Губительная ложь - Джеймс Гриппандо

Увидев, как он входит в кабинет, судья Косгроув сердечно улыбнулась и приветствовала его:

— Мистер Бекл, очень рада снова видеть вас. Проходите, пожалуйста.

Обычно судья никогда не встает, чтобы поздороваться с адвокатом. Это делает секретарь, который ведет судебное заседание и руководит действиями послушных воле судьи адвокатов.

— Кевин Стоукс, — представился Кевин.

Улыбка исчезла с лица судьи.

— Садитесь, мистер Стоукс.

Такие судебные слушания, как это, часто проводятся в кабинете судьи, а не в зале заседаний. Чаще всего это происходит, когда судья выслушивает заявления сторон, участвующих в деле, и не вызывает свидетелей для дачи показаний. Здесь нет судебного пристава с каменным лицом, нет высокого кресла из красного дерева, где восседает судья. Несмотря на такую камерную обстановку, судебные заседания проходят с соблюдением всех необходимых формальностей. Судья надевает традиционную черную мантию, и адвокаты ведут себя так же учтиво, как и в открытых слушаниях. Судья сидела за старинным резным столом в дальнем конце кабинета, спиной к окну. К ее столу был приставлен другой длинный стол со стульями. Представители сторон обычно располагались по разные стороны этого стола. Слева от судьи сидели представители истца, а справа — представители ответчика. Судебный секретарь занимал место возле настенных полок, которые тянулись до самого потолка.

— Добрый день, джентльмены, — произнесла судья. — Мы собрались здесь для внеочередного слушания по делу фирмы «Марстон и Уилер» против Кевина Стоукса. Истец требует временного судебного запрета на дальнейшее распространение копий неопубликованной рукописи ответчика.

— Совершенно верно, — сказал Бекл. — В настоящее время мы возбудили иск только против мистера Стоукса, так как именно он распространял неопубликованные копии своего сочинения в местном книжном магазине, который называется «Любители книги». В понедельник мы собираемся подать судебный иск в Нью-Йорке, для того чтобы запретить издателю мистера Стоукса печатать и распространять печатные копии вышеназванного произведения.

— Хорошо, — изрекла судья. — По требованию истца это слушание проводится в закрытом режиме, без присутствия посторонних лиц, потому что, по утверждению истца, роман мистера Стоукса разглашает конфиденциальную информацию о клиентах юридической фирмы «Марстон и Уилер» и таким образом не соблюдается обязанность адвоката хранить в тайне информацию, полученную от клиента. Интересное предположение. Продолжайте, мистер Бекл.

— Благодарю вас, ваша честь. Это не является обычным случаем нарушения свободы слова, право на которую нам дает первая поправка к Конституции. Мистер Стоукс, работавший помощником адвоката в «Марстон и Уилер», имел доступ к конфиденциальной информации, которая защищается запретом разглашать информацию, полученную от клиента. Ни один из клиентов нашей юридической фирмы не давал согласия на то, чтобы мистер Стоукс помещал информацию о них в свой роман.

— Но ведь каждый роман содержит примечание о том, что данное произведение является вымыслом, — заметила судья.

— В данном случае это не действует, — возразил Бекл. — Поясню на примере. Допустим, «Марстон и Уилер» представляет интересы компании «Кока-Кола». Предположим также, что в процессе дальнейшей работы с этим клиентом мистеру Стоуксу становится известна секретная формула известного напитка. Имеет ли он право, написав роман о крупнейшей в мире компании, производящей безалкогольные напитки, раскрыть в нем эту секретную формулу, указав вымышленное название компании-производителя и таким образом защитив себя от ответственности?

— Это был бы слишком простой случай, — согласилась судья.

— Наш случай такой же простой. Хотя роман мистера Стоукса не совсем о юридической компании. Автор избрал местом действия романа крупную юридическую фирму Бостона, которая очень похожа на «Марстон и Уилер», но имеет другое название. В своем романе мистер Стоукс приводит деликатные подробности о наших клиентах, которые не должны разглашаться ни в каком, даже плохо замаскированном под фантастическое произведение романе.

Судья откинулась в своем кресле, размышляя.

— Что вы можете сказать в свою защиту, мистер Стоукс?

— Прежде всего хочу заявить, что мистер Кауфман сказал мне, что до завтрашнего дня я должен принять решение по поводу своей книги, и только после этого он подаст исковое заявление.

— И вы сожгли бы книгу, если бы он подождал до завтра?

— Честно говоря, нет.

— Тогда прекратите жаловаться и переходите к сути дела.

Он посмотрел на Айру. Вид у Айры был до ужаса самодовольный. Итак, пришло время дать ему бой.

— Ваша честь, все эти разговоры о нарушении долга адвоката не разглашать информацию, полученную от клиента, полнейшая ерунда. Я написал произведение, где рассказана вымышленная история о замужней женщине, главе одной из крупнейших юридических фирм Бостона. У моей героини были сексуальные отношения с одним из подчиненных. Ее тайного любовника похищают, и это ставит ее перед выбором. Существует только три варианта. Она может позвонить в полицию и, таким образом, предать огласке свою любовную связь. Это приведет к разрыву с мужем и, возможно, к потере работы. Она также может заплатить выкуп, и, вероятно, в этом случае ни пресса, ни муж ничего не узнают. Или, наконец, она может отрицать, что подчиненный был ее любовником, и похититель тогда остается ни с чем.

— Интригующий сюжет, — заинтересовалась судья. — С нетерпением жду, когда по вашей книге снимут фильм.

— Ваша честь! — простонал Бекл.

— Прошу прощения. Продолжайте, мистер Стоукс.

— Давайте во всем разберемся. Что же конкретно не понравилось мистеру Беклу, а точнее говоря, мистеру Кауфману в моем романе? Ему не понравилось, что глава юридической фирмы, замужняя женщина, спит с молодым сотрудником, который мечтает стать партнером в этой фирме. Именно этот факт и побудил его подать ходатайство в суд.

— Что вы этим хотите сказать? — прорычал Кауфман.

— Ваша честь, позвольте напечатать книгу. Если мистер Кауфман действительно считает, что некоторые сюжетные линии моего романа очень похожи на реальные события и я только изменил пол директора фирмы, то он может все исправить. Он имеет право подать на меня в суд, за то что я вывел его в образе некоего юриста, который спит со своим молодым и амбициозным подчиненным. И тогда я обеспечу себе наилучшую защиту, которая только возможна при таком клеветническом иске. Клянусь в этом.

— Это просто возмутительно! — закричал Бекл, вставая с места.

— Мистер Стоукс, пожалуйста, — взмолилась судья. — Я понимаю, что это закрытое слушание и адвокаты пользуются привилегией говорить то, что они обычно не говорят на судебном процессе, но давайте будем благоразумными и не станем разбрасываться подобными обвинениями без серьезных на то оснований.

— Я могу подписаться под каждым своим словом, — заявил Кевин.