыты на животных, потом испытания на взрослых добровольцах, потом на большой группе. На контрольном населении в течение месяцев. Только после этого препарат поступает в широкую продажу. Но особенностью препарата, предназначенного для вывода из комы, является то, что его можно протестировать только на людях в коматозном состоянии. Значит, надо испрашивать разрешение у родственников. Могут возникнуть разного рода затруднения. В общем, вы видите, как все это непросто.

- Могу себе представить, какие блестящие перспективы откроются перед лабораторией, которой удастся создать и выпустить в продажу этот лазароид, - сказал Брюс.

- Нет, не обязательно.

- Это почему же?

- Да потому, что этот препарат ни в какое сравнение не идет, например, с вакциной против вируса СПИДа. Количество больных СПИДом растет, а количество коматозных больных в общем-то стабильно. В экономическом отношении ставки весьма невелики.

Пока врач совершал обход одиннадцати других больных, Брюс и Левин разговаривали, стоя по обе стороны от постели Виктора Шеффера.

- «Ученый может сделать такое открытие один и даже не располагая большим количеством средств. Зачастую это вопрос везения и таланта». Как тебе эта мысль? По-моему, неплохо сказано, а?

- Да, мне эта фраза тоже очень понравилась.

- И все-таки давай рассуждать ближе к делу, - продолжал Брюс.

- Давай. Антонен Мориа оправился от комы быстрее, чем это обыкновенно происходит, но чуда никакого не было. Никто не видел, чтобы Венсан Мориа давал ему какой-нибудь лазароид…

- Который теоретически можно получить из змеиного яда… или из какого-нибудь чудодейственного порошка. Дарк был убит, Креспи, вероятно, тоже, но в отношении Мориа ничто не свидетельствует о том, что это не был несчастный случай.

- А я так думаю, что это вовсе не несчастный случай.

- Может быть, Мартина, но у тебя нет никаких доказательств.

- И все же мы знаем, что Дарк, Креспи и Мориа пересекались в Институте Пастера. Алекс, ты думаешь, что Дарк и Мориа могли сделать совместное открытие?

- Они ведь работали в разных подразделениях, так, кажется?

- Так, и институт никогда официально не подтверждал, что занимается лазароидом.

- И лабораторию вроде «Корониды» лазароид тоже вряд ли мог заинтересовать. Слишком большие затраты на разработку.

- Сад, - проговорил в эту минуту Виктор Шеффер.

- Ему снится, что он гуляет в саду! - воскликнула Левин.

- Вот счастливчик, - ответил Брюс.

- Когда, по их прогнозам, он должен выйти из комы?

- Кажется, дней через десять.

- Я нахожу, что он хорошо выглядит.

- Ну так скажи ему об этом.

Мартина улыбнулась, слегка пожала плечами и произнесла:

- Ты хорошо выглядишь, Виктор. Я хочу поскорее увидеть тебя в бригаде.

- Лап, лап, Эс-ку… лап, - снова проговорил Шеффер.

Последнее слово заглушил звонок Алексова мобильника.

Лицо Брюса побелело, он отвернулся от Шеффера и буквально рухнул в маленькое потрепанное кресло. Мартина спросила, что произошло.