Мертвая хватка - Харлан Кобен

— Там, за углом! — крикнула Бетси.

Они свернули на крышу, что находилась справа, и резко остановились. Никакого тела тут не было.

Да, это главное. Адама здесь не было. Но кто-то другой успел побывать. Кругом валялись разбитые пивные бутылки, сигаретные окурки и подозрительного вида бычки — остатки дури. Как они называют такие окурки? Вроде бы тараканчики? Но не при виде этого замерло сердце у Тиа.

Тут стояли свечи. Дюжины свечей. Большинство догорели, превратились в бесформенные комки воска. Тиа наклонилась, потрогала их. Воск по большей части уже застыл, но один или два огарка были еще мягкими. А значит, свечи зажигали совсем недавно.

Тиа обернулась. Бетси Хилл стояла у нее за спиной. Не двигалась. Не плакала. Просто стояла и смотрела на свечи.

— Бетси?

— Здесь они нашли тело Спенсера, — пробормотала она.

Тиа присела на корточки, посмотрела на свечи, подумала, что они выглядят знакомыми.

— Прямо вот здесь, где свечи. На этом самом месте. Я успела приехать до того, как они увезли тело Спенсера. Настояла. Они хотели забрать его, но я сказала — нет. Хочу прежде видеть его. Хочу видеть, где умер мой мальчик.

Бетси приблизилась на шаг. Тиа не сдвинулась с места.

— Перебралась через приступку, которую потом сломали. Один из офицеров хотел мне помочь. Но я велела оставить меня в покое. Сказала, чтобы все они отошли. Рон подумал, я просто спятила. Пытался отговорить меня. Но я все-таки полезла на крышу. И там лежал Спенсер. Как раз на том месте, где ты сейчас. Лежал на боку, согнув и подобрав ноги, в зародышевой позе. Он и спал всегда в этой позе. В зародышевой. И лет до десяти сосал во сне большой палец. А ты когда-нибудь смотрела, как спят твои дети?

Тиа кивнула.

— Думаю, все родители это делают.

— Как тебе кажется, почему?

— Потому что в этот момент они выглядят такими невинными…

— Наверное. — Бетси улыбнулась. — Но я думаю, мы делаем это еще и потому, что можем спокойно смотреть, любоваться ими и не испытывать при этом неловкости. Ведь если так смотреть на них весь день, все подумают, ты просто спятила. Но когда они спят…

Она умолкла. Начала озираться по сторонам.

— Какая она большая, эта крыша.

Тиа растерялась — уж очень резко Бетси сменила тему.

— Да, наверное, — пробормотала она.

— Крыша, — повторила Бетси. — Она большая. И кругом полно битого стекла.

Посмотрела на Тиа. Та не знала, что ответить. И растерянно кивнула:

— Да.

— Тот, кто зажег эти свечи, — начала Бетси, — точно знал, где именно умер Спенсер. В газетах этого не было. Так откуда тогда они узнали? Если Спенсер в ту ночь был один, как они могли узнать, где именно поставить и зажечь свечи?

Майк постучал в дверь. Стоял на пороге и ждал. Мо остался в машине. Они находились примерно в миле от того места, где вчера на Майка напали. Он хотел вернуться в тот проулок, посмотреть. Может, удастся вспомнить что-то или найти. Пока он не понимал, что именно ищет здесь, какой ключ. Просто надеялся отыскать или понять нечто, что может привести его к сыну.

«Возможно, — думал он, — это мой последний и единственный шанс».

Он уже позвонил Тиа — сказать, что с Хаффом ничего не получилось. Тиа рассказала, как они с Бетси ездили в школу. Бетси до сих пор у них дома.

А потом Тиа сказала:

— Адам стал еще более замкнутым после самоубийства Спенсера.

— Знаю.

— Так что за тем, что случилось той ночью, возможно, стоит нечто большее…

— К примеру?

Она, прежде чем ответить, помолчала.

— Нам с Бетси надо поговорить.

— Будь осторожна, ладно?

— Ты о чем?

Майк промолчал, но оба они знали. Истина состояла в том, что, сколь ни ужасно, отныне их интересы и интересы семьи Хиллов разошлись. Ни одному не хотелось произносить это вслух.

— Давай сперва найдем его, — сказала Тиа.

— Именно это я и пытаюсь сделать. Ты работай в своем направлении, я буду отрабатывать свое.

— Я люблю тебя, Майк.

— Я тоже очень тебя люблю.

Майк постучал еще раз. Никто не открывал. Он уже приподнял руку, постучать в третий раз, как вдруг дверь распахнулась. Мощная фигура Энтони, охранника, загораживала собой весь проем. Он скрестил могучие руки на груди:

— Выглядишь чертовски скверно.

— Спасибо за комплимент.

— Как меня нашел?

— В Интернете. Просмотрел последние фотографии Дартмутской бейсбольной команды. Ты ведь закончил только в прошлом году. Там и адрес твой зарегистрирован, на сайте выпускников.

— Умно, ничего не скажешь, — сдержанно улыбнулся Энтони. — Мы, ребята из Дартмута, вообще очень умные.

— На меня напали. В том проулке.

— Да, знаю. Как думаешь, кто вызвал полицию?

— Ты?

Он пожал плечами.

— Ладно, проехали. Давай прогуляемся.

Энтони затворил за собой дверь. Одет он был в шорты и одну из тех плотно облегающих маек без рукавов, которые могли взбесить не только владельца — уж очень трудно ее стянуть. Впрочем, он справлялся. Однако мужчина в возрасте Майка не мог позволить себе носить нечто подобное.

— Мой летний прикид на выход, — пояснил Энтони. — И для работы в клубе. Лично мне там нравится. Осенью пойду учиться в юридический колледж при Колумбийском университете.

— Моя жена адвокат.

— Да, знаю. А сам ты врач.

— Откуда узнал?

Он усмехнулся.

— Ты не единственный, кто пользуется связями по колледжу.

— Тоже смотрел про меня в Интернете?

— Нет. Позвонил действующему хоккейному тренеру, парню по имени Кен Карл, работал еще линейным тренером защиты в команде регби. Ну, описал тебя, сказал, будто ты играл во Всеамериканской лиге. А он и говорит: «Да это Майк Бай, точно он». Сказал, что ты был одним из лучших хоккеистов колледжа. Твой рекорд по забитым шайбам держится до сих пор.

— Значит, у нас много общего, верно, Энтони?

Гигант не ответил.

Они спустились с крыльца, вышли на улицу. Энтони свернул вправо. К ним с противоположной стороны приблизился мужчина, воскликнул:

— Привет, Энт!

Мужчины обменялись крепким рукопожатием и разошлись.

— Расскажи, что случилось прошлой ночью, — попросил Майк.

— Тебя избивали трое, может, даже четверо ребят. Я услышал шум и крики. Ну, прибежал туда, и они тут же смылись. У одного из парней был нож. Я даже подумал — ты покойник.