Последняя рукопись - Франк Тилье

– Я никогда хорошо не знала твою мать. Жак всегда держал ее подальше от меня, от тебя, как будто существовала… да, именно тайна, как ты говоришь. Было между ними что-то непостижимое, и я постоянно спрашивала себя, почему же они не расстались, ведь… со стороны твоего отца явно недоставало любви. Он всегда приезжал к нам один. Всякий раз, когда мы навещали их, твоя мать, напичканная лекарствами, не вставала с постели… Очень трудно объяснить тебе все это здесь в нескольких словах.

– Однако придется. Я хочу узнать о нашем прошлом. И давай поговорим обо всем остальном тоже, ладно? Я имею в виду… О Саре, об этих четырех годах… Я не хочу ждать, когда память сама вернет мне мои воспоминания, надо, чтобы ты мне все рассказала.

– Знаешь, Жюлиан, то, что сделал Джинсон, очень жестоко. Это… он чудовище, и…

– Понятно, но я хочу разделить с тобой все, даже если мне будет больно. Знать все. Абсолютно все, ты меня понимаешь?

После недолгого колебания Лин вынула из сумки тяжелый ключ от форта и вложила его мужу в ладонь. Металл был таким холодным, что его передернуло.

– Взгляни на него, поверти в руках. Он пахнет морем и солью и имеет для тебя особое значение. Это важно, очень важно. Попытайся вспомнить.

Жюлиан взвесил ключ на ладони, понюхал его. Прикрыл глаза. Лин внимательно наблюдала за каждой морщинкой, проявлявшейся на его лице.

– Скажи мне, что помнишь. Что… понимаешь, о чем речь.

– Похоже на ключ от усадьбы или от замка.

– От форта… Это ключ от форта.

Он покачал головой:

– Прости… Ты мне объяснишь?

– Не могу. Пока не могу.

Жюлиан посмотрел куда-то через плечо Лин.

– У меня такое ощущение, что все время, пока я в больнице, нам не будет покоя.

Лин обернулась и с удивлением обнаружила на пороге палаты Колена. Он сделал вид, что стучит в дверь.

– Я вам не помешаю?

Лин поспешно выхватила ключ у Жюлиана из рук, сунула его в карман и в замешательстве встала. Колен проследил за ее движением, но не успел увидеть, что у нее в руке.

– Все в порядке.

Сыщик подошел пожать Жюлиану руку. Мужчины стояли лицом к лицу.

– Есть новости насчет нападения на меня?

– Потихоньку продвигаемся. Но на данный момент ничего конкретного. – Он обернулся к Лин. – Можно тебя на пару минут?

Лин нежно поцеловала мужа.

– У меня сегодня днем полно дел: покупки к празднику, всякое такое… Вернусь к вечеру, ладно?

– Ладно…

Когда она обернулась, Колен уже вышел в коридор. Она нагнала его возле кофейного автомата. Он купил себе эспрессо и впервые не предложил ей. Простая забывчивость или умышленный шаг?

– Я хотел поговорить с тобой о двух вещах. Во-первых, я изучил банковский счет твоего мужа. И обнаружил одну странность. Несомненно…

Лин не понравился его тон, но она ничего не сказала.

– …Утром в день нападения в девять ноль две он достиг дозволенного предела своих расходов: снял две тысячи евро в банкомате в центре города. Я получил возможность просмотреть запись с видеокамеры банка, это точно был он…

Лин онемела. Еще одно неизвестное в уравнении.

– …Теперь об отпечатках, обнаруженных вчера у тебя на вилле. Не твоих и не Жюлиана. Мы не знаем, кто это может быть, в картотеке таких нет, но одно бесспорно: они принадлежат тому паразиту, который два месяца назад ограбил дом – те же папиллярные следы. А поскольку Жюлиан тогда сделал уборку, потому что мы повсюду оставили порошок, те, что были обнаружены вчера, безусловно, новые, а значит, связаны с днем нападения.

Лин сунула в аппарат монетку и получила стаканчик с кофе. Колен посторонился, пропуская пациента в инвалидной коляске.

– Знаешь, почему я так его называю? Потому что паразит пользуется своим хозяином, живет ему в ущерб, за его счет, так сказать. Наш паразит перемещался по твоему дому, как блоха по спине собаки. Спальни, кухня, ванная – он не стеснялся. И в машине тоже похозяйничал: мы обнаружили его следы на руле, на внутренних ручках дверей. Он даже отхлебнул вашего виски, перекусил из вашего холодильника, пролистал альбомы с семейными фотографиями. Его отпечатки действительно были повсюду.

Лин, с кофе в руках, опустилась на банкетку. Она вообразила себе этого чужака, узурпировавшего ее дом. Ложился ли он в ее постель? Заворачивался ли в ее простыни, рылся ли в ее вещах? Садился ли перед широким окном со стаканчиком согревающего алкоголя, чтобы смотреть на море, как это делала она?

– Невозможно себе представить.

– Да, невозможно, но его отпечатки мне неплохо помогают, они позволяют повернуть время вспять и кое-что прояснить.

Колен достал блокнот, послюнил указательный палец и перелистал страницы.

– Все эти собранные воедино подробности сложились во вполне отчетливое представление о происшедшем. Сначала, два месяца назад, в конце октября, паразит проникает на виллу без следов взлома. Или у него есть ключ, или дверь открыта – что вполне возможно, поскольку Жюлиан сильно пил и, похоже, не особенно заботился о том, чтобы запирать замки. Незнакомец кое-что крадет: книги, мыло – причины нам еще неизвестны, – пока Жюлиан спит наверху… Проснувшись, твой муж заявляет о краже со взломом, устанавливает сигнализацию, меняет замки…

Лин отхлебнула кофе, он показался ей отвратительным, и она бросила стаканчик в урну. Кстати, вообще лучше было бы избегать кофеина: она рассчитывала, вернувшись домой, тут же рухнуть в постель и проспать целую ночь.

– …Спустя примерно два месяца паразит возвращается. И похищает Жюлиана. Куда? Как? Тайна, но явно куда-то прочь из дома. Он запирает своего заложника в багажнике его собственного автомобиля, а сам садится за руль. В ночь с понедельника на вторник паразит опять возвращается на виллу. Он открывает входную дверь ключом, вероятно найденным у Жюлиана… И вдруг…

– …Включается сирена, так случилось и со мной.

– Точно, потому что так же, как и ты, он не подозревает о наличии сигнализации. Приезжает агент охранной компании, паразит его убалтывает, пошатывается, заставляя того поверить, что он напился. Я обошел бары, в тот вечер никто не видел Жюлиана. Так что агенту открыл паразит, предварительно хлебнув виски и изобразив опьянение…

Про себя Лин отметила, что Колен не бездельничал. Он сыпал фактами со скоростью электронных часов, отсчитывающих секунды.

– …Это был вторник, час ночи, никакого взлома, у паразита в руках ключ от входной двери, он притворяется пьяным, агент ни о чем не догадывается и принимает его за хозяина. Он уезжает. И тут паразит вступает во владение домом. Он спокойно запирает за служащим, роется повсюду… Разумеется, в вещах твоего мужа. Ты ведь заметила, что все папки, собранные Жюлианом за четыре года, пропали? Я обратил на это внимание вчера, когда снимал отпечатки…