Не ее дочь - Риа Фрай

Брэд хлюпнул кофе и закашлялся.

– Так значит, за этот месяц ты решила кардинально изменить свою жизнь.

– Что-то вроде того.

– А твой отец в курсе?

– Пока нет.

– Слушай. – Он громко вздохнул. – Делай, что задумала. У меня все под контролем. Не торопись. Ну, в смысле, совсем уж надолго не пропадай, ты нам нужна.

– Спасибо.

– И дай знать, когда поговоришь с Хэлом. Кстати. – Он присвистнул. – Я только что получил его финальное предложение. Это не шутка. Прямо в эту секунду. – Он умолк, вчитываясь в письмо. – У нас двое суток на ответ.

Это был второй сорокавосьмичасовой ультиматум в моей жизни, хотя на сей раз он мог обеспечить свободу, а не отнять ее.

– И что там?

– А знаешь что? Я тебе его перешлю. Прочти, когда будешь не за рулем. Потому что можешь грохнуться в обморок.

– Так много?

– Даже больше. – Его пальцы застучали по клавиатуре. – Вот. Отправил. Эй, ты там?

– Ты пристыдил меня за то, что я не в офисе, хотя раньше я его вообще никогда не покидала, только если по работе.

– Я знаю. Но без тебя все по-другому.

– Может, даже лучше.

– Неплохая попытка. – Он откашлялся. – Так… сколько времени тебе нужно, как думаешь?

– Брэд…

– Что? Мне нужно знать. Сама понимаешь. Я лучше работаю, когда есть четкое расписание. Пара недель? Еще месяц? Пока ты не найдешь свою маму? До конца жизни?

Последняя фраза повисла в воздухе, в ней слышался намек. Могу ли я навсегда бросить компанию? Идеальную жизнь, в которую вложила столько труда? Ту жизнь, о которой всегда мечтала (как мне думалось)? После месяца вдали от города и офиса, после всего случившегося мне казалось, будто все это было в другой, менее значимой жизни.

– Давай не будем драматизировать. Никто не собирается уезжать на всю жизнь. Я продолжу заниматься делами. И обещаю, что чаще буду отвечать на звонки. И, конечно, если возникнет что-то чрезвычайное…

– Я сам с этим разберусь. Тут все хорошо.

– И я это ценю.

– Ты главное – береги себя. И мне жаль, что так случилось с Итаном, Сара. И я удивлен. Мы все его любили.

– Я знаю. Спасибо. Но ничего страшного. Эта дверь наконец-то закрыта. – Я включила поворотник и перестроилась в другую полосу. – Мне пора. Не стоит болтать за рулем, ведь я даже не знаю, в какой тьмутаракани нахожусь. Люблю тебя.

– А я тебя еще больше. И постарайся, чтобы тебя не похитили, не расчленили и не закопали где-нибудь на заднем дворе. Ты же знаешь, какими бывают эти богом забытые места.

При слове «похитили» я напряглась, но рассмеялась.

– Откуда ты знаешь, что я в сельской местности?

– Если ты едешь через всю страну, то наверняка, лапочка.

– Ладно, ладно. Постараюсь, чтобы меня не убили. Ты же знаешь, что нет ничего страшнее мужлана-деревенщины.

– Еще бы мне не знать. Попробовала бы ты с таким встречаться.

– Ага, точно, – засмеялась я. – Как там его звали? Пол? Патрик?

– Первис. На самом деле его звали Первис. Он жил в подвале, в доме своей матери. И наверняка на досуге шил куртки из человеческой кожи.

– Мерзость какая.

– Ну ладно. Позвони завтра.

– Обязательно. Обещаю.

Разговор был окончен. Бремя работы упало с плеч. С компанией все нормально. Отношения восстановлены. Счета оплачиваются. Все сотрудники по-прежнему трудятся.

Теперь настала очередь разобраться, что делать, куда я везу Эмму и сколько еще времени смогу продолжать эту игру.

после

На заправке я отвела Эмму в туалет. Я положила туалетную бумагу на стульчак и закрыла за ней дверь, каждые несколько секунд спрашивая, все ли в порядке.

– Застряло в пробке.

Это была ее излюбленная шутка, когда она задерживалась в туалете минут на двадцать. Я засмеялась и велела не торопиться, вымыла руки и сполоснула лицо, в очередной раз поразившись, вместо себя увидев в зеркале блондинку. Интересно, я выгляжу лучше или хуже? Я вспомнила про тест на Facebook, по результатам которого оказалась похожа на Энн Хэтэуэй. А на кого я похожа сейчас? Я проверила телефон и набрала имя Эммы, чтобы узнать, не появилось ли что-нибудь новое. Появилось. Новая статья. Когда я прочла заголовок, в горле встал комок.