Крокодилий сторож - Катрине Энгберг

– Вы знаете, что бактерии, живущие на наших руках, так же уникальны, как отпечатки пальцев? – Он говорил так, словно находился в своем собственном мире. – У двух человек будет абсолютно разный бактериальный состав. После того как помоешь или продезинфицируешь руки, проходит всего два часа, и бактериальная культура полностью восстанавливается.

Сара сдалась.

– Мне нужно вернуться к работе. Найдете выход?

Не дожидаясь ответа, Сара протопала из кухни к себе в кабинет. Ей слишком много всего нужно было проверить, не стоило тратить время на занудного криминалиста. Полчаса назад она получила от телекоммуникационной компании список звонков Кристофера Гравгорда, и теперь полным ходом шла расшифровка. Среди прочих там был входящий звонок с неизвестного номера, на который Кристофер ответил накануне в 16.08, всего за несколько часов до смерти. Номер оказался привязан к предоплаченной карте, а потому отследить его в пока что не получалось. Это было само по себе подозрительно. Теперь Сара взялась за просмотр всего списка звонков, чтобы выяснить, не звонили ли с этого номера раньше. Если не звонили, то звонок вполне мог быть связан с убийством: целью его могло являться назначение встречи.

Краем глаза она заметила, как Дэвид Бовин пробежал к двери, направляясь к лестнице. На выходе он остановился и несколько раз моргнул, но она сделала вид, что глубоко сосредоточена на картинке на экране.

*

Галерея Кинго оказалась настолько скромной, что Йеппе прошел мимо нее два раза, прежде чем до него дошло, что она скрывается за пустым стеклянным фасадом. За стеклом виднелись лишь белые стены, в комнатах, по-видимому, никого не было. Йеппе сверился с записью. Бредгеде, 19, все верно. Он припарковал машину в запрещенном месте рядом с большим магазином, торговавшим классической датской мебелью, все-таки работа в полиции давала некоторые преимущества.

Эрик Кинго, наконец-то перезвонив во второй половине дня, сообщил, что направляется в свою галерею, чтобы проверить подготовку к предстоящей выставке. Если бы Йеппе был готов потратить на него чуть больше денег налогоплательщиков, то мог бы доставить его драгоценное тело на Бредгеде. Анетте готовилась к поездке в Торсхавн, так что Йеппе стоял в одиночестве перед своим отражением в натертой до блеска стеклянной витрине. «Навестим высшее общество» – так его покойная бабушка называла любую вылазку в окрестности Конгенс Нюторв.

Дверь была открытой, звонка не было. Йеппе прошел в просторное пустое помещение, вдруг услышал звук своих шагов. Почему тишина заставляет нас инстинктивно красться? Большое помещение делилось на два яруса, плавно обтекало побеленные углы и исчезало далее в полутьме. Йеппе напряг слух и пошел в направлении далеких голосов по лестнице на нижний уровень, мимо множества плоских деревянных ящиков, стоявших вдоль стен, еще ниже по очередной веренице лестниц. Ступеньки заканчивались в помещении, откуда струился яркий свет. Голоса стали отчетливее. Йеппе громко откашлялся и перенес весь свой вес на последнюю ступеньку.

В просторном, по-спартански обставленном подвальном офисе стоял Эрик Кинго в компании юноши и рассматривал две картины, прислоненные к письменному столу. Мужчины были одеты в черные облегающие джинсовые костюмы, подозрительно одинаковые, особенно принимая во внимание возраст Кинго. Парень надменно посмотрел на Йеппе.

– Это тот полицейский?

До Йеппе дошло, что он обращается к Кинго, а не к нему. Кинго наконец оторвал взгляд от картин и серьезно посмотрел на Йеппе.

– А, привет. Мы тут разбираем кое-какие новые монотипии Рабена Дэвидсен, чтобы развесить. Идите, взгляните.

Йеппе подошел и посмотрел на картины. Лицо эпохи Ренессанса посреди белого облака на темном фоне. Йеппе не знал, как реагировать; трое мужчин молча стояли и смотрели на картины.

– Мы можем поговорить наедине? – прервал Йеппе молчание. У него не было времени на всякую ерунду.

– Мунир, принеси кофе. А господин полицейский пока задаст мне свои конфиденциальные вопросы. – Снова эта медлительность, не то чтобы недружелюбная, а выражающая поглощенность собой и ощущение своего главенства.

Помощник взял куртку и прошел мимо Йеппе с раздраженным видом, отчетливо дающим понять, что отвлекать их было не просто нежелательно, а неуместно. Когда звук его шагов по ступеням стихнул и Кинго сел в кресло за столом, Йеппе извлек из кармана записную книжку.

– Вчера, незадолго до полуночи, на вашей страничке в Гугл Докс появилось дополнение. Вам что-нибудь об этом известно?

– О, опять эта писательская группа, не надо было вообще в это влезать. Так и знал, что с ней обязательно возникнут какие-то проблемы. – Он вздохнул, закатив глаза. – И нет, я ничего не знаю ни про какое дополнение. Как я уже говорил, я не выхожу в Интернет, когда нахожусь в садовом товариществе и занимаюсь работой. Откровенно говоря, меня удивляет, что там что-то происходит, принимая во внимание дело об убийстве.

– Нас тоже удивляет. Особенно потому, что человек, выложивший этот текст, зашел под вашим именем.

Эрик Кинго вскочил и принялся что-то искать на полке за своей спиной, однако это произошло не настолько быстро, чтобы от Йеппе укрылось потрясение в его глазах. Когда он повернулся к Йеппе с очками в руках, он вновь выглядел спокойным и равнодушным.

– Ах вот они где! Без них я скоро вообще ни хрена не буду видеть на экране. Ну да, наверное, тут какая-то ошибка. Вчера вечером я вообще нигде не логинился. Вы можете проверить мой компьютер, если… – Он пошевелил мышкой, и компьютер на рабочем столе вышел из спящего режима.

– Спасибо, мы, наверное, так и сделаем. Вход состоялся под вашим именем пользователя и с вашим паролем, но с другой учетной записью электронной почты. Естественно, мы проверяем этот адрес. И все-таки – кто мог знать ваш логин и пароль? Как я понял, вы предельно осторожны в плане конфиденциальности писательской группы?

– Да, не знаю, я никому этих данных не давал. Даже у моего агента и редакторов этой информации нет. Но вот мой помощник, естественно, имеет дело с моими документами и имейлами.

– Который за кофе пошел?

– Да, Мунир. Но он приступил к работе совсем недавно, не вижу…

– Ладно-ладно, я подожду и выясню у него, когда он вернется.

– Хорошо, дело ваше. Дайте-ка мне взглянуть, а, вот он, текст. – Он прочитал отрывок. – Да, прекрасно понимаю ваше желание выяснить, откуда он взялся.

Глаза Кинго за стеклами очков казались крохотными. Йеппе наблюдал за ним, пока тот читал. Вид у него был недовольный – возможно, из-за того, что полиция ему помешала, а возможно, была причина посерьезнее. Кинго хлопнул по клавиатуре, чтобы выключить компьютер, и в глаза Йеппе бросилось кольцо, блеснувшее в свете настольной лампы.

– Вы – член ложи?

Кинго смешался и недоуменно сдвинул брови к переносице.

– Кольцо. Я уже такое видел. Что оно означает?

– Я вхожу в группу друзей, все мы носим такие кольца. Можно, конечно, называть это ложей, если хотите, хотя это и не имеет ничего общего со свободными каменщиками и подобной ерундой.